Живой программатор

Анин Александр

На этом проблемы не закончились. В дыру начали заглядывать и стрелять из лука, пришлось быстро создавать условия дроиду для заваривания отверстия, но в капсуле стал скапливаться дым, и пришлось дроиду ограничиться наплавлением вертикальной и горизонтальной перемычки.

Хатты делали выводы быстро, и судя по всему, начали обкладывать капсулу сухостоем.

– Мы сгорим?- спросила Полина.

– Нет. Чтоб прогреть такой объём металла нужно неделю поддерживать огонь. Могут возникнуть проблемы с кислородом, но у меня есть скафандр с запасными воздушными картриджами, так что мы

ещё успеем посмотреть, а точнее послушать, как они запоют, когда взорвется топливо в баке.

– А реактор?

– А реактор я контролирую с наручного вычислителя в аварийном режиме. Хуже то, что аварийный маяк был завязан на работу вычислителя.

– А дверь ты откроешь?

– Нет. Дверь придётся вскрывать стрелой.

– Значит, пока ждём?

– Да. Но пока ясно одно, если выберемся живыми, то придётся отсюда уходить.

– Тебе жаль?

– Ага.

Под дверью постоянно раздавались звуки складываемых дров, а вскорости запахло дымком.

– Ты не будешь в них стрелять?
– поинтересовалась Полина.

– Сейчас нет. Начну стрелять, они убегут, и эффект от взрыва топлива будет намного ниже.

– А нам взрыв не повредит?

– По идее не должен.

Райт поднял лежащую на полу стрелу и проделал пару отверстий в дальнем углу, после чего дроид снова взялся за сварку.

***

Топливо рвануло минут через двадцать, и снаружи донеслись крики боли. Больше ждать смысла не было, Таур сделал стрелой удобную бойницу, и овраг наполнился смертью. Полина только и успевала заряжать иглы в обоймы, но хотты были не дураки и выводы сделали быстро.

Поставив батареи игольника на зарядку, Райт заткнул амбразуру тряпкой и, поужинав завалявшимися пайками, они легли спать, в этот раз используя вместо постели просто свою запасную одежду. Впрочем, это Полине нужно было отдыхать, а лейтенант продолжал периодически посматривать через прицел на овраг и иногда постреливал в удачно подставившихся врагов. Через час батареи подзарядились и, вскрыв дверь, он скользнул в ночь.

***

Хотты расположились по вершине оврага, продолжая оставаться в «мёртвой зоне». Их было ещё очень много, и оставлять тут оружие мёртвых товарищей они явно не хотели. Разбросанные взрывом головёшки нещадно дымили, и в овраге было достаточно темно, чтоб решиться на небольшую диверсию.

Дождавшись, когда дроид прихватит на сварку дверь, Райт аккуратно пробрался к реке и, спрятавшись в ветвях высокой сосны, начал отстреливать спящих у костров воинов.

То, что их нагло убивают, хотты прочухали быстро. Вычислив откуда прилетает смерть, они под прикрытием щитов начали выпускать в ту сторону горящие стрелы, но дальность была слишком несопоставима, и им пришлось отступить, чтоб через несколько минут начать прочёсывать лес уже с обратной стороны. И вот тут Райту пришлось затаиться, пропуская жаждущих его крови воинов.

Ночная охота длилась, пока позволял заряд аккумуляторов. Вернувшись в капсулу и поставив их на зарядку, Райт позволил себе уснуть на пару часов.

***

В очередной раз выскользнув в ночь, лейтенант убедился, что хотты отступили, кое-где даже оставив раненых. Добивать их он не спешил, к утру

это сделает мороз, а вот запас игл нужно будет восполнять. Впрочем, реактор с собой ему без труда не увезти, поэтому придётся довольствоваться тем, что есть и переходить на использование холодного оружия. Пластины на добрый доспех у него есть, Даже собранный на клёпках шлем уже присутствует, так что придётся сделать санки, зацепить их за сундук с НАЗом и лететь на антигравах, пока энергия будет тянуть. Главное, чтоб Полюшка по дороге не простыла, но для этого он может на санках сделать маленький обшитый шкурами домик, и уложить вовнутрь рунные камни обогрева из бани.

Утро он встретил с лёгкой пробежкой по периметру «своих владений». Хотты, потеряв более пятисот человек, ушли в свои земли, и вычислитель игольника не мог засечь ни одной тепловой сигнатуры на всю дальность своего рабочего режима. Ну а Райту оставалось собрать оружие с ещё не обобранных мёртвых и готовиться к перевозу жены в глубину венедских земель.

Вернувшись к капсуле, он при свете дня осмотрел последствия взрыва и получил подтверждение Полины, что именно взрывом убило военных вождей. Самое лучшее оружие было именно у них, как, впрочем, и самые большие деньги, перстни и висящие на груди знаки власти.

Лучшее оружие он планировал уложить в свои вещи, а оружие рядовых воинов сбрасывал на пол капсулы. Трофейные шкуры, которые служили воинам как одеяла, он пустил на обшивку сваренных дроидом саней.

Провозившись с подготовкой к переходу пару дней, они вышли на лёд реки и направились вверх по течению.

***

– Эти накладки на обувь издают такой смешной звук!

– Это шипы в лёд втыкаются.

– А они лёд не проломят?

– Сами по себе - нет. Если только где-то слой тонкий, но там мы услышим треск.

– Это я знаю.-ответила девушка.

– Может ты всё же в сани заберёшся?

– Я три дня просидела в капсуле и хочу подышать воздухом. Когда устану, тогда и буду кататься.

– Хорошо, расскажи, куда мы идём и что нас там ждёт.

– Мой дед, когда приземлился в этих землях, дважды помог отразить большое вторжение, пока топливный ресурс истребителя окончательно не закончился. В награду за помощь князь Серень отдал за него свою дочь. Сейчас в венедских землях правит мой дядя князь Вышень, мою же матушку княжну Беляну Миррановну выдали за боярина Григория Снегирёва, который и держал рубежи земель со стороны хоттских племён. В дне пешего пути будет новая деревня, сторожевую башню у которой мы и приплывали тогда строить. От Новой до крепости Южный Бор ещё три часа пешего перехода.

– Я не понял, у вас вначале деревни ставят, а потом укрепления возводят?

– Не совсем. На самом деле деревня новая только по названию, и живут в ней два десятка родов не первую сотню лет. Просто раньше они в стороне от реки жили, а сейчас разрослись и пошли под княжью руку, чтоб не прятаться по лесам. Вот и получилось, что укрепления у реки только и начинают строить.

– Ладно, своими глазами увижу, может пойму, а так только вопросов больше становится.

– И каких?

– Самый главный -это какого хрена ты там делала?