Золотая девочка
Шрифт:
Но, что делать сейчас, Леха не очень представлял. Поэтому поступил излюбленным мужским способом, проверенным и наиболее действенным. Просто-напросто, сбежал. Сам себя за это презирал в данный момент, а все же предпочел пойти проторенной миллионами других, таких же бедолаг, дорожкой.
Обе девушки изумленно наблюдали, как он, буркнув себе под нос что-то о неотложных делах, а большие настенные часы, на минуточку, показывали почти одиннадцать вечера, быстро собрался, хватая без разбора все, что попадет под руку, а потом выскочил из дома, оставив и Лену, и Маргариту на растерзание
Леха понимал, ему нужно побыть одному, чтоб спокойно оценить все те перемены, которые валятся на его голову, будто дары из рога изобилия, только крайне тяжелые и исключительно по лбу. Никитин уставился на ключи от машины, удивляясь, для чего они ему вообще нужны, и за каким чертом он взял их с собой, сунул связку в карман, а затем пошёл к ближайшему бару. Ему жизненно необходимо было расслабиться во всех смыслах этого слова. Так, как расслабляется любой нормальный мужик, а именно, слегка напиться.
Слава богу, неподалеку находилось весьма приличное заведение, до закрытия которого оставалось еще достаточно времени. Заправлял кабаком один из товарищей Ника, а значит, можно даже рассчитывать на хороший виски. Мужчина, не торопясь, будто прогуливаясь перед сном, дошел до бара, мысленно споря сам с собой, как ему быть дальше. Чертову Маргариту Ратинберг он хотел до одури. Факт этот уже ясен, будто бриллиант наичистейшей огранки, и сто раз им, Лехой Никитиным, понят. Ну, не дурак, все же, к своим годам. Однако то, что будущего у них нет, было столь же очевидно, сколь велика сила желания иметь это самое будущее вопреки всему. К тому же, Барби стерва, каких поискать. Эгоистичная и жадная.
С другой стороны, после не жданного возвращения Золотой девочки, Ника совсем переклинило. Вот приехала Лена, с которой у него, в общем-то, была крайне занимательная, насыщенная, хоть и редкая, интимная жизнь. Радуйся, не хочу. А у него все, никаких эмоций. Не хочет он рыжую красавицу больше. Совсем. Стоит перед глазами треклятая блондинка. Приворожила она его, что ли?
Ник спустился по ступенькам и вошел в достаточно просторное подвальное помещение. Этот бар ему нравился. Ничего лишнего. Все лаконично и без фанатизма. Знакомый бармен приветливо кивнул, тут же плеснув в пузатый стакан янтарный напиток, на который Леха возлагал большие надежды. Глядишь, отпустит, хоть немного, это идиотское напряжение.
— Что такое? Забухал с горя? Или от счастья?
Ник повернулся на голос, искренне проклиная свой маленький город. Даже напиться не дадут от души. Рядом, ровно с таким же бокалом, сидел Макс Орлов собственной персоной, изрядно уже, кстати, нетрезвый. Как говорил герой одной детской книжки, скорее мертв, чем жив.
— Блин, Орел, отвали, а? Вообще сейчас не до тебя.
Ник машинально назвал конкурента старым школьным прозвищем, совершенно не желая спорить, ругаться или терпеть выходки кого — либо. Только не сейчас, после стольких дней мучительной, выматывающей страсти, кипящей в его душе, и бесконечной борьбы с оной.
— Да ты что? Почему? Такое счастье ведь
Леха даже поморщился от такого пошлого, ничем не прикрытого подтекста. Видимо, по делу Наташка волнуется. Не отпускает Макса старая любовь. Что-то подсказывало Никитину, в баре бывший одноклассник заливает именно эту тоску по светловолосой красотке, ставшей той самой роковой женщиной, память о которой, будто клеймо, остается на всю жизнь.
— Макс, послушай, я вообще не хочу объяснять тебе что-либо, и не обязан. Но в силу того, что ты ее, похоже, до сих пор любишь, сделаю исключение. Если ты в курсе, то машину Маргариты подожгли. Пока, неизвестно, кто и зачем. Поэтому, она временно переехала ко мне. Но тебе, Максим, в данный момент нужно сосредоточиться не на своей бывшей девушке, а на реальной женщине, которая уже через день станет твоей женой.
— Не станет…
Леха подумал сначала, будто ему показалось. Так тихо прозвучал ответ Орлова.
— В смысле? — переспросил он у блондина, который с каждым глотком становился все пьянее, и пьянее.
— Без смысла. Отменил я свадьбу. Хорошо, хоть денег не тратили и не планировали грандиозную гулянку. Было бы обидно.
Нику захотелось тряхнуть изо всех сил сидящего рядом придурка, а еще лучше, дать ему в морду. Деньги? Серьезно? Его сейчас волнует именно этот вопрос?
— Ты что, скотина, Наташку бросил?
Макс совершенно по-идиотски хихикнул и кивнул головой, чуть не упав при этом с высокого барного стула.
— Ну, ты… — у Лехи внутри все клокотало от злости, — Она же, блин, семь лет с тобой. Все знают, насколько эта дурында влюблена в Максимочку. Все для тебя делала. А ты… просто бросил ее, стоило появиться Барби? Серьезно?
— Бросил. Тебе-то, какое дело? Не понимаешь? Я сам не понимаю, а забыть никак не могу. Марго… Она особенная… Моя золотая девочка… Вся особенная, представляешь? У неё даже родинки на теле совершенные. Словно маленькие звездочки.
Ник слушал пьяные признания Орлова, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
— Где?
— Что, где? — не понял вопроса Макс, который был на грани окончательной потери связи с реальностью, потому что алкоголь медленно, но верно подталкивал его в прекрасную страну под названием "пьяный бред".
— Родинки у неё где? — уточнил Леха, боясь услышать ответ.
— Ааааа…. Интересно тебе… Значит, не было ещё у вас ничего. Одна прямо на груди, а вторая на левой ягодице. Прикинь, столько времени прошло, а я помню их, будто только вчера расстался с Марго.
Ник медленно слез со стула и пошёл на выход, не обращая внимание на возмущенные крики Орлова, который вдруг потерял собеседника. Но, стоило Лехе оказаться на улице, он тут же ускорил шаг, практически срываясь на бег. На улице было душно. Скорее всего, в преддверии дождя. Наверное, поэтому ему было тяжело дышать.
Леха Никитин ворвался в свой дом, искренне надеясь, чтоб все колющие и режущие предметы были спрятаны, потому что, в душе у него имелось огромное желание прибить одну весьма лживую и, судя по всему, не очень адекватную блондинку.