Жить или... Нежить?
Шрифт:
Причины для отказа сходу не нашлось. Пришлось вставать из-за стола и идти в центр накрытого шатром пространства, где сейчас под звуки медленного танца уже танцевали несколько пар.
Близость бывшего напрягала. И недовольный взгляд прищуренных глаз мужа, тоже не порадовал. Он должен понимать, что ревновать глупо. С моей стороны к Плоткину никогда никаких теплых чувств не было. Да и вообще, он сам его сюда притащил.
— Ты хочешь задать вопрос, так задавай, — склонившись к моему уху произнес объект моих мыслей.
Хочу? Да. Но какой именно… Знать бы.
Как
— Зачем ты тут? — как-то сам собой вырвался вопрос.
— Ты же знаешь, что у меня теперь не будет детей? — не стал ходить вокруг да около он. — А его отцом могу быть и я… — он слегка отстранился и весьма многозначительно бросил взгляд на мой живот.
То есть он не сомневался что его истинная сущность для меня не секрет, а факт. И себе подобных он где-то нашел, если узнал о том, что папашей ему уже не стать. Но это не отвечает на мой вопрос. Там, в Куйбышеве, он не мог узнать о моей беременности. Так зачем же он меня искал?
— Искал тебя зная, что поймёшь узнав о моей истинной сущности. Было тяжело. Одному. Я не мог пойти к родителям. Не мог пойти на работу. Пришлось лгать. Якобы заболел.
Так и хотелось съязвить на тему: "Золотому мальчику Сашеньке Плоткину в кои-то веки попу наждачной бумажкой подтерли?" Но сдержалась. Уж слишком он сосредоточен, кажется вот-вот выдаст нечто однозначно важное. Кто знает, может стоит послушать? Вдруг ответ на интересующий меня вопрос услышу? Всё равно танец ещё не закончился.
— Многое прежде не очевидное, стало явным, — продолжал философствовать он. — Я понял как ты себя чувствовала будучи вампиром. Раньше… Мстил за унижения, что пережил находясь у тебя в подчинении. Понял, что могу бороться. Что не хочу становиться таким…
— Каким? — переспросила я.
— Как ты. Была. Прости. Я не осуждаю. Понимаю, сам виноват. Спровоцировал.
"Ой, да ладно?!" — рвалось наружу, но я лишь слегка отстранилась, заглядывая собеседнику в глаза. Серьёзен. Сосредоточен. Ни тени иронии. Его точно подменили. Вот этот человек не может быть Плоткиным, которого я знала много лет. Помнится на правом полупопии родинка приметная имелась в форме бабочки. Проверить что ли? Нет, гости не поймут, если невеста начнет со свидетеля портки посреди свадебной гулянки срывать.
— Моё отношение к тебе было уважительным… Постой. Не перебивай, — почувствовав как я напряглась, попросил он. — С моей точки зрения оно было уважительным, но навязчивым. Я давил. Ты не желала нашей связи. Сейчас искал тебя чтобы удостовериться, что с тобой все в порядке… — продолжал монолог Александр, а у меня откровенно глаза из орбит лезли.
— Не припомню чтобы ты особо за меня волновался, — невольно огрызнулась, вспомнив случай, когда в его присутствии сильно обожглась, а он взглянул и спокойно произнес, будто ничего не произошло: "Больно? Бывает. Это урок, Вероника". Это было сказано демонстративно
— Возможно, из-за чувства вины за то, что принуждал. Не видел как тебе тяжело рядом со мной. Сейчас… Ты беременна. Не спорь, пожалуйста. Это ведь может быть мой ребенок, — добавил он и продолжал: — Поэтому решил остаться рядом. Насколько смогу защитить тебя и малыша. Я уже здесь узнал, что вампир может стать бывшим, но не может иметь детей. Ты уникальна. Позволь принять участие в воспитании… Может безопасности ради я мог бы уехать с малышом…
— Что?! — на фоне затихшей музыки этот вопрос прозвучал слишком громко, привлекая внимание окружающих.
Хотелось много чего сказать, но наша пара и так привлекла все взгляды. Танец закончился. Гости разошлись по своим местам. Плоткин тоже удалился. А я стояла посреди площадки. Едва ли не впервые в жизни я жалела о том, что время проведенное с Плоткиным пролетело так быстро. Задерживать его и мучить допросами в мои планы не входило. По крайней мере не здесь и не сейчас. Со стороны это будет смотреться как минимум странно. Игорь и родители вряд-ли поймут внезапно проснувшийся интерес к бывшему мужу.
Но черт бы его побрал, что это за фантазии на тему уехать?! Он вообще обо всём уже в курсе? И о пророчестве в том числе? И об угрозе мне и ребенку?!
— С трудом удается придерживаться перемирия? — ворвался в мои размышления голос новоиспечённого мужа.
— Не то слово… — огрызнулась я, злясь на Игоря за чрезмерную осведомленность Плоткина. — Нафиг ему было выкладывать всё?
— Он хотел попросить прощения. Помочь если потребуется. С учётом ситуации… Ника, можешь считать что я не прав, но… Я не знаю, что со мной может будет завтра. Насколько взгляды и убеждения собравшихся тут изменятся. Но если он поверит в то, что имеется вероятность что ребенок его, он всех и вся порвет за вас. На тебя как на жену и как на женщину он больше не претендует. Мне так спокойнее.
— От мысли об его отъезде вместе с нашим ребенком, пусть и ради безопасности, тебе тоже спокойнее?!
— Не думаю, что он пойдет на подобное без крайней необходимости, — скривил губы Игорь.
— Поговори об этом позже… — произнесла я, ощущая что закипаю от гнева.
— Ник, у нас ситуация непростая… — попытался убедить меня муж, но я только руку вперёд выставила в безмолвной просьбе прекратить разговор, пока не поругались.
Игорь же нашел способ избежать дальнейшего конфликта — засел вместе со своей музыкальной группой на сцене, исполняя одну песню за другой.
Глава 18
Я вернулась к своему столику, где меня уже ждала Рита. Девочка… Или всё же уже девушка? Слишком рано повзрослевшая. Доказавшая себе и всему миру, что многое возможно при желании. За последнее время она неоднократно поддерживала меня.
Во время танца они с Валерой неотрывно наблюдали за мной и Плоткиным. Явно не слишком доверяли ему. И я в этом их понимаю. Сама до сих пор ему не верю. Просто потому что не понимаю как настолько можно измениться за несколько месяцев.