Зигзаг неудачи
Шрифт:
– Сейчас Наталья Николаевна встанет и успокоит ребенка, – пообещала я, торопливо натягивая халат и окончательно просыпаясь. Рванувшись в дверь, сообразила, что она закрыта, а ключ валяется на полу. Прямо у самой двери. Чуть дальше валялись мои голубые шорты. А на них – маленький туристский топорик. Я протянула руку, чтобы его убрать, тупо соображая, что топорик не наш, а шорты обезображены темными пятнами непонятного происхождения. Процесс медленно нарастающего в моей душе возмущения споткнулся о молниеносную догадку, и я резко отдернула руку.
– Алена… – пробормотала я и сама себя не услышала. – Аленка!
– Как же мне
– Ты точно помнишь, что наша дверь была ночью закрыта?
– А что, ее украли?
– Нам топор подложили…
– Зачем? Отбиваться от комаров?
– Ты его ни в коем случае не трогай. Он на моих шортах лежит.
– Да пусть лежит. Он мне не мешает. Может, ты сбагришь милого ребенка в сад? Или напомнишь о нем бабушке с дедушкой? На худой конец, дяде Якову.
– Я постараюсь…
Ключ плохо слушался и никак не желал попадать в замочную скважину. Слыша мою возню, дочь посоветовала взять топор и прорубить себе персональный выход. Все равно за Ванечкиными воплями стука топора никто не услышит. Дверь я все-таки ухитрилась открыть цивилизованным путем. Уже на выходе меня поймал тревожный вопрос Алены, откуда в нашей комнате топор. Обернувшись, я увидела, что она внимательно его рассматривает.
– Ма-ам! Он к кому-то капитально прилагался! На шортах кровь! Ты куда?
– Пойду поищу это самое прилагательное. Может, кто-то неудачно пошутил?
– Имея в кармане запасной ключ от нашей комнаты? Я иду с тобой. Сейчас, я быстро.
– Хорошо, одевайся, я снаружи подожду. Не могу смотреть на свои шорты. Честное слово, из этой поездки вернусь нищенкой.
По другую сторону двери моим глазам открылось захватывающее зрелище: весьма довольный Ванечка лихо скатывался по ступенькам лестницы на мягком месте, непроизвольно подскакивая, как на лошади. Сверху за этими скачками с интересом наблюдали Наташка и Дарина. Подруга оглянулась на меня:
– Ир, представляешь, что творит?! Прямо так и тянет попробовать. До этого момента считала, что с лестницы можно только по перилам скатываться.
– Угу, – мрачно промычала я и, не задерживаясь, прошла в комнату к ребятам.
Она была открыта и пуста.
– Все на пляже, – пояснила Дарина. – Надо бы тоже искупаться, но пора отчаливать. В первый раз не горю желанием уезжать. Трудно поверить, что в Москве дожди.
– А ты здесь уже была? – ничуть не сомневаясь в положительном ответе, спросила я.
– В прошлом году. С отцом. Только он эти три дня провел здесь, а я остановилась в Туапсе. В гостинице.
Неслышно подошла Аленка, пожелала всем доброго утра и вопросительно уставилась на меня. Я ободряюще улыбнулась. За спиной резко хлопнула дверь спальни Серафимы Игнатьевны и раздался возмущенный голос Яночки:
– Ванька! Жокей недоделаный! Ты долго будешь меня доставать? Я тебе не бабка, живо вниз по ступенькам лбом съедешь!
Ванечка, в очередной раз достигший подножия лестницы, для начала показал Янке язык. Почему-то синий. Та, недолго думая, высунула в ответ свой. Нормального розового цвета. И тут ребенка понесло… В рекордно-короткий срок он скроил около сотни ни разу не повторяющихся рож, одновременно кривляясь всем телом. Они менялись со скоростью не меньшей, чем скорость слаломиста, лидирующего в соревнованиях по скоростному спуску с горы. Мне даже удалось отвлечься от своих несчастных
В дом влетела Гала:
– Доброе утречко! Я прямо из церкви. Сейчас будем завтракать. Спускайтеся у столовую. Ванечка, будешь рисовую кашку? – тараторила она, торопливо следуя по коридору.
– Я хочу чипсы! – отвлекшись от основного занятия, заявил Ванечка тоном, не допускающим возражения. Бесшумно появившийся рядом с внуком дорогой дедушка этого не понял и попытался убедить внука, что чипсы – вещь вредная. Особенно на завтрак. За что и поплатился. Мастерским ударом ноги в дедову лодыжку Ванечка на пару дней лишил Александра Иосифовича возможности нормально передвигаться. Покалеченный тоненько взвыл и, подхватив в руки согнутую в колене раненую конечность, попытался прыгать на одной ноге. Это удавалось плохо. Раненая нога все время пыталась вырваться и прийти на помощь здоровой в целях равновесия. Милый ребенок за этим действом с интересом наблюдал. Недолго. Посчитав эксперимент незавершенным, он двинул дедушке по второй ноге. Тот сменил тональность и, заорав благим матом, тут же уселся на пол, качаясь от боли и пытаясь легким поглаживанием смягчить ее. Заспанная Анита Ильинична выглянула было из своей комнаты, но моментально втянула голову обратно. Красноречиво щелкнул замок, стало ясно – дама предпочтет скорее умереть голодной смертью, чем спуститься к завтраку.
– Саша!
В голосе подоспевшей к мужу Бабобабы удивительным образом сочетались деланный испуг, фальшивая забота и подлинное раздражение.
– Что сидишь… качаясь?
– Как юла после завода, да, ба? – радостно завопил внук. И подозрительно уставился на толстые лодыжки бабушки, облаченной в бриджи.
Обутые в массивные сандалеты ноги ребенка нетерпеливо зашаркали по паркету, имитируя движение собаки, с силой отбрасывающей задними лапами землю. Янка довольно хихикнула, предвкушая захватывающее продолжение спектакля.
– Ванька, воздух! – неожиданно гаркнула Наташка.
Потерявший бдительность ребенок задрал физиономию вверх, и в ту же секунду на его голову было мастерски нахлобучено широкое банное полотенце. Он хаотично замахал руками, пытаясь от него отделаться.
– Что ты себе позволяешь?! – побагровев, завопила Бабобаба на Наташку.
– Вот идиотка! – от души веселясь, выдавила из себя Яночка. – Жаль, что тебе повезло… Сидели бы сейчас со своим Сашей на пару, как два китайских болвана! О! Третий, подкованный чуть ранее, неплохо смотрелся бы в середине.
Из своей комнаты, опираясь на палку, величественно шествовала Вероника Георгиевна. Умный Яша, вероятно, не намеревался вылезать, упорно делая вид, что не проснулся.
– Гала!.. Га-а-ала! – проорала вниз Яночка. И, услышав отзыв: «Я туточки!», приказала: – Корми всю эту свору. Им пора собирать манатки. Тетушке я лично помогу спуститься вниз. Завтракать приду позднее.
И, не слушая гневной отповеди Бабобабы, зевнула, смачно потянулась и скрылась в комнате.
Мы тоже отсрочили время завтрака – до возвращения с моря. И не из-за Ванечки. Ребенок был поглощен новым занятием: пытался докинуть до второго этажа Наташкино полотенце. Увы, нашим планам не дано было осуществиться. Открылась входная дверь, и друг за другом вошли Яша с полотенцем через плечо, Лешик с ластами и Славка в маске с воинственно торчащей вбок трубкой для воздуха. За ним дверь и закрылась.