Злодейский путь!.. Том 9
Шрифт:
Шен осознал, что Рэн не оставляет ему выбора.
Лицо старейшины Муана приняло непередаваемое выражение, когда, разместив Ала и вернувшись на пик Черного лотоса, он узнал, что теперь Рэн будет жить в черном замке.
Глава 213. Безмятежная тьма
«Тот, кто будет читать это послание, я хочу, чтобы ты знал: я пытался простить своих врагов. Я пытался долгие годы. Полагаю, если бы дело было лишь во мне, у меня могло получиться.
Судьба распорядилась
Не жалей меня. Я прожил хорошую жизнь. Я превратил небольшую секту в настоящий орден, обучил десятки последователей и вырастил троих прекрасных заклинателей. Но, как и любой человек, я совершал ошибки, нес потери и не знал, как двигаться дальше.
Я создал секту заклинателей искаженного пути — секту Хладного пламени. Причиной этому стало мое давнее желание отомстить.
Сейчас ты можешь сделать выбор: узнать об этой давней истории, которая, возможно, изменит и твое представление о нашей спокойной жизни, или же забыть, что твой дядя оказался не так хорош, как хотел для вас казаться, и остаться на своем месте. Если бы я хотел втянуть тебя — я бы поведал обо всем лично. Я иду окольным путем, в надежде, что судьба сама определит, увидишь ли ты это послание, догадаешься ли о скрытом тексте.
Как ты уже, вероятно, знаешь, после посещения гробницы меня поразило проклятье. И вместе с тем, я словно стал все четче видеть. Я почти сдался до встречи с парой выдающихся заклинателей, их звали Ли Ара и Муан Хэн. Они погибли в гробнице, у них осталось двое маленьких детей. Я обещал, что позабочусь, чтобы они ни в чем не нуждались. Надеюсь, после моей смерти вы трое проследите, чтобы мое обещание было исполнено.
Я рассказал Шиану всю историю, всю целиком. Я не дал ему такого выбора, который даю тебе. Тебе, Шен, я завещаю этот дневник. Если ты читаешь сейчас эти строки — это судьба. Но знай, судьба — это не неизбежность, судьба — это обстоятельства, в которых мы сами принимаем то либо иное решение.
Я лишь надеюсь, что ты примешь взвешенное решение.
И кстати, ты заметил, что Рурет любит тебя не только как брата?»
Шен закрыл дневник и продолжал сидеть, уставившись в одну точку.
— Ты знал об этом? — увидев, что он прочитал, обратился к нему Лев.
Они вновь находились вдвоем в чайной комнате. Рэн к этому времени стал счастливым обладателем покоев неподалеку от Аловой комнаты (Шен решил, что будет называть тот этаж «гостевым») и не выказал желания присоединиться к чаепитию, а Муан еще не вернулся.
— Не знал, — отозвался Шен, убежденный, что с той же уверенностью может ответить и за оригинала. Если дневник все это время хранился у Шиана — вполне вероятно, что Шен никогда его не видел.
Ми Лу была создательницей Демнамеласа как ее личины и самого искаженного пути. Ир Шеин оказался тем, кто, спустя тысячу лет, вспомнил древние легенды и объединил ущербных, искалеченных заклинателей в секту ненавидящих весь мир фанатиков.
Какое-то воздаяние.
Шиан продолжал дело дяди? Неумолимо вел двойную игру все это
— С кем мы боремся, Шен?
Тот перевел взгляд на старейшину пика Синих звезд.
— Не думаю, что Шиан послал бы нас на битву, которой можно было бы избежать… — начал Шен и замолчал. А может, послал бы? Кто знает, чего он добивается? — Точнее, я полагаю, что на данном этапе он в самом деле не управляет сектой Хладного пламени. Если когда-то у него и была над ними какая-то власть, то с приходом Демнамеласа он ее лишился.
В том, что Шиан не может тайно руководить сектой, в которой заправляет Админ, Шен был уверен. Если все это время секта Хладного пламени под его руководством существовала для какой-то определенной цели, а затем появились два пользователя и Админ и все разрушили… Сложно представить, какую ярость скрывает под улыбкой Шиан.
— Я поговорю с ним, — заверил Шен.
Лев с сомнением посмотрел на него. Конечно, попытаться узнать правду у главы ордена стоило, но он вспомнил взгляд, которым сегодня тот окинул Шена, и ему стало казаться, что, возможно, говорить с ним наедине — не самая лучшая идея. Впрочем, если у кого и есть шанс удостоиться откровенности Шиана, так это у Шена. Не убьет же он его в самом деле.
Лев напряженно кивнул.
— Что бы ты ни выяснил, из-за приказа императора и обязательств перед главой контрольного бюро мы не можем уклониться от участия в битве. Мне просто не хочется быть разменной монетой в чужой игре.
Шен, соглашаясь, чуть склонил голову, засунул дневник за пазуху и, встав, еще мгновение нерешительно покачался на пятках, затем резко развернулся и направился прочь из черного замка. У моста его остановил голос Системы:
[Глава ордена Шиан находится у черного пруда.]
Взгляд Шена стал блуждать по вершинам далеких гор. Светило солнце, и небо, полное облаков над грядой гор ордена РР, было абсолютно чистым на горизонте. Явление казалось любопытным.
«Зачем ты мне это сообщаешь?»
[Я заинтересована в раскрытии прошлого не меньше, чем вы!]
Шен помолчал. На мост, перед началом которого он стоял, со стороны пика Таящегося ветра наползал туман. Задолго после рассвета это могло значить лишь одно: это было низкое облако. Меньше чем через минуту Шен погрузился в него целиком. Отдельные солнечные лучи выхватывали из тумана переливы мелкой влажной пыли, и это было поистине завораживающим зрелищем.
Постояв так минут пять, Шен очнулся, когда облако проползло мимо, и, развернувшись, направился к черному пруду. Можно было бы полететь на мече — и это заняло бы не больше минуты, но Шен не был готов ко встрече с Шианом так скоро.
Пройдя площадь, он вышел на дорогу, что огибала черный замок и вела вниз по склону, и направился мимо черных остовов погибших деревьев и кустарника к столь же черному озеру.
Шиан не особенно выделялся в общем тоне, лишь золотая оторочка черных одежд и украшения в волосах сверкали посреди матовой серости этого места. Пространство перед ним хорошо просматривалось, Шен называл это место «Лысый склон». Шиан и впрямь стоял на краю озера и выглядел, словно сентиментальный герой. Шен подумал о Рурет и поймал себя на мысли, что в этот момент почти сочувствует его утрате. Он передернул плечами и заставил себя взбодриться, напоминая о том, что этот человек способен мастерски манипулировать чужими чувствами.