Жрон

Курзанцев Александр Олегович

— Заработай сначала уважение сам, а потом уж требуй его от других.

Больше не сказав ни слова и коря себя за несдержанность, я вернулся в гостиную Грифов. Не обращая внимания на косые взгляды, прошёл к огню, встал, молча разглядывая трепещущее пламя.

Чёртов Малфой. Заставил меня раскрыться, вот с хера ли мне понадобилось навыки рукопашного боя демонстрировать?

Девчонки ещё эти. Тоже не весть чего наплетут, а мне разгребать. Чёрт, чёрт, чёрт.

Но оказалось, что я в

корне недооцениваю ситуацию. И просветил меня в этом мой единственный товарищ Шимус.

Непривычно тихий, он подошёл, встал рядом, и, смотря на меня странным взглядом, сказал:

— Тут среди девчонок слух прошёл, что тебя видели с Малфоем.

А я мысленно застонал, началось. Но Финниган на этом не закончил.

— Они говорят, что вы буквально немного поговорили, а потом ты как дикий зверь кинулся на них, раскидал Креба с Гойлом и так приложил белобрысого, что тот к стене отлетел, чуть не убил их всех.

Я замер, тихо охреневая от услышанного, оглянулся, диким взглядом окидывая гостиную. Увидел десятки вылупившихся на меня глаз, и понял, что самое весёлое только начинается.

Глава 8

Уже в комнате, когда я рассказал Финнигану как всё было на самом деле, он изумлённо присвистнул и по-новому на меня взглянул.

— Ну ты даёшь, дружище, — качнул недоверчиво головой. — Обалдеть.

Опёршись локтем о кровать, сказал, с уважением глядя на меня:

— А я-то думал, круче того, что ты устроил на чемпионате, не будет. Но такого не ожидал. Говоришь, уронил этих двоих? Блин, я бы и галеона не пожалел, чтобы увидеть рожу Малфоя в тот момент.

Я стоически вздохнул.

А Шимус мечтательно произнёс:

— Вот бы и мне этого сморчка белобрысого так шугануть, и жизнь, считай, прожита не зря.

— Угу, — я кашлянул. — Чтобы и тебя посчитали больным кровожадным ублюдком, который бросается на окружающих?

— Да ну, не преувеличивай, — самый отъявленный распиздяй Академии беспечно махнул рукой. — Ерунду болтают только некоторые, а большинство слизеринцев терпеть не может. Узнают, что белобрысый на это напросился, сами сливочного пива тебе поставят.

А я в который раз подивился фантазии наших девчонок: это же надо, то, как Драко отшатнулся от меня, принять за последствия удара. Правда и двигался я достаточно быстро, человек случайный мог просто и не успеть понять, что собственно происходит.

С тяжёлым вздохом я упал на кровать. Глупо как-то получилось, лишние пересуды привлекали нежелательное внимание к моей персоне. А папаша Малфоев из попечительского совета, как бы не пришлось опять в Мунго за справкой, что психически здоров, бегать.

Мда, тут я снова вспомнил Дафну. Сам удивился тому, как легко и быстро кусочек места

в моём сердце отвоевала эта слизеринка. Ну точно, моё нафаршированное первостатейными подростковыми гормонами тело скорее всего и обеспечивает повышенную влюбчивость. Однако, тут я с некоторым удовольствием отметил, что на абы кого мой внутренний компас не реагирует. Что Гермиона, что Дафна были хоть и совершенно разными по типажу, но однозначно блистали на своих факультетах. Интересно, Герми согласится меня делить с другой девушкой?

А Финниган, завалившись на кровать, повернулся на бок, и, подперев голову, спросил, уставившись на меня:

— Что думаешь делать?

— Хрен его знает, — задумчиво ответил я. — Доказывать кому-то что-либо нет никакого желания. Единственно, не хотелось бы что бы от меня шарахаться в панике особо впечатлительные начали.

— Да-а-а, — протянул Шимус и надолго замолчал.

Я тоже, продолжая прикидывать выйдет ли это всё мне боком, или укладывается в статистическую погрешность на фоне моего сольного выступления на Турнире.

Вдруг от двери раздался тихий и такой знакомый голос:

— Рон…

Подняв голову, я посмотрел на Джинни, боясь увидеть в её глазах, ушедший было страх, но там было только сочувствие и нежность, и я облегчённо выдохнул:

— Можем поговорить? — она спросила, участливо разглядывая мою валяющуюся тушку.

— Да, конечно, проходи, — я сел на кровати, похлопав по месту рядом с собой, приглашая.

Она подошла, села рядом, сложив ладошки на колени. Посмотрела на меня долгим взглядом, сказала, накрыв мою руку ладонью:

— Рон, ты же знаешь, что ты мой любимый брат, и я буду любить тебя, каким бы ты ни был.

— О, Боже… — я чуть не рассмеялся, представив, что она там себе напридумывала из рассказа девок о побоище якобы устроенном мной, и закрыл лицо свободной рукой.

Мой товарищ, однако, сдерживаться нужным не посчитал, и от кровати ирландца послышался тихий смешок.

Джинни метнула туда уничтожающий взгляд, но тут же, смягчившись, снова посмотрела на меня:

— Просто скажи, то, что было у тебя с Малфоем, это правда? Не бойся, я тебя не осуждаю, просто хочу помочь.

Шимус хрюкнул и, уткнувшись в подушку, придушенно захрипел, а я метнул в него своей. Только этого углумка мне и не хватало сейчас.

Терпеливо повторил как всё было для сестры.

— Значит, ты не бросался на него? — заметно расслабившись, она отпустила мою руку и, поправив выбившуюся прядь, чуть улыбнулась.

— Нет конечно! Этим увальням хватило пары толчков, а Малфой сам от меня отпрыгнул, трус несчастный. Только и может, что из-за спин угрозами сыпать, — я улыбнулся в ответ.