Жрон
Шрифт:
Поднявшись, она нежно провела ладонью по моему плечу, разглаживая невидимые складки, сказала шутливо:
— Ну и хорошо. А то я уже было подумала, что в моём брате берсерк проснулся. Но теперь знаю, что он оказывается, просто такой решительный и суровый, — она направилась к двери и, уже в проёме, сказала тихо, но так, что я услышал: — Пожалуй, мне это нравится.
Но это было ещё не всё.
Не успел Финниган закончить хихикать, тыкая в меня пальцем и повторяя: — У-у, страшный берсерк! — как к нам зашли мои братья.
И первое, что я услышал,
— Рон, ты даёшь!
А Джордж добавил, сложив руки на груди:
— Нам говорил доктор, что поведение может измениться, но что бы так.
Садиться на мою кровать они не стали, сели на соседнюю.
Шимус, предвкушая ещё один спектакль, теперь уже в исполнении близнецов, устроился поудобнее и достал откуда-то банку с тянучками.
— Больше слушайте, — фыркнул я. — Больно надо об Малфоя руки марать.
И рассказал эту историю в третий раз.
Выслушав меня и поверив, потому что, как сказал Джордж, после Турнира они уже ничему не удивляются, они сочувственно похлопали меня по плечам. Сказали на прощанье:
— Да, теперь тебя точно будут звать Бешенный Рон, — они, переглянувшись, расхохотались. — Уж мы гарантируем!
— Блин! — рявкнул я. — Не смейте!
Но близнецы только ещё сильнее расхохотались и, тряся головами, вышли вон.
— Классные у тебя братья, — резюмировал Шимус, с аппетитом пожирая очередную тянучку. — Но спиной к ним я бы не поворачивался.
— Иди ты, — я снова обнял матрас.
Как бы не пришлось заново пересматривать и составлять планы, учитывая возможность ухудшения ко мне отношения на факультете. Мать-перемать. Занесло же этих малолеток именно в тот коридор, где мы разбирались с белобрысиком.
***
На следующее утро мы с Финниганом, позёвывая, плелись в сторону класса зельеварения. Первый учебный день как-никак.
А вообще, было чуточку странно. Словно снова попал в школу. Хотя почему словно. Попал, правда, в магическую. Но было непривычно снова оказаться в потоке галдящих, что-то обсуждающих, смеющихся детей, заходящих в классы, выходящих из них, кого-то догоняющих, от кого-то убегающих.
Если прикинуть с арифметикой, то в среднем на курсе с одного факультета училось порядка пятнадцати человек. Итого шестьдесят на курс, и четыреста двадцать на весь Хогвартс. Приличная толпа. Тем более, здесь не было разделения на смены, все курсы начинали учёбу с восьми утра. Правда, старшие курсы почти не пересекались с младшими, поэтому я не видел в толпе учеников сильно старше и сильно младше себя.
Логово Снейпа было в подвалах, навевающих уныние облицовкой из блестящего чёрного камня, странным образом отражавшего свет магических светильников, словно бы вытягивая коридоры в длину.
Класс был открыт, гостеприимно распахнутая дверь словно приглашала вовнутрь. А оклад из резных барельефов с гротескными оскаленными мордами как бы говорил: «Оставь надежду всяк сюда входящий».
Решительно переступив через порог, я огляделся. Несмотря на некоторую корректировку планов, я собирался придерживаться основных
То, как сильно я ошибался, показали практические занятия, но это было потом, сейчас же я был полон сдержанного оптимизма. Плюс, крайне интересно было посмотреть на «Ужас подземелья», дважды шпиона, предателя и просто хорошего мага, Северуса Снейпа. Нежно обожаемого фанатками в возрасте от тринадцати и до тридцати лет.
Слизеринская половина, а кстати, почему два непримиримых факультета сидят вместе мне было не совсем понятно, уже дисциплинированно сидела за партами раскрыв учебники. Ну да, опаздывать на урок своего декана это явно не комильфо.
Половина грифов тоже присутствовала, из числа наиболее ответственных. Герми, к слову, была тоже здесь, а вот её спутники по трио пока отсутствовали.
Несколько взглядов задержалось на мне, но слизеринцы смотрели хоть и настороженно, но не делали большие глаза как грифы. Единственно Драко поглядывал зло и в тоже время с опаской. Похоже, слухи о состоявшемся между мной и блондинчиком конфликте, дальше «красно-золотого» факультета, пока, не пошли.
— Пошли, чё стоишь, — нетерпеливо дёрнул меня за плечо Шимус. Последовав за ним, я не удивился, когда мы плотно оккупировали «камчатку». А где ещё нам было быть, собственно. Раздолбаю и лоботрясу. Не удивлюсь, если и Поттер с Лонгботтомом обнаружатся по соседству. Они тоже особым усердием и талантами в зельях не блистали, судя по канону.
Заняв парту, я достал учебник, а Финниган тут же упал на руки и захрапел. С тоской вглядевшись в сидящих так далеко впереди Гермиону и Дафну, принялся рассеяно листать толстую книгу с плотными страницами покрытыми мелким печатным шрифтом.
Пока я изучал вступление, в класс, заполошно дыша, как от сильного бега, ввалились наш дорогой избранный и не менее дорогой кандидат в избранные. От стола Гермионы послышалось ядовитое шипение, но Гарри, скорчив виноватую рожу, бегом протащил за собой Невилла и плюхнулся на соседнюю с нами парту. И снова я, как всегда, оказался прав.
Гм.
Тут на память пришли несколько моих недавних фэйлов, и я исправился с «как всегда» на «достаточно часто».
— Фух, — выдохнул Поттер, утерев выступивший пот и откинувшись на спинку казённого стула. — Успели.
— Да, Гарри, — вторил ему Невилл. — Ещё одно опоздание, и этот гад точно напишет бабушке. Представляешь что будет, если её сюда вызовут.
Невилл натурально вздрогнул, и двумя перстами начертил перед собой в воздухе пентограмму, бормоча что-то вроде: — Во имя Мерлина, Основателей и Великой Магии.
Тут, вдруг, тихо звякнули склянки в шкафу у стены, и в мгновенно возникшей тишине, в класс влетел огромной чёрной летучей мышью декан Слизерина. Окинул хищным взором учеников, пронёсся между рядов, хлестнув полами мантии по лицам неудачников, оказавшихся с краю, и остановился возле учительского стола.