Зло
Шрифт:
Тогда, вероятно, всё закончилось. Они задумали, что диван должен оставаться там до утра.
И в любом случае отпала необходимость ждать атаку со стороны коридора.
«Может, мы включим свет?» — поинтересовался Пьер.
«Нет, чёрт возьми! Вспомни, что мы находимся в деревенском сортире, а не в загаженной комнате».
«Но нам надо, пожалуй, открыть окно?»
«Нет, чёрт возьми, окна намертво закреплены проволокой».
«Конечно, это была гениальная идея заматывать окна».
«Да, и они знают сейчас, что мы должны открыть окно. Подними занавеску, и увидим».
Пьер,
Может, члены совета стояли там под дождём и ждали, пока они откроют окно? Ждали, пока кто-то из них выпрыгнет наружу, чтобы пройти вокруг через главный вход, пробраться внутрь и отодвинуть диван? Или они собрались у главного входа? Все эти варианты выглядели вполне правдоподобными.
Пьер шарил руками по письменному столу, чтобы найти плоскогубцы. Время от времени, когда его рука натыкалась на что-то не то, он взрывался ругательствами. Потом повозился немного со стальной проволокой на оконных запорах. В конце концов смог отворить окно и высунулся наружу, чтобы поискать глазами спрятавшихся членов совета.
В комнату ворвался холодный свежий воздух.
«Если они находятся там, снаружи, то смогут увидеть нас. Но мы их не различим, если зажжем свет, — заметил Пьер. — Однако пора подумать, как хотя бы слегка прибраться».
«Да, и тогда нам придётся отодвинуть диван. Может, стоит подождать ещё немного?»
Они вертели ситуацию и так и этак. Выходит, относительно собранного дерьма всё оказалось правдой. Не составляло труда, кстати, понять, где члены совета хранили его, продолжая накапливать. Но они наверняка не собирались довольствоваться тем, чтобы просто швырнуть всё наугад в комнату Эрика и Пьера. Вероятно, они задумали сперва пленить Эрика, притащить куда-нибудь и связать, для того чтобы облить его из ведра «повсеместно». Но сейчас они остались без своего дерьма. И, наверное, посчитали, что справились с умиротворением. Хотя существовала возможность, что они ждут у главного входа в жилой корпус, чтобы перехватить того, кто попытается оттащить диван. Сейчас они вряд ли испытывали желание ворваться в изгвазданную, пропахшую комнату. Нет, вероятно, они разошлись по домам или стояли в ожидании у главного входа. Или пошли умиротворять других.
Так или этак, не годилось сидеть в деревенском сортире всю оставшуюся ночь.
«Вот что мы сделаем, — сказал Эрик. — Я выпрыгну через окно и обегу дом с другой стороны за еловой изгородью. Потом попытаюсь проверить, чист ли горизонт, а потом пойду внутрь и уберу диван. Если я доберусь до дивана, то скажу, что я там. Ты же приготовься закрыть окно на случай, если они пойдут в атаку снова. Там в темноте я наверняка справлюсь».
«Уверен?»
«Да. Никто ведь не запрещает убегать от членов совета. Они никогда не смогут представить это так, как будто я удрал от обыска в связи с незаконным курением. Выходит, у меня есть право убежать».
«И получить только лишение
«Тогда так и поступим. Операция Говняная Месть начинается».
Эрик надел кроссовки. Забравшись на письменный стол, чтобы добраться до окна, он положил руку прямо в кучу кала.
Спрыгнув на землю за окном, он сразу же метнулся в сторону, чтобы избежать возможной атаки. Но никто, похоже, не ждал его на улице. Чистый воздух ощущался как глоток холодной воды, когда тебя одолевает жажда.
Потом он крался вокруг дома вдоль еловой изгороди. Пока ничто не предвещало опасности.
У наружной двери он не увидел ни одного человека. Возможно, они ждали внутри в коридоре? Там было самое удобное место для засады.
На всякий случай он прошёлся вокруг двух ближайших жилых корпусов. Нигде не горел свет, за исключением комнаты Силверхиелма на втором этаже в Малой Медведице. Эрик вскарабкался на один из больших вязов. Да, они сидели там внутри и болтали. Второй этаж, третья дверь с правой стороны.
Ага. Тогда, вероятно, горизонт был чист. Он всё равно открыл входную дверь в Кассиопею рывком, чтобы возможная засада разоблачила себя.
Ни звука. Нигде никакого движения.
Он позволил входной двери закрыться за собой. Оставался чулан уборщицы с правой стороны. Распахнув входную дверь настежь, так чтобы оставить себе путь для отступления, он рывком открыл дверь чулана, пока входная ещё не успела захлопнуться.
Нет, там тоже никого не было.
Тогда он включил свет в коридоре. Ни звука, абсолютная тишина.
Члены совета могли, конечно, ждать в какой-нибудь комнате на его пути по коридору. Стоило им его ущучить, он оказался бы в плену одномоментно. В конце коридора находилась только запертая дверь в квартиру коменданта.
Он шёл вперёд, бесстрашно открывая и закрывая дверь за дверью. Повсюду только спящие ученики реальной школы.
Выходит, умиротворение закончилось.
Он постучал в свою комнату, прежде чем отодвинул диван, и объяснил, почему это заняло так много времени.
Когда они включили свет, урон оказался сильнее, чем они предполагали. Весь пол был перепачкан, частично они заляпали всё это сами, когда на ощупь двигались в темноте. Залитой оказалась кровать Пьера и весь письменный стол. Кое-где от брызг досталось и книжным полкам.
«Ага, — сказал Пьер. — В чулане уборщицы есть всё, что нам надо. Вёдра, тряпки, моющие средства и резиновые скребки. Все… Какие они все-таки свиньи…»
«Хуже чем свиньи. Ты знаешь, свиньи это как Полифем. Так вот. Но Силверхиелма ждёт сюрприз этой ночью, какого он и представить себе не мог».
При помощи резиновых скребков им удалось собрать достаточно много мочи, смешанной с калом, так что жёлтое пластмассовое ведро заполнилось более чем наполовину.
Потом они потратили два часа на уборку в комнате, всё время с окнами, открытыми нараспашку, и с открытой дверью. Распухший мешок для белья они вынесли в чулан уборщицы. Время перевалило за три, когда они закончили. Свет наверху в комнате Силверхиелма погас уже около половины второго.