Зимних Дел Мастер
Шрифт:
Но вслух она сказала: — Знать не знаю, о чем это ты.
В этот самый момент она почувствовала, как кто-то глядит на нее и она знала, что если повернется, то увидит Матушку Ветровоск.
Ее Третий Помысел — тот самый, что всегда следит за происходящим кончиком уха и уголком глаза — сказал ей: Что-то происходит. Все, что ты можешь делать, это быть самой собой. Не оглядывайся.
— Ты действительно не заинтересована? — с неуверенностью спросила Аннаграмма.
— Я пришла сюда, чтобы научиться ведовству, —
— Конечно! Каждая ведьма хочет жить в коттедже!
— Да, но мисс Тенета была с местными годы и годы. — подчеркнула Тиффани.
— Тогда им просто придется привыкнуть ко мне. — сказала Аннаграмма. — Я рассчитываю, что они будут весьма рады увидеть, пришел конец черепам, паутине и их страхам! Я знаю, что она совершенно запугала местных жителей.
— А.
– произнесла Тиффани.
— Я стану новой метлой. — сказала Аннаграмма. — Честно, Тиффани, после этой старухи любой будет пользоваться популярностью.
— Э, да… — ответила Тиффани. — Скажи, Аннаграмма, ты когда-нибудь училась у другой ведьмы?
— Нет, я всегда была с миссис Иервиг. Ведь я ее первая ученица. — Аннаграмма горделиво добавила: — Она очень разборчива.
— И она не ходит по деревням особо, нет ведь? — спросила Тиффани.
— Нет. Она сосредоточена на Высшей Магии. — Аннаграмма не была особенно наблюдательна и была очень самодовольна, даже по ведьминским стандартам, но сейчас она немного потеряла свою самоуверенность.
— Кто-то же должен. Мы не можем все ходить по окрестностям, перевязывая порезанные пальцы, знаешь ли. — добавила она. — В чем загвоздка?
— Хмм? О, ни в чем. Я уверена, ты справишься. — сказала Тиффани. — Э… Я знаю где что лежит, так что если тебе понадобится помощь, спрашивай.
— О, я разложу все по своему вкусу. — ответила Аннаграмма, чья безграничная самоуверенность не могла слишком долго оставаться усмиренной.
И она быстро ушла.
Большая кадушка на скамье за дверью выглядела пустоватой. Тиффани увидела, как одна из ведьм засунула в карман четыре вареных яйца.
— Добрый день, мисс Тик. — громко сказала она.
— Ах, Тиффани. — мягко ответила мисс Тик, глядя на нее без малейших следов смущения. — Мисс Тенета как раз рассказывала нам, как хорошо ты здесь управлялась.
— Спасибо, мисс Тик.
— Она говорит, что ты прекрасно замечаешь детали. — продолжала мисс Тик.
Например, этикетки на черепах, подумала Тиффани.
— Мисс Тик, — сказала она. — Вы знаете что-нибудь о том, что коттедж хотят отдать мне?
— О, все уже решено. — ответила мисс Тик. — Выдвигалось предположение, что коттедж следует оставить тебе, раз ты уже здесь живешь, но в самом-то деле, ты еще так молода и у Аннаграммы больше опыта.
— Так нечестно, мисс Тик. — сказала Тиффани.
— Ну, ну, Тиффани, ведьмы не говорят такие вещи… — начала мисс Тик.
— А я не себя имею в виду. Это нечестно по отношению к Аннаграмме. Она все испортит, так ведь?
Всего на долю секунды на лице мисс Тик появилось виноватое выражние. Доля секунды очень короткий отрезок времени, но Тиффани его хватило, чтобы заметить.
— Миссис Иервиг уверена, что Аннаграмма справится.
— А вы?
— Не забывай с кем ты говоришь!
— Я разговариваю с вами мисс Тик! Это… неправильно! — глаза Тиффани сверкнули.
Краем глаза она заметила движение. Блюдо, полная сосисок, очень быстро перемещалась по белой скатерти.
— А это уже воровство! — завопила она, кидаясь за ним.
Она последовала за блюдом, которое не касаясь поверхности земли обогнуло коттедж и исчезло за козьим сараем. Тиффани бросилась туда.
На листве позади сарая стояли тарелки с картофелем, подтаявшим маслом, дюжиной ветчинных рулетов, горкой вареных яиц и двумя жаренными цыплятами. Все, за исключением вновьприбывших сосисок, было надкусанным.
Фиглов нигде не было видно. И это было верным признаком того, что они были где-то здесь. Они всегда прятались от нее, когда знали, что она рассержена.
В данный момент она была очень сильно рассержена. Не столько на фиглов (из-за всего), хотя глупый фокус с прятками действовал ей на нервы, но и на мисс Тик, и на Матушку Ветровоск, и на Аннаграмму, и на мисс Тенету (за ее скорую смерть), и на самого Зимового (по многим причинам, с которыми у нее не было времени разбираться).
Она отступила назад и затихла.
Исчезновение всегда сопровождалась ощущением покоя и таким чувством, как будто ты тихо погружаешься в воду, но сейчас она словно ныряла в темноту.
Когда Тиффани открыла глаза, она будто заглянула через окно в огромный зал. Казалось, что звуки раздаются где-то вдали, а ее переносица чесалась.
Фиглы появились из под листьев, уавших веток и даже из под тарелок. Их голоса доносились, как будто из под воды.
— Ах, кривенс! Велико чарувание она на нас сотворила!
— Никогда она прежде такого не сотворяла!
Ха, я спряталась от вас, подумала Тиффани. Что-то новенькое, а? Хмм… Интересно, могу ли двигаться?
Она сделала шажок в сторону. Казалось, что фиглы не заметили ее.
— Она как выскачит зараз на нас! Ооооо, вейли…
Ха! Если бы я смогла подкрасться так к Матушке Ветровоск, как бы она поразилась…
Нос Тиффани чесался все сильнее и также появилось ощущение, к счастью не совсем такое, что ей срочно надо в туалет. Значит, сейчас что-то произойдет, к чему не мешало бы подготовиться.