Змей
Шрифт:
— Прижмитесь как можно теснее к стенам, — раздалась новая твердая и громкая команда Андроника. — Как можно теснее к стенам. Не двигайтесь. Случиться может все, — подчеркнул он, переводя взгляд с одного на другого. — Ничего серьезного ни с кем из вас не произойдет... Но если вы будете вздрагивать и вскрикивать, вы спутаете мне все карты и мне придется туго...
Недоуменно глядя встревоженно блестящими глазами, гости рассаживались вдоль стен, как можно теснее прижимаясь к ним. По-прежнему скептически улыбался один капитан Мануилэ.
— Не иначе,
— Без фокусов не обошлось, — ответил ему, ничуть не сердясь, Андроник. — Но будет лучше, если у нас хватит времени...
— Господи, но откуда, в конце концов, этот змей?! — взорвался капитан. — Если известно, где он, то почему бы не отправиться туда и его не убить, покончив с ним одним махом?!
— Он уже здесь? — испуганно спросила Лиза.
— Где он сейчас, я не знаю, — насупившись, ответил Андроник. — И если вы хотите... — Он засунул руки в карманы и по очереди оглядел всех. — Я не могу насильно навязывать благо, — сказал он и улыбнулся.
— А для чего нам нужно сидеть вдоль стен и не двигаться? — спросил Стамате, желая показать всем, что нисколько не напуган.
— Чтобы змей не испугался, — объяснил Андроник. — Я позову его, и он тихонечко приползет...
— Позовешь его сюда, к нам в дом? — воскликнула доамна Соломон.
— Может, ты и заклинания знаешь? — насмешливо осведомился капитан. — Или просто будешь водить нас за нос, как водил в лесу?
Но женщины все до одной непременно хотели посмотреть, что станет делать Андроник. Пусть фокус, пусть шутка, зато будет что-то необыкновенное, интересное, да уже и сейчас необыкновенно интересно...
— А долго нам так сидеть и не шевелиться? — спросил Стере.
И словно бы разрушил чары первого приказа Андроника. Все зашевелились, заговорили, правда не отваживаясь пока отодвинуться от стены. Время от времени все поглядывали себе под ноги, как будто опасались нежданно-негаданно увидеть перед собой на полу змею.
Андроник нервничал, снова засунул руки в карманы. И опять попытался добиться полного послушания.
— Сейчас нет времени рассказывать, как я буду его вызывать и откуда этому научился... Все расскажу потом. Но я же говорил, что вы поднимете меня на смех, — добавил он раздраженно.
— Разве мы смеемся? — едва ли не со смехом запротестовала Лиза.
Она посмотрела в угол, где сидел домнул Соломон, и странная тревога закралась ей в душу. Ей показалось, что домнул Соломон не слышит ни единого звука из того, что творится вокруг него. Он сидел, сидел неподвижно в той самой позе, как велел сидеть Андроник. Лиза постаралась поймать взгляд доамны Соломон. Та не тревожилась. «Может, я все придумываю?» — подумала Лиза, успокаиваясь.
Андроник взглянул на часы.
— Если вы не утихомиритесь через минуту, — проговорил он, — мне придется извиниться перед вами, что я напрасно вас обеспокоил, и отправиться восвояси... Вот все, что мне хотелось вам сообщить...
Тон Андроника всех несколько обескуражил.
— Вот и хорошо, — прошептал Андроник. — Прошу, так вот и посидите...
Он снова нахмурился и, казалось, побледнел. Сделал шаг, приостановился, потом решительно направился в глубину комнаты и задул лампу. Фитиль другой лампы он привернул.
— Слишком светло, — прошептал он. — Только бы не напугать...
Вернулся к входной двери и широко ее распахнул. Проделывал он все это ни на кого не глядя; казалось, в комнате он один и готовится к встрече с кем-то... Остальные сидели затаив дыхание и потом шумно вздыхали, с трудом переводя его.
— Еще раз прошу вас, не шевелитесь. Все может случиться... Для вашего же блага...
Он говорил как будто для находившихся где-то неведомо где, не поднимая ни на кого глаз. Большими шагами ходил он по комнате и словно бы был недоволен тем, как расставлены в комнате стулья. На ходу он взял один стул и отнес в столовую. Вернулся, остановился почти на середине комнаты, потер себе лоб, по-прежнему не поднимая глаз, и вдруг решился: встал на одно колено и застыл, сложив обе руки на другом.
«Сейчас главный фарс и начнется», — подумал капитан, раздраженный дурацкими приготовлениями Андроника.
И все-таки вслух произнести это он не решился. Он оглядел своих сотоварищей. Стамате завороженно ждал, готовый поверить всему, что только перед ним ни разыграют. Девушки казались довольно сильно встревоженными и столь же заинтересованными. Доамна Замфиреску была в ужасе, домнул Соломон сидел как каменный. «Сколько же будет длиться эта комедия? — задался вопросом капитан. — Что ж, может, фарс и удастся, и тогда мы посмеемся от всего сердца».
Тут он обратил внимание, что Андроник к тому же еще что-то шепчет, по-прежнему оставаясь в странной, избранной им для себя позе. Капитан попытался понять, что же он такое говорит. Звуки были чрезвычайно странные. И слова словно бы не румынские. Слова со множеством гласных, долгих, тянущихся. И все-таки что-то Андроник выговаривал, и то и дело слышалось слово «змей». Колдовство, да и только... А вернее, только нелепый балаган... Мысли капитана Мануилэ как бы затуманились, когда он, повернув голову, увидел всех остальных, молчаливо дремлющих с бледными восковыми лицами.
9
Прошло несколько минут, но капитану Мануилэ казалось, что прошло их великое множество. Он изо всех сил боролся с дремотой, а на него все наваливалась и наваливалась неслыханная усталость, и веки, тяжелея, смыкались. Вдруг ему показалось, будто в комнате что-то переменилось. Полутьма словно бы разорвалась на два полотнища, и между ними легла на пол серебряная дорожка. Наверное, скрывавшаяся за облаками луна наконец заглянула в комнату, и ничего в этом не было удивительного.