Злодей
Шрифт:
— Сказать — не значит чувствовать. Ты чувствуешь это к нему?
— Нет.
Правда слетела с моих губ с легкостью.
— Хочется тебе верить.
Он наклонился ближе, его потемневшие глаза устремились на мои губы, голова чуть склонилась, показывая желание, но я быстро соображала.
— Помнишь, когда ты заехал за мной в тот день, якобы отвезти в аэропорт? — казалось, это было целую вечность назад. — Линк сказал мне, что любит меня.
Он поморщился.
— Это не помогает твоему положению.
—
Он отшатнулся, его гнев рассеялся.
— Я видел это, — легкая улыбка играла на его губах. — Он выглядел как щенок, которого пнули, когда ты села в машину.
— Это потому, что я ничего не ответила.
Он снова нахмурился.
— Но тот факт, что он сказал это тебе… Я должен был убить его.
— Тебя обязательно поймают, — мне пришлось сменить тактику.
Он придвинулся ближе, его присутствие вторглось в каждую клеточку моего тела, когда он прислонился лбом к моему.
— Меня никогда не ловили. Столько грязных дел, столько жизней разрушено только потому, что я мог. Линк не будет исключением.
— Я не люблю его, — высказала я правду во всей ее уродливой красе.
— Жаль, что я не могу тебе поверить, — он вздохнул.
— Я говорю правду.
Его теплое дыхание коснулось моих губ, и мой голос дрогнул на последнем слове.
— Если бы только был способ, которым ты могла бы доказать это мне, — его жестокая ухмылка вернулась, и он положил теплую ладонь мне на горло.
— Как? — у меня перехватило дыхание, когда Себастьян нежно сжал мою шею.
— У меня есть несколько идей.
Он коснулся моих губ своими.
Мурашки побежали по моим рукам.
— Я не буду заниматься с тобой сексом.
— Не сейчас, но ты это сделаешь.
Его губы снова коснулись моих, и непрошеный трепет пронзил меня от жара его прикосновений.
— Так давай заключим еще одну сделку. Хотя, предупреждаю, у этой ставки будут выше, чем спасение твоих ботанических книг. Что ты дашь мне за жизнь Линка?
Его большой палец двигался взад и вперед по моей яремной вене. Чувствовал ли он хаотичное биение моего сердца?
— Еще один поцелуй.
В его глазах вспыхнул жар.
— Договорились, но я выбираю, где тебя поцеловать.
— Нет.
Я толкнула его в грудь. Его глаза потемнели.
— Хорошо.
Он подвинул руку вправо и начал нажимать кнопки. Гудок клавиатуры вызвал у меня панику.
— Стой! — я схватила его за рубашку и боролась со своими следующими словами. — Если я дам тебе то, что ты хочешь, ты обещаешь никогда не причинять ему вреда?
Писк прекратился.
— Если ты позволишь мне поцеловать тебя здесь, — он обхватил мою киску одной рукой, — тогда я никогда не причиню вреда этому жалкому Белому Рыцарю, если только ты не попросишь меня.
— Ты обещаешь?
—
Он не убрал свою руку.
— Но все равно есть одна проблема.
— Что? — я сжала руки в кулаки. — Что теперь?
— Мне нужно, чтобы ты сказала мне, что сама хочешь этого.
Он потер ладонью между моих бедер, посылая дикий жар по клитору.
— С каких пор имеет значение, чего я хочу?
Я бросила на него взгляд, который, как я надеялась, свернул его внутренности в узел.
Вместо этого Себастьян улыбнулся.
— Мне нравится, когда ты дерзишь. Может даже больше, чем когда ты милая.
— Я ненавижу тебя!
Я вложила весь яд, которым обладала, в свои слова.
— Посмотрим, скажешь ли ты это, когда я похороню свое лицо в твоей сладкой киске.
Он скользнул указательным пальцем вверх и вниз по шву моих джинсов, посылая волны желания, мурашками пробегающие по моей коже.
— Ты можешь сказать мне, что не хочешь этого, и я остановлюсь.
Он наклонился ниже и прикоснулся губами к моей челюсти.
— Но если ты хочешь, чтобы я попробовал тебя на вкус, пожирал до тех пор, пока ты не потеряешь контроль, мне нужно, чтобы ты попросила об этом сама.
— Ты больной!
Я схватила его за рубашку и закрыла глаза, пытаясь быть где-нибудь еще, но не здесь, прижатая к двери, с дьяволом, шепчущим на ухо темные и порочные желания.
— А ты промокла насквозь.
Он завладел моим ртом, его язык безжалостно исследовал мой рот, отчего мне нечем было дышать.
Я ненавидела его, ненавидела все, что он уже сделал со мной и что планировал. Но больше всего я ненавидела то, что он заставлял меня чувствовать напряжение в животе и жар между бедрами, когда он брал то, что хотел. Все это было так неправильно. Единственный мужчина, который подходил мне, никогда не заставлял меня так гореть и плавиться, никогда не заставлял меня кружиться, как Себастьян. Я была подавлена и измучена, наслаждаясь его прикосновениями, но я не могла остановить это, как не могла покинуть этот дом. Мои мысли растворились в тумане похоти, когда его язык ласкал мой, дразня и заставляя сдаться, когда он прижал меня к двери. Он дразнил мою киску, скользя рукой по моим джинсам. Затем он отстранился и ударил меня прямо по моему чувствительному клитору.
Я дернулась и вскрикнула ему в рот, но он проглотил звук и снова погладил меня. Еще один удар его руки заставил мои колени ослабнуть.
Он схватил меня за задницу и поднял, перенося на кровать и положив бедрами на край.
— Снимай свою одежду.
Его зрачки стали больше, поглощая зелень с той же чернотой, что и в его душе.
Я колебалась. Он упал на колени у меня между ног и дернул за пуговицу на джинсах.
— Я все равно сделаю это.
Я схватила его за пальцы и крепко сжала.