Живой
Шрифт:
Поехали дальше. Таня молчала, снова сделавшись похожей на фарфоровую куклу. Заговорила она, только когда «тойота» свернула на дорогу, ведущую в дачный кооператив.
– А если и потом им будет не до нас?
– Одним придется очень тяжело, – вздохнул Андрей и надавил на педаль газа. – Давай надеяться на лучшее.
Вдалеке, между поселком и дачами, по дороге брели зомби, и уступать путь они не собирались. Андрей вдавил в пол педаль газа и сказал:
– Закрой глаза.
Таня послушалась. Машина рванула с места, от столкновения с первым телом она дернулась,
Возле дачного поселка зомби вроде отстали, машина свернула на грунтовку, где ее стало кренить в сторону на грязи. Опыта у Андрея было маловато, и он тратил много времени на пробуксовку. Грязь летела направо и налево, шлепалась на крышу, залепляла стекла. Проклятый дождь!
– Они за нами гонятся? – спросила Таня.
– Помолчи, не отвлекай.
Андрей чувствовал себя укротителем быка на родео. Это ж, черт побери, внедорожник!
На этот раз удалось проехать чуть дальше, «тойота» забуксовала возле березовой рощи, зарывшись в грязь чуть ли не по дверцы. Андрей ударил кулаком по рулю.
– Уходим.
Он повернулся, пошарил за задним сиденьем, нащупал ППШ и сказал, распахивая дверцу:
– Господи, помоги!
В бурую жижу падали капли дождя. Андрей не спешил покидать салол машины, ему казалось, что под открытым небом он более уязвим. И пузатые тучи, затянувшие небо, и подпирающие их сосны, и раскисшая земля – всё излучало враждебность. Пришла мысль, что Земля отвергла человечество, нигде теперь не будет покоя.
– Андрей! – воскликнула Таня.
Он встрепенулся и увидел, что через вырубку ломятся зомби.
Первый выбрался на взрыхленную колесами дорогу. Одежда висела на нем клочьями, на толстом животе, исполосованном ветвями, проступала кровь. Андрей отметил, что кровь у него не свернулась, значит, зомби – не вполне зомби. То есть не восставший мертвяк. Скорее всего, вирус одних убивает, а другим выжигает мозги. Осталось понять, что заставляет их нападать на выживших: повышенная агрессивность, желание уничтожить чуждое или голод.
– Таня, выходи, становись за моей спиной, – велел он, выхватил магазин из кармана и прищелкнул к ППШ.
Отвести предохранитель вправо до отказа. Оттянуть затвор назад, отпустить рукоятку. Стрелять будем одиночными, значит, переводчик – вперед. Черт, пальцы такие непослушные! И руки трясутся.
Пока он готовился, зомби устремился к нему, Таня, стоящая за спиной, судорожно вцепилась в локоть.
– Отпусти. Стреляю.
Упереть приклад в плечо, прицелиться, нажать на спусковой… Блин… Нажать! Грохнул выстрел, руку толкнуло отдачей. Чуть выше пупка толстяка появилось темное отверстие, он взмахнул руками, ощупал ранение и продолжил идти. Кровь текла алой струйкой, на джинсах расплывалось красное пятно.
Из кустов вылезла женщина, оскалилась.
– Бежим! – скомандовал он. – Надеюсь, их не много.
– А если они погонятся? Они ж по следам могут прийти. И наверняка придут. Может, лучше их… ну, которые уже лезут, тут перебить, чтоб не увязались и других не привели?
Андрей обалдел, перевел взгляд на хрупкую девушку.
– А ведь и правда, – кивнул он и прицелился в траву, подошел ближе, чтоб не промахиваться. Встал в паре метров от толстяка, который упал, но продолжал шевелиться и хрипеть.
Тех, что погнались, было около десятка. Двоих уже нет. Он ощущал себя героем шутера. Нажал на кнопку – нет зомби, мозги в стороны, кровь-кишки. Ничего страшного, надо действовать, как в компьютерной стрелялке.
Прутья малины раздвинулись, появилась перепачканная кровью мордаха бритого налысо очкастого паренька. Палец дрогнул. Это ведь человек! Нет, враг, убийца, и кровь на его лице – человеческая. Зажмурившись, Андрей выстрелил, снова уставился в заросли, стараясь не смотреть на подергивающийся труп.
Загорелая девушка в ядовито-зеленом топе была последней. Андрей застрелил ее и продолжал ждать зомби, но они не стали преследовать машину. Кровь колотилась в висках, дыхания не хватало, словно он только что провел тяжелейший бой и выиграл его. Боль он почувствует потом, когда «перегорит» адреналин. Будет адски болеть голова, двоиться в глазах, пару дней он не сможет встать на ноги, покрытые гематомами… Сейчас он по крайней мере цел, не избит, как после выхода на ринг или в клетку.
А ведь они были людьми! Толстый пенсионер наверняка боролся с повышенным давлением, жил на даче, ухаживал за садом. Девчонка мечтала, чтобы ей признался в любви сокурсник. Бритый очкарик – выиграть в «танки» или прокачать эльфа до девяностого уровня. И все это внезапно кончилось.
Таня потянула его за рукав:
– Пойдем, уже все… Андрей?
– Что? – шепнул он одними губами.
– У тебя такое лицо… Неживое, бледное.
Он молча зашагал вперед, механически отмечая, что дождь кончился, и это хорошо. Таня рядом, живая и здоровая, что тоже замечательно. А еще они попали в игру, в дурацкий шутер, где каждый встречный может тебя сожрать и прав тот, кто первым выстрелит.
У Андрея была отменная память, на автопилоте он добрался до складов, обнесенных бетонным забором, отыскал тропинку и лаз, ведущий на территорию некогда режимного объекта.
Таню он оставил у входа в берлогу, а сам отправился вытаскивать трупы. Сначала – Карташова. Ему повезло, он умер быстро. Андрей схватил его под мышки и поволок наверх, положил возле двери ногами к выходу.
Выключить бензогенератор Андрей забыл, он израсходовал горючее под ноль, и, понятное дело, лампочка погасла. Пришлось доставать фонарь из кармана разгрузки и крепить его к стене. Эх, Сталкер! И химза тебе не помогла, подумал Андрей, приподнимая тело. Ну и тяжеленный он, и окоченел быстро, тащишь его, как бревно.