Жизнь напрокат
Шрифт:
Билеты, к сожалению, были, и даже много. Почему-то сегодня народу было совсем мало. То ли конец лета, и дачники начали разъезжаться, то ли воскресенье, но зал был полупустой. Парни и смешанные компашки тусили за столиками, а на танцполе дергались штук семь разодетых девиц, в одной из которых я с удивлением узнала не совсем трезвую Алину, нашу золотую крашеную блондиночку. Взгляд тут же зацепился за трех ее уже знакомых мне подружек. Имен я, конечно, не помнила, зато в памяти всплыли "особые приметы": волосы-пакля, длинный нос и прыщики.
— Че уставилась, курица? — перекрикивая музыку, хамски проорала мне блондинка, явно не узнав.
Отмерев после окрика, я поспешила к своим, не считая нужным связываться с пьяной дурой.
— Куда поперлась?! Ты меня вообще слышала?!
— Алин, успокойся, — в руку блондинке вцепилась рыженькая девочка с длинным носом.
— Аня, отвали!
Девица стала вырываться, потеряла равновесие и упала. Подружки тут же кинулись ее поднимать, но, лишь только оказавшись на ногах, Алина раскидала их по сторонам и грозно двинулась в нашу сторону. И отчего-то я даже не сомневалась, кто из нашей дружной компашки был ее конечной целью.
Я к этому моменту уже успела сесть за столик, причем, по счастью, на дальнюю сторону, поэтому только взгляд подняла, когда агрессивно настроенная блондинка, опершись на стол руками, зло уставилась на меня.
— Ну, здравствуй, — прошипела она, а я с удивлением отметила, что перегаром от нее не разит. Девушка очень сильно похудела, щеки впали, лицо осунулось, а зрачки практически скрывали радужку. Нехорошо, очень нехорошо…
— Привет, — как можно спокойнее ответила я и украдкой огляделась.
Девчонки из-за стола слились еще раньше, парни пошли за выпивкой, Наташкин дядька отдыхал на соседнем столике, и рядом остался только Егор. Жаль. От него проку будет мало, если эта невменяемая полезет в драку. При желании я, конечно, с ней справлюсь, но вот с какими потерями. Да еще и рука левая "на завязке"…
— Как же я тебя ненавижу, — дрожа всем телом, доверительно сообщила мне Алина.
— Я знаю, — кивнула ответ.
Спорить с психами нельзя, а с наркоманами еще и опасно.
— Неужели ты решила, что сможешь увести его у меня? У меня?!
Я пожала плечами. А что на это ответишь?
— Да ты на себя посмотри…
Дальше на мою бедную голову перевернулся такой ушат дерьма, что уши с удовольствием свернулись бы в трубочку, но увы, поэтому я просто молча слушала, какая я дрянь, уродина и вообще Алексу не нужна, не подхожу, не заслужила и не получу, ибо он меня скоро кинет. И с такой уверенностью она об этом сказала, что у меня даже закралось подозрение, что про спор она тоже в курсе.
Я молчала. Гордыня вопила и требовала набить наглой девке морду, но здравый смысл приказывал не связываться с идиоткой.
— Она, пока не разберется с этой, не успокоится, — прошептала белобрысая пакля, кивая на меня, но я услышала: ди-джей как раз переключал композицию. Быстро огляделась, и с неприязнью поняла: никто не собирается мешать крашеной блондинке. Всем было интересно посмотреть на разборки. Сволочи…
— Что ты молчишь, дрянь? — зло бросила Алина. — Со всем согласна?
— Нет, просто с психами никогда не спорю, — все же не удержалась от шпильки я, за что и поплатилась.
Хоть я и была и готова к нападению, но молниеносный выпад пропустила. Рука со скрюченным пальцами, на которых красовались обломанные ногти с облупившимся черным лаком, застыла буквально в миллиметре от моего лица. Непроизвольно дернулась и вскочила со стула, чиркнув металлическими ножками по каменному полу, и только потом перевела удивленный взгляд на того, кто крепко держал извивающуюся блондинку за руки.
— Алина, успокойся, — крепко удерживая девушку, спокойно приговаривал Егор. — Тебе сейчас плохо, но это пройдет. Пойдем. Пойдем воздухом подышим.
По мере того, как он медленно и спокойно ее уговаривал, девушка прекращала дергаться и успокаивалась, в конце концов просто повиснув на маленьком с виду, но сильном мальчике. Уже через минуту под удивленными взглядами и провожаемые ошарашенной тишиной, Егор и Алина вышли из зала.
И что это было?!
— И что это было? — в точности повторила мои мысли Наташка.
— Сцена ревности, — бросила я, понимая, что ручки-то дрожат.
Впервые за долгое время мне нестерпимо захотелось закурить, но я подавила мелочный порыв и уселась обратно за столик. Настроение было преотвратным, а любопытные взгляды людей, которые только что с интересом ждали, будут меня бить или нет, делали его еще более поганым. Вскоре я не выдержала. Резко отодвинув стул, встала и пошла за колой. Взяв стаканчик, вышла на улицу, просто подышать воздухом, что бы кто ни подумал. Приехать домой с перегаром, который бабулечка учует под любой жвачкой, и сесть дома на мою, возможно, последнюю неделю жизни не хотелось абсолютно.
Руки теперь дрожали довольно ощутимо, отчего часть коричневой кислотной жижи пролилась на землю. Осознание мысли, которую я гнала от себя на протяжении двух месяцев, накрыло лавиной и затопило паникой вперемешку с отчаянием. Неделя, осталась всего неделя. За отпущенное мне время Смерть наверняка уже подготовила для меня тепленькое место на том свете поближе к огоньку. Неделя… а я так и не нашла свою судьбу. В душе теплым клубочком свернулись чувства к Алексу, но холодный разум требовал рассмотреть все варианты, да и этот дурацкий спор. Неужели он мог повести себя так глупо и подло?