Жут
Шрифт:
– Ладно, если и впрямь все так, то посмотрю. Когда ты нам ее покажешь?
– Если тебе угодно, сейчас.
– Хорошо, идем!
Я сделал несколько шагов, но Шарка задержал меня:
– Разве тебе хочется одному осмотреть пещеру?
– Да. Моих спутников это не интересует.
– О, именно их это восхитит!
И тут он объяснил мне, какой же грех я совершу, если не позволю остальным осмотреть запретную красоту. Естественно, ему хотелось бы, чтобы здесь никого не осталось.
И опять я сделал вид, будто верю им, и позволил остальным сопровождать меня.
– Но вам нельзя брать ружья с собой, – промолвил он.
– Почему нет?
– Потому что они вам помешают. В пещеру трудно пробраться. Прежде чем попасть туда, придется ползти.
– Хорошо. Тогда мы оставим ружья тут. Мы пристегнем их к седельным сумкам.
– Ножи и пистолеты тоже!
– Но в этом нет необходимости.
– Как нет! Пистолет легко может выстрелить. А как легко пораниться ножом, когда ползешь на животе, и нож у тебя за поясом!
– Ты прав. Ладно, сложим все наше оружие возле лошадей.
Мои спутники изумленно смотрели на меня, но следовали моему примеру. Углежог бросил на «ученого» ликующий взгляд.
– Теперь идем! – позвал он нас. – Я покажу вам вход в пещеру.
Он шагнул прямо к дровам, приготовленным для костра, и мы последовали за ним. Значит, я был прав, подозревая, что этот костер как-то связан с пещерой.
– Никто и не догадается, что здесь дверь, ведущая в знаменитую пещеру. Посмотрите-ка! – сказал он, повернувшись к нам.
Дрова выглядели вполне заурядно – обычная поленница, составленная конусом и обложенная дерном. Шарка наклонился и снял слой дерна, лежавший возле земли. Стали видны несколько досок, которые он тоже убрал, и мы увидели отверстие такой величины, что туда мог пролезть дюжий мужчина.
– Это вход, – пояснил он. – Теперь заползем внутрь!
Он отступил назад и подал мне знак, призывая заползти туда первым.
– Ты – проводник, – сказал я. – Ползи вперед.
– Нет, – возразил он. – Первым положено идти самому благородному.
– Это не я. Самый благородный из нас – этот мудрый алим, изучавший геологию. Значит, ему подобает эта честь.
– Нет, нет! – в ужасе воскликнул сей добрый муж. – Ты ученее меня; я наслышан уже об этом. Кроме того, вы здесь люди чужие, и долг вежливости всегда побуждает пропускать вперед чужеземцев.
– Ладно, тогда попробуем.
Я наклонился и заглянул внутрь. Хотя обзор был и ограничен, я все же мог сориентироваться. Я снова выпрямился, покачал головой и сказал:
– Там же совершенно темно!
– О, когда мы заберемся внутрь, я тотчас зажгу свет, – ответил углежог.
– Охотно
– Сосновую лучину.
– Она лежит в пещере?
– Да.
Я был уверен, что он солгал. В пещере, где содержат узников, не хранят ничего, что можно было бы зажечь.
– В этом нет надобности, – сказал я. – Здесь среди дров, сложенных для костра, хватит сосновых щепок, чтобы развести огонь. У тебя есть чем зажечь его?
– Да, кремень, губчатый металл и сера – все, что нужно, чтобы зажечь лучину.
– Разве у тебя нет спичек? Ими же намного удобнее!
– Здесь их так трудно достать, что я ни разу не покупал их.
– Вот как! А ведь они у тебя есть!
– Нет, господин, нет их у меня.
– Странно! Кто же их сунул сюда?
Я наклонился и поднял на всеобщее обозрение несколько спичек, которые, как я заметил, были припрятаны среди дров.
– Это… это… впрямь спички! – воскликнул он, притворяясь изумленным. – Может, они были у кого-то из моих слуг, и тот сунул их сюда?
– У тебя есть слуги?
– Да, четверо. Раз я выжигаю угли не в лесу, а здесь, мне нужны люди, чтобы приносить дрова.
– Что ж, этот слуга – видный плут; он умеет обустраивать делишки.
– Что ты имеешь в виду?
– Если бы в этом доме огонь высекали кремнем и металлом, то мы успели бы заметить беду и вовремя выбраться из пещеры, а вот со спичками огонь разгорится мигом.
Он ужаснулся, и, хотя лицо у него было закопченное, я увидел, что он побледнел.
– Господин, – воскликнул он, – я не понимаю тебя! Я не знаю, что ты имеешь в виду!
– Мне и впрямь тебе надо это растолковать?
– Да, иначе я не пойму.
– Ладно, тогда посмотри, как здорово ты сложил дрова у входа. Она тотчас загорятся и так начнут чадить, что любой, кто решит выползти оттуда, сразу задохнется. И эти дрова лежат на соломенной подстилке; тут же держат спички. Так вот каковы сокровища, которыми нас хотят удивить! Покорнейше вас благодарим. Мы не намерены поджариться и задохнуться в Пещере Сокровищ.
Какой-то миг он тупо смотрел на меня; потом гневно воскликнул:
– Что ты выдумываешь? Ты вздумал назвать меня убийцей? Не потерплю! За это подобает мстить! Я оскорблен до глубины души. Пойдем, Марки, они не доберутся до оружия. Мы их застрелим!
Он хотел пойти к нашим лошадям. Ученый, коего назвали теперь «Марки», собирался последовать за ним. Тогда я вытащил оба револьвера, что держал в кармане, и приказал:
– Стой! Ни шагу дальше, иначе я вас застрелю! Таким пройдохам, как вы, нельзя доверять.
Они увидели стволы, направленные на них, и остановились.