Зимних Дел Мастер

Пратчетт Терри Дэвид Джон

Голоса стали звучать яснее и перед ее глазами замелькали голубые и пурпурные точки. В следующее мгновение это случилось. Если бы оно сопровождалось звуком, то это был бы хлопок, как бывает в ушах после полета на метле на большой высоте. Она появилась прямо посреди толпы фиглов, вызвав у них мгновенную панику.

— Не смейте воровать мясо с поминок, вы, мерзецы!

Фигла замерли и уставились на нее. Затем Роб Всякорграб сказал — мы не мерзнем!

Это был один из тех моментов — а имея дело с фиглами, вы частенько с такими моментами сталкивались — когда

кажется, что мир перевернулся с ног на голову и, прежде чем сделать следующий шаг, надо вернуть все на свои места.

— О чем ты? — спросила Тиффани.

— Мерзецы, — ответил Роб Всякограб. — Это те, кто замерзают. От холода.

— Ты хочешь сказать, мерзляки?

— Айе, айе, вот ладное прозвание для них. — сказал Роб. — Мабуть ты изречь хотела — ворюки-противцы, а так прозывают…

— …нас. — услужливо подсказал Вулли Валенок.

— Ох. Да. Спасибо. — тихо сказала Тиффани. Она сложила руки на груди и закричала. — Ах вы ворюки-противцы! Как вы смеете красть еду с поминок мисс Тенеты!

— О, вейли, вейли, она Складывати ручки, Склааадывати руууучкииии! — завопил Вулли Валенок, падая на землю и пытаясь зарыться в листья. Фиглы вокруг зарыдали и съежились, а Величий Ян начал стучать головой о заднюю стенку сыроварни.

— А ну утихните вы все! — вскричал Роб Всякограб, оглядываясь по сторонам и отчаянно размахивая руками.

— Она Поджимати губки! — завопил какой-то фигл, показывая дрожащим пальцем на лицо Тиффани. — Ведомо ей о Поджимати губок! То Погибель наша!

Фигла пытались бежать, но панике лишь налетали друг на друга.

— Я жду объяснений! — воскликнула Тиффани.

Фиглы застыли на месте, повернув лица к Робу Всякограбу.

— Объяснение? — спросил он, обеспокоенно переступая с ноги на ногу. — Ох, айе. Объяснение. Ное проблемо. Объяснение… Какое те любо?

— Какое? Мне нужна правда!

— Айе? Ох. Правда? Ты уверена? — нервно спросил Роб. — Я могу дать боле интересны Объяснятки, чем…

— Выкладывай! — резко сказала Тиффани, постукивая носком ботинка по земле.

— Ах, кривенс, то Постукати ножкой зачинается! — взвыл Вулли Валенок. — Нагоняй нам будет!

Вот так. Тиффани расхохоталась. На перепуганных Мак Нак Фиглов невозможно было смотреть без смеха. Они были такими жалкими. Одно резкое слово и они превращались в щенят, только вони от них побольше.

Роб Всякограб криво ухмыльнулся ей.

— Все велики карги тем помышляют. — сказал он с восхищением. — Вон товстуха пятнадцать рулетов утягала!

— Это, должно быть, Нянюшка Огг. — ответила Тиффани. — Да, у нее всегда с собой мешочек, привязанный над коленкой.

— Эх, но не дельные то вышли поминки. — сказал Роб Всякограб. — На поминках довжно спевати и пити, да коленки сгибати, а не стоять стовпом и сплетни вести.

— Сплети, это часть ведовства. — сказала Тиффани. — Так ведьмы проверяют, не поехала ли у них крыша. А зачем коленки сгибать?

— Да то плясульки означает. — ответил Роб. — Отплясывать напропалую, то бишь. Поминки нехороши, пока руки и ноги не замельтешат, а килты не распахнутся!

Тиффани никогда

не видела, как фиглы пляшут, но она слышала какими звуками сопровождались их танцы. Как будто была война, чем танцы, вероятно, и заканчивались. Однако, распахивание килтов звучало несколько настораживающе, и напомнило ей о вопросе, который она никак не решалась задать.

— Скажи мне… Вы что-нибудь надеваете под килт?

По тому, как фиглы снова затихли, она поняла, что это был не тот вопрос, на который им нравилось отвечать.

Роб Всякограб прищурился. Фиглы затаили дыхание.

— Не обязательно. — ответил он.

* * *

Наконец-то поминки подошли к концу, может и потому, что все уже было съедено и выпито. Почти все ведьмы улетали с небольшими пакетами. Вот еще одна традиция. Почти все, что было в коттедже, принадлежало ему и переходило с ним к очередной владелице. Но то, что не принадлежало коттеджу забирали подруги умирающей ведьмы. И, поскольку, умирающая ведьма была еще жива во время раздачи, то пререканий не возникало.

Это очень важная деталь, касающаяся ведьм. Они были, по словам Матушки Ветровоск «теми, кто смотрит поверх». Она не объяснила свои слова. Она вообще редко объясняла. Но Матушка говорила не о тех, кто смотрит в небо; это мог сделать любой. Может быть она хотела сказать, что ведьмы глядят на повседневные дела свысока и размышляют — «Что это вообще такое? Как оно работает? Чем мне заняться? Да и зачем мне все это?». Они могут размышлять и том, надето ли что-нибудь под килтом. И возможно это и было причиной того, что «странное» на языке ведьм означало нормальное…

…Но при этом они грызлись, как хорьки, из-за серебряной ложки, которая может и вовсе не была серебряной. Вот уже кое-кто из них с нетерпением поджидал около раковины, когда Тиффани вымоет несколько больших блюд, что мисс Тенета обещала им, и на которых были жаренный картофель и сосиски для поминок.

Зато с остатками еды забот не было. Нянни Огг, ведьма, что изобрела Суп из Остатков Сэндвичей, стояла в моечной, приготовив широкий мешок и еще более широкую улыбку.

— Мы собирались поужинать остатками и жаренной картошкой. — сердито сказала Тиффани, но с некоторой долей заинтересованности. Они уже встречались с Нянюшкой раньше и та ей даже нравилась, но мисс Тенета мрачно заявила, что Нянюшка Огг была «отвратительной старой кошелкой». Такого рода замечания не могут не привлекать внимания.

Тиффани обхватила рукой блюдо с мясом, на что Нянюшка ответила — Вот и ладушки. Ты хорошо поработала сегодня, Тифф. Мы это заметили.

Нянюшка удалилась прежде, чем Тиффани пришла в себя. Одна из них чуть ли не поблагодарила ее! Изумительно!

Петулия помогла ей занести в дом большой стол и закончить с уборкой. Перед уходом она замешкалась.

— Ммм… С тобой все будет хорошо, правда? — спросила она. — Это все немного… непонятно.

— Считается, что мы должны понимать непонятности. — чопорно ответила Тиффани. — Ну да ладно. Ты ведь приходилось уже сидеть с мертвыми или умирающими?