Злодей

Аарон Селия

Телефон зажужжал. Номер, с которого пришло смс, не был определен.

«Всегда пожалуйста. — С»

И вот так просто Себастьян снова занял первое место в моих мыслях.

***

Когда я вернулась домой после первого дня весеннего семестра, обнаружила целую груду коробок, покоящихся на моем крыльце. Никаких этикеток или ярлыков на них не было, ничего, что подсказало бы о содержимом коробок. Но мне и не нужно было гадать, от кого они. Он, может, больше и не следил за мной, но я могла прочувствовать его почерк на таинственных посылках.

Я

внесла каждую в дом и расположила на кухонном столе.

Вооружившись ножницами, я атаковала первую. Внутри обнаружила редкий вид орхидеи — орхидею Коулмана coralroot. Я никогда прежде не видела ее воочию, особенно во время цветения. Потрясающие пурпурные цветки, располагавшиеся на самой верхушке длинного стебля, вдоль которого расходились еще несколько почек, привлекали внимание. Я коснулось рукой груди, сумасшедшее сердцебиение отдавалось напротив ладони.

Одним быстрым движением я распаковала вторую коробку. Пришлось присесть, когда в ней я обнаружила орхидею-призрак, один из редчайших видов в мире. Учитывая сложность бутона, ученые до сих пор гадают, как происходит опыление этих цветов. Мои ученики и я могли бы совершить прорыв, достойный научного журнала, посвященного исключительно этому растению.

Я открыла оставшиеся коробки, и во всех находились редкие виды орхидей. Содержимое этих коробок дороже, чем рыночная стоимость моего дома. Солнце уже давно скрылось за горизонтом, а я продолжала сидеть и пялиться на прекрасные растения. Я бросила взгляд на уже завявшие маргаритки, что я оставила возле раковины, и перевела его снова на орхидеи. Нет, я не сравнивала. Но это было несправедливо. У Линка не возникало и мысли подарить мне сад редких орхидей. «Но он мог бы, по крайней мере, хотя бы попытаться узнать твои любимые цветы». Я отмахнулась от этой мысли и начала убирать пустые коробки. Из одной упал конверт, и на лицевой стороне я узнала наклонный почерк Себастьяна. Мое имя.

Я опустилась на пол и скрестила ноги, разрывая конверт трясущимися руками.

Камилла,

Я извиняюсь за то, что не был в офисе, чтобы ответить на твой звонок ранее сегодня. Теплица твоя. Я дал инструкции бригадиру отчитываться не директрисе, а тебе, также я утвердил дискреционный бюджет, чтобы ты могла внести любые требуемые изменения или дополнения на свой вкус.

Как ты знаешь, эмоции не моя сильная сторона. Но я хочу, чтобы ты знала, что с тех самых пор, как ты ушла, каждая моя мысль только о тебе. Я шел тогда и думал о том, что ухаживал за тобой неправильно. Сейчас я это понимаю.

И, говоря об этом, нужно признать, что я ни на что бы не променял наше совместно проведенное время. Ты научила меня понимать себя гораздо лучше, чем даже мой отец.

Помнишь, как ты сказала, что я злодей в этой истории? Думаю, в этом что-то есть. То, что я делал, чтобы добиться тебя, было неправильным. Но я ни о чем не жалею. И никогда не буду. И я бы сделал это снова, не задумываясь. Но во второй раз, возможно, я бы все же убил Линка и увез бы тебя отсюда. Увез бы на Амазонку и позволил бы свободно лазать по деревьям, пока сам бы ждал на земле. Я бы дал тебе все, чего бы ты ни пожелала. Я бы построил школу, сжег целый город, сконструировал оранжерею, уничтожил врагов — они все и мои враги, если мешают тебе. И думаю, поэтому ты права. Мне кажется, именно это и делает меня плохим парнем — то, что я убиваю или строю,

разрушаю или создаю для тебя. Стоит тебе пожелать, и я готов все исполнить. Все, что имеет для меня значение, — это то, чего ты хочешь.

Я не стану похищать тебя снова. Твоя жизнь принадлежит тебе. Я могу только ждать и надеяться, что ты заметишь, насколько я искренен. Что в конечном итоге ты простишь меня за мои прегрешения. А даже если и не сможешь, я по-прежнему буду терпеливо ждать и мечтать о тебе. Знай, что моя любовь принадлежит тебе. И всегда будет.

Себастьян.

Слезы упали на бумагу, слова разбегались от эмоций, рвущихся глубоко во мне. Тело потряхивало от рыданий, и я опустилась на холодный пол, сжимая письмо в руке. Простые слова со страницы ранили сильнее любого оружия. Мое сердце сжималось и кровоточило, пока я рыдала. Ранее этим днем, я выбрала правильный путь, ведущий к Линку. Но от пары строк, написанных Себастьяном, я потеряла контроль, моя душа рвется к нему в то время, как каждая частичка здравомыслия толкает к Линку.

Телефон просигналил, оповещая о входящем сообщении. Я проигнорировала его, продолжая прижиматься щекой к холодному полу и пытаясь выровнять дыхание. Это не должно было превращаться в соревнование. Один мужчина похитил меня, другой — нет. Это же так просто. Здесь на самом деле не должно было быть вариантов. Линк — хороший парень. Он никогда бы не предложил спалить ради меня весь город. Это же хорошо, так ведь?

Возможно, мне стоило бы вернуться к своему первоначальному плану и отодвинуть в сторону их обоих, побыть одной у себя дома и попытаться собрать воедино свою прежнюю жизнь.

Телефон снова пискнул. Я поднялась и потянулась за ним. Еще один незнакомый номер.

«Камилла, это Билл, отец Себастьяна. Можешь ли ты поужинать со мной в городе в эти выходные? Пожалуйста».

Мистер Линдстром не похищал меня, но он и не помог, когда я просила. Хотя истории о детстве Себастьяна, что он рассказал, оказались довольно полезными в попытках его понять. Возможно, он мог бы помочь мне еще раз. Я ответила ему, что согласна на встречу.

Как только мы договорились о дате встречи, я оторвала себя от пола. Слезами тут не поможешь. И я уже сыта по горло ими. Я больше ничья пленница, ничья невеста, ничья игрушка. И никогда больше не буду, пока сама не захочу этого, пока это не будет моим собственным решением. Первый раз в жизни мое будущее принадлежало мне, и я не собиралась это упускать.

Глава 47

Линк

— С кем ты ужинаешь? — я схватил Тину за волосы, когда она отсасывала мне, пока я говорил с Камиллой. Я хотел заранее подготовиться к игре, учитывая тот факт, что Камилла, вероятно, оставит меня с синими яйцами. Снова.

— Просто друг. Не беспокойся.

— Этот друг — мужчина?

Тина закашлялась, но я насадил ее на свой член, чтобы заглушить звук.

— Да, но он достаточно взрослый, чтобы быть моим отцом.

— Значит, мы увидимся сегодня вечером?

— Я, наверное, потом вернусь к Веронике. Первая неделя в школе, так что я устала. Как насчет того, чтобы пообедать завтра?

— Конечно, но почему бы тебе просто не сказать мне, с кем ты ужинаешь?

— Потому что я этого не хочу. — Уверенность в ее тоне задела меня за живое. Я позволил Тине глотнуть воздуха, прежде чем снова насадить ее на свой член.