Зигзаги судьбы

Уинтерз Ребекка

Сидни полагала, что они собираются поужинать где-нибудь, и его таинственное поведение начало беспокоить ее. Обрадовавшись, что еда поможет успокоиться, она взяла большую бумажную сумку, в которой, кроме гамбургеров, оказались две бутылки колы и несколько порций творожного пудинга. Поставив напитки в держатели между сиденьями, Сидни протянула Джареду еду.

Поблагодарив ее, он принялся есть с завидным аппетитом. Обычно Сидни была голодна после работы, но сейчас от волнения у нее свело желудок, и она смогла проглотить

лишь несколько кусочков.

— Вкусно, — неуверенно пробормотала она, чтобы нарушить неловкое молчание.

— Вы едва притронулись к еде.

Не ответив на замечание Джареда, Сидни собрала остатки трапезы в сумку и положила ее на заднее сиденье.

Тени, отбрасываемые соснами, начали удлиняться. Наступала ночь.

Сидни, едва дышавшая от волнения, физически ощущала тишину. Несмотря на то, что Джаред никогда не бывал в этих местах, он, казалось, хорошо знал дорогу.

Они въехали в небольшой город Эннис и вскоре остановились у маленькой внеконфессиональной церкви, скрытой высокими деревьями. Джаред выключил двигатель и предложил ей выйти из машины.

Сидни снова удивилась. Если он хочет поговорить с ней в храме, для чего ехать в другой город? Что происходит? Она ничего не понимала.

Не выдержав молчания, Сидни вскричала:

— Отец Кендалл! Я- я...

— Не называйте меня так, — прервал он ее. — У меня больше нет прихода. Я сложил с себя сан.

Сидни омертвела.

— Что вы сказали?

— Два месяца назад я изложил свое дело епископу. Я больше не отец Кендалл и никогда им не стану.

От потрясения Сидни лишилась дара речи.

— Вижу, вы не верите мне, Сидни. Я и сам еще не верю, но это правда.

— Почему вы сделали это? — Она подняла на него глаза, полные боли.

Несколько мгновений Джаред молча смотрел на нее.

— Вы уже знаете ответ. Я полюбил вас.

Чувство вины пронзило Сидни, как удар копья.

Она вздрогнула.

— Нет... пожалуйста, не говорите так.

Лицо Джареда потемнело.

— Вы знаете, когда и как это произошло. Не сомневаюсь, что вы тоже полюбили меня. Девять месяцев мы молча страдали. Сегодня я нарушил молчание.

Слезы хлынули из глаз Сидни…

— Это моя вина... — звенящим голосом проговорила она.

— О чем вы?

— После того как я впервые привела к вам Бренду, мне не нужно было приходить снова. Когда она попросила и дальше сопровождать ее, я воспользовалась этим, чтобы видеть вас. Но в глубине души я знала, что поступаю неправильно. Я пересекала черту дозволенного каждый раз, когда находила благовидный предлог для встречи с вами.

— Мы оба пересекли ее, Сидни. Я тоже делал все возможное, чтобы хоть немного побыть с вами.

Признание Джареда вызвало у нее стон.

— Будь я сильнее, я уехала бы из Кэннона, ничего не сказав. Но вместо этого я разыскала вас.

Вот она — расплата за поцелуй,

которым они обменялись в отчаянии при расставании! Только теперь перед ней предстают далеко идущие последствия этого поступка.

Сидни подняла залитое слезами лицо.

— Вчера я думала, что вы приехали, чтобы... чтобы...

— Я знаю, о чем вы подумали. У вас были для этого все основания.

Сидни закрыла лицо руками.

— Я ужасная женщина. Я ввела во искушение мужчину, который дал обет безбрачия. Мне невыносима мысль, что из-за меня вы отказались от своего призвания! Вы были прекрасным священником. Когда я думаю о добре, которое вы делали, о понимании, проявленном вами к Бренде.... Благодаря вашим советам и внушениям она отказалась сделать аборт и отдала младенца на усыновление. Мне стыдно за себя. Мое безответственное поведение привело вас к… — Сидни отвернулась. — Вам нельзя делать это, Джаред! Вы должны возвратиться и сказать, что ваше решение ошибочно. Я уверена, что сотни священников вынуждены противостоять соблазну. Вас поймут и обрадуются, что вы образумились...

— Вы не понимаете, Сидни. — Джаред не дал ей договорить. — Любовь к Богу останется со мной навсегда, но я — влюбленный мужчина, который хочет стать вашим мужем. Ничто не изменилось между нами, лишь чувства стали сильнее. — Прежде чем Сидни успела сделать шаг назад, Джаред положил руки ей на плечи. — Здесь, в этом месте я прошу вас стать моей женой.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

— Женой...

— Да. Мы можем обменяться брачными обетами в присутствии священника, который совершает богослужение в этой церкви. Я уже поговорил с ним.

— Подождите... — Сидни прижала руки к груди, словно защищаясь от порывов сильного ветра.

Зеленые глаза Кендалла вспыхнули.

— Я не могу ждать. Нам не вернуть потерянного времени. Я хочу прожить с вами всю оставшуюся жизнь. Хочу, чтобы у нас были дети.

Покачав головой, Сидни стряхнула его руки.

— Вы не понимаете того, что говорите! Выслушайте меня, пожалуйста. Я согласилась встретиться с вами после работы только для того, чтобы попытаться искупить мой эгоизм.

— Сидни...

Страдание, прозвучавшее в голосе Джареда, потрясло ее.

— Пожалуйста, Джаред... позвольте мне договорить...

Его лицо болезненно исказилось.

— Продолжайте.

— Вы уже знаете, что я не исповедую никакой религии, но чту любого, кто делает это, особенно вас — человека, который принес не одну жертву, чтобы посвятить свою жизнь Богу. Я приняла решение попросить у вас прощения за свои поступки. Особенно за последний.

Джаред вопросительно поднял черные брови.

— За последний?