Золотая девочка
Шрифт:
Но Ромка заговорил о другом:
– Видишь, как у них все здорово получилось! Прямо завидно…
– И что тебе до этого?
– Да, в общем-то, ничего… Я еще раз хотел тебе сказать, что и мы… что и у нас с тобой тоже могло бы быть так… если бы ты, конечно, захотела…
– Фу-у-у… – Люська облегченно выдохнула. – Вот ты о чем… Ром! Мне казалось, ты понял, что между нами ничего не может быть.
– Но почему?
Люська хотела честно сказать, что ей нравится совсем другой человек, но в очередной
– Не знаю я, Рома, почему одни люди нравятся, хотя и не достойны никаких добрых чувств, а другие, даже очень замечательные, почему-то нет… – грустно ответила она Изотову. – Но ведь это… не помешает нам быть друзьями, как раньше, правда, Ромка? – и она с надеждой взглянула на одноклассника. Он действительно был неплохим парнем, и враждовать с ним ей совершенно не хотелось.
– Жаль, – так же грустно сказал Изотов, – но ничего не поделаешь… Конечно же, мы останемся друзьями. Но ты знай: если что, то я всегда…
– Я знаю, Рома.
Захлопнув за Изотовым дверь, Люська поняла, что совершенно не в состоянии делать уроки. Как все перепуталось и переплелось в этой жизни! Как все неправильно повлюблялись! Она прямо чувствовала, как воздух в ее квартире наэлектризовался от несчастных любовей. Похоже, только у Лены все хорошо. Люська поняла, что ей просто необходимо для здоровья сейчас же посмотреть в счастливые глаза старосты, и отправилась к Прокопчиной. Она, Люська, ей теперь вроде как не чужая.
Лена встретила Караваеву радостно и тут же повела на кухню поить чаем с бабушкиными пирожками.
– Ну, рассказывай, – попросила старосту Люська, – как ты победила непобедимого Киркора?
– Собственно, нечего рассказывать, – засмущалась Лена. – Спасибо тебе. Здорово получилось с его дурацкими кроссвордами и тетрадкой по имени «Алгебра»! Я сама бы никогда не догадалась.
– Ну… а как он… того… ну… к тебе… с чувствами?
– Ты же все видела… Я же прямо там, в классе, не выдержала и сказала ему, что он мне нравится…
– А потом? Когда я ушла? – Люська нетерпеливо ерзала на стуле. Ей хотелось побыстрей узнать, как люди делаются счастливыми.
– А потом… – Лена опять раскраснелась, – он попросил повторить то, что я только что сказала…
– Ну а ты?
– Я и повторяла, повторяла… до тех пор… пока он не поверил…
– А теперь?
– А теперь он собирается со мной в десятый, только не знаю, вытянем ли… Он столько времени маялся дурью…
– Все у вас получится, – убежденно заключила Люська. – Когда такая любовь – то все получится, вот увидишь!
Глава 14
И Люська снова воспряла духом
Люська шла домой и размышляла о том, что теперь, наверное, никогда в жизни
– Что случилось, Люся?
– Я не хочу с тобой говорить, – ответила она.
– Почему? В чем я провинился?
– А ты не знаешь? – Люська попыталась вложить в свой вопрос как можно больше самого ядовитого яда.
– Нет! Если это все из-за Лизки, то глупо. Мы же, кажется, все выяснили.
– Наплевать мне на твою Лизку!
– Тогда в чем дело?
– Артем! – Люська зловеще сузила глаза. – Где твоя шапка?
Каретников непонимающе уставился на Караваеву, которая рассмеялась так зловеще, как, казалось, умел смеяться только один Киркор.
– Молчишь? Ага, тебе нечего сказать. Я так и знала! – она попыталась его обойти. – Пропусти!
– Ну нет! – зло бросил ей Артем. – Пока не объяснишь, при чем тут моя шапка, никуда не пойдешь!
– Тогда все-таки вспомни, где ты ее потерял.
– Если бы вспомнил, то, наверное, уже нашел бы. А так мать вынуждена была мне новую купить. Видишь? – и он потряс черной, но без серого квадратика с буквой «А» шапкой перед Люськиным лицом.
– Да? А я, представь, знаю, где ты потерял шапку.
– Далась она тебе! И где же?
– У нас на даче, вот где! – торжественно произнесла Люська, ожидая, что при этом сообщении Артем вздрогнет или побледнеет, но он почему-то совершенно не изменился в лице.
– Ну и выбрось ее, если она так тебя раздражает, – сказал он. – Куда мне две шапки? Хотя… постой… Я не мог ее у вас потерять. Когда мы с тобой на дачу ездили, было очень тепло, и я был вообще без шапки.
Люська подняла вверх указательный палец и произнесла фразу, которая просто обязана была припереть его к стене и вырвать признание в содеянном:
– То-то и оно, что без шапки!
– Знаешь, Люся, – вышел из себя Каретников, – что-то ты темнишь! Нельзя ли пояснее выражаться?
– Ладно, Артем, – Люська вдруг почувствовала себя усталой и мудрой не по годам. – Хватит притворяться. Я все знаю.
– Да что ты знаешь? – Артем потряс ее за плечи. Он явно начал нервничать.
Люська посчитала это неопровержимым доказательством его вины. Все-таки допрос она провела по всем правилам. Тут и самый крутой мафиози не выдержал бы, не то что какой-то там балериновый вор.