Золотая девочка
Шрифт:
— Привет, Леша
Девушка выглядела болезненно. Ник почувствовал лёгкое волнение. Может, на самом деле у неё произошло что-то из ряда вон выходящее? Все же, как ни крути, они были близки, и чувство ответственности, несмотря на обстоятельства, Леха испытывал к Лене наверняка.
— Привет. Я думал, ты в Питере. Что произошло?
Девушка опустила глаза, закусив нижнюю губу и Нику захотелось выматериться. Мужчина хорошо знал этот ее жест. Сейчас она заплачет. Всего один лишь раз он такое уже видел. Тут же, подтверждая его мысли, из-под длинных ресниц скользнула
— Вот черт! Ты чего? Что случилось?
Ник гладил девушку по спине, по волосам, не очень понимая, как лучше поступить. Они, вроде бы, расстались, и сейчас однозначно нет никого в этом мире, кроме Маргариты, но оттолкнуть человека, попавшего в беду, он тоже не мог. А то, что у Лены беда, ясно без слов, потому как, в любом другом случае, она не впала бы в подобную паническую истерику.
— Прости меня. Прости. Я долго думала. Не хотела идти к тебе. Но все же, решилась… Это ужасно. Понимаешь? Ужасно! Я не знаю, как быть. Не знаю, как выбрать правильный путь. Прости меня.
— Господи, да что случилось-то?!
Лена отстранилась, при это, глядя Нику прямо в глаза.
— Лёша… Я беременна.
В первую минуту Леха чуть не рассмеялся, настолько раздражающе и совершенно идиотски выглядела ситуация. Бывшая любовница появляется в середине второго акта драмы с новостью о внезапной беременности. Глупо, нелепо и пошло. Настолько, что хочется, плюнув на все, развернуться и уйти. Однако слезы в глазах Лены, её дрожащий губы и бледный, немного даже растрепанный вид останавливали Ника, не позволяя ему послать девушку к черту, ровно, как и обвинить её во лжи.
— Подожди… — Леха помотал головой, словно пытаясь отогнать дурной сон, — Но… Как? В смысле, не как вообще, это я в курсе, физиологию знаю, а откуда мог взяться ребенок? Мы же всегда были осторожны.
— Помнишь, в прошлом месяце ты приезжал ко мне? Помнишь? Мы долго не виделись и набросились друг на друга в первые же секунды встречи, будто сумасшедшие. Помнишь, как хорошо нам было вместе? Тогда ещё оказалось, что никаких средств защиты не нашлось под рукой. Ты, конечно постарался обезопаситься в конце процесса, но… Видимо, недостаточно.
Ник поморщился, вспоминая встречу, о которой говорила девушка. Да, все случилось именно так. Хотя… Он был полностью уверен в том, что контролирует ситуацию. Не мальчик ведь уже.
— Лена, ты же понимаешь, я в любом случае, едва предоставится возможность, буду настаивать на доказательствах своего отцовства. Возможно, сейчас это звучит жестоко, но говорю, как есть.
Леха подбирал слова, чтоб не обидеть бывшую любовницу, но при этом чувствовал, как со дна души поднимаются обида и злость на эту чертову жизнь. До чего же нелепо узнать о возможном появлении ребёнка от теперь уже посторонней женщины, когда в нескольких метрах, на втором этаже дома, его ждёт та самая, с которой он готов бок о бок идти до конца.
Маргарита!!!
— Ты… Ты сомневаешься? Подожди… Ты считаешь, будто я могла соврать тебе в этом? Серьёзно? Считаешь меня женщиной, которая способна придумать беременность, лишь бы захомутать мужика?
Девушка всхлипнула и развернулась, собираясь, видимо, сбежать. Леха поймал её в последнюю секунду за руку, чувствуя себя при этом последней скотиной.
— Лена. Прекрати.
— Нет! Отпусти! Я рожу этого ребёнка и воспитаю одна. Без отца. Я уже его люблю, потому что он от тебя! Ясно? Отпусти меня! Какая же ты сволочь, Никитин!
Леха притянул рыдающую красавицу к себе, поглаживая её по спине.
— Всё. Хватит. Успокойся. Ты ведь знаешь, я никогда не брошу своих детей. Прекрати.
— Правда? — Лена подняла лицо, заискивающе ловя его взгляд. — Значит, все будет хорошо? Мы поженимся и наш сын или дочь появится на свет в полноценной семье, да?
В этот момент Нику показалось, будто сердце остановилось. Выбор. Перекрёсток, на котором он должен определиться, куда идти дальше. С одной стороны, любимая женщина, счастье, полноценная жизнь. С другой-случайный ребёнок, который ни в чем не виноват.
Леха сказал Лене чистую правду. Он никогда не сможет отказаться от малыша. Их с Васькой неблагополучная мамаша до конца жизни взрастила в Нике гипертрофированное чувство ответственности за тех, кто нуждается в нем.
Дорога к дому показалась ему бесконечно долгой, но, в то же время, безумно короткой. Самым сложным, как ни странно, было подняться на второй этаж, войти в спальню и посмотреть Золотой девочке в глаза.
Маргарита лежала среди расправленной постели на животе, болтая ногами и что-то разглядывая в телефоне. Ник облокотился о косяк двери плечом, не в силах подойти ближе. Вот оно, счастье, в двух шагах. Просто выкинуть все, что произошло на улице, из головы и окунуться в омут страстей, кипящих вокруг этой красивой, голубоглазой блондинки. Однако Леха знал, что не сможет. Не простит себе.
— Ты где был?
Девушка словно почувствовала его присутствие и подняла голову, отвлекаясь от экрана телефона.
— Никитин, я, конечно, противница бытовухи, а также рутины во всех её проявлениях, но такие странные игры в прятки тоже, знаешь ли, напрягают. Вышла из ванной, а у меня мужик пропал.
Леха усмехнулся, продолжая разглядывать Барби. До чего же она красива. И умна. По-настоящему, без лишней показухи, без нелепых понтов. Как он мог не замечать всего этого раньше? Считал её эгоистичной стервой. Идиот. Девочка всего лишь фанатично нуждалась в любви. Вот и все. Наверное, ранняя потеря матери заложила Маргарите в душу эту потребность, видеть и знать, что все вокруг обожают её.