Золушка
Шрифт:
— Мэтью Хоуп, — ответил он. — Вы меня не знаете.
За дверью тишина.
Он постучал снова и окликнул: «Хэлло?»
— Одну минуту.
Подождал.
Мужчина, отворивший наконец-то дверь, был в модных джинсах и красной рубашке с длинными рукавами, закатанными до локтя. Лет ему было под тридцать, овальное лицо, светло-карие глаза, высокие скулы, изящный полногубый рот. Черные волосы зачесаны вверх почти в стиле панков. Гомик?
— Да? — произнес мужчина.
Одна рука на бедре, выражение лица пренебрежительно-скучающее.
Он ли это?
— Я был здесь в четверг, — сказал Мэтью, — и говорил с молодой женщиной.
— Здесь
— Она сказала, что пришла навестить…
— Вы, должно быть, ошиблись квартирой.
— Уверен, что не ошибся. — Мэтью заглянул в перечень фамилий, которые внес в свой список внизу в приемной. — Холлистер. Квартира 2С. Вы мистер Холлистер?
— Да, это я.
— В четверг здесь находилась девушка…
— Извините, но вы ошиблись.
— Молодая девушка с голубыми глазами и рыжими волосами.
— Нет.
— Мистер Холлистер…
— Вы меня раздражаете. — Холлистер захлопнул дверь.
Табличка с его фамилией была прикреплена к двери на уровне глаз.
Мэтью некоторое время изучал табличку, решая, стоит ли постучаться еще раз. Не стоит. Вместо этого он спустился к своей машине, взглянул на галерею второго этажа, влез в машину, посидел за рулем, подумал. Потом кивнул, включил мотор и отъехал на такое расстояние, чтобы одновременно видеть и лестницу на галерею, и вход в подъезд.
Он, разумеется, не мог знать, находится ли рыжая у Холлистера.
Если так, он подождет, пока она выйдет.
Возможно, сейчас она и не в квартире, но Холлистер ждет ее сегодня.
Тогда придется подождать ее приезда.
Одно Мэтью знал точно: Холлистер ему лгал.
Каждый килограмм кокаина был упакован в коричневый бумажный пакет.
Прошлой ночью, когда Джимми Ноги увидел эти бумажные пакеты, он выругался: «Вонючки дешевые, у вас что, денег не хватило на пластиковые пакеты?»
Теперь каждый килограмм кокаина следовало пересыпать в пластиковый пакет, а пакет перетянуть узкой клейкой лентой. Джимми и Чарли этим и занимались — пересыпали в полиэтиленовые мешки двадцать килограммов кокаина из бумажных пакетов, в которые упаковала кокаин серая деревенщина.
Ночью понадобилось ровно пять минут, чтобы выйти за пределы трехмильной зоны; там их ждало судно, зарегистрированное в Панаме, проржавевшая неповоротливая посудина. Ни панамское судно, ни быстроходная «сигарета», заимствованная Джимми в доке Ларкина, не зажигали бортовых огней, хоть и находились за пределами береговой охраняемой зоны. Впрочем, если бы катер береговой охраны и засек «сигарету», то она, имея скорость сто миль в час, запросто ушла бы от погони. На судне их встретили два бородатых парня, похожих на Кастро и его братца, нервные, как драные кошки. «Хотим первое дело видеть деньги». По-английски еле-еле. Глаза жадные, руки дергаются. «Хотим видеть деньги».
Джимми им сказал, что деньги они получат, когда кокаин будет проверен.
Джимми и Чарли были вооружены. На «сигарете», где находились деньги, оставалось еще трое ребят, тоже вооруженных.
Спустились в каюту.
На судне спиков стояла невообразимая вонь. Ото всего воняло. Джимми не мог разобрать, хуже воняет от бородатых дельцов наркобизнеса или от их ржавой посудины. В каюте оказалось еще пятеро бородатых. Плохое соотношение — семь к двум. Джимми очень было не по душе торчать посреди Мексиканского залива в компании семерых отпетых типов,
38
Бандиты (исп.).
Придется проверять двадцать пакетов.
Пользовались тремя тестами.
Для каких-то пакетов довольствовались одним тестом, для других — двумя, а иногда использовали все три в комбинации. Пусть толстозадые деревенские кретины из джунглей Южной Америки усекут, что имеют дело с профессионалами.
Для первого теста употребляли тиоцианат кобальта — добавляли его к наркотику, и если кокаин делался от такой примеси ярко-синим, значит, он высокого качества.
Второй тест — с обыкновенной водой.
Зачерпываете из коричневого пакета ложку наркотика и насыпаете в несколько унций воды. Если порошок сразу растворяется — все в порядке, вы имеете чистый гидрохлорид кокаина, а если часть порошка не растворяется, значит, в кокаин подмешан сахар.
Третий тест — с хлороксом, это такое вещество, от которого вода желтеет. В стеклянный кувшин наливают воду с хлороксом, бросают туда ложку порошка из пакета, и если в воде вокруг порошка появляется белая муть, тогда все о'кей. А если за порошком потянется красный хвост, тогда, пардон, в кокаин намешана синтетика.
Времени на тесты ушло порядком.
Довольные тем, что весь кокаин оказался на уровне, Чарли и Джимми пожали руки бородатым фермерам, переправили кокаин на свое судно, а деньги — на ржавую посудину и уплыли восвояси.
Нынче, в субботу двадцать первого июня, они сделали несколько открытий.
Прежде всего они открыли истину, что невозможно быть слишком осторожными, если вы имеете дело с ребятишками, которые на вид этакие деревенские простаки, в глаза не видавшие обыкновенной уборной (вот почему на их лоханке стояла такая вонь!). Вы должны зарубить на носу: в наркобизнесе ничего нельзя принимать на веру, какими бы нервными и неопытными ни выглядели те, кто продает вам наркотик. Потому что, как Джимми и Чарли только что обнаружили, вонючие жулики наполнили пакеты на три четверти кокаином, а на четверть — сахаром, который в особой обертке лежал на дне пакетов.
Наивные фермеры не воспользовались полиэтиленовыми мешочками не потому, что пожалели денег, а потому, что полиэтилен прозрачен, сквозь него все видно.
Джимми припомнил, что они положили на стол в каюте несколько коричневых пакетов, чтобы показать деревенщине, какие они ловкие и предусмотрительные — могут проверить кокаин из любого пакета, имейте в виду.
Но Чарли Набс припомнил другое: как раз фермеры-то и передавали эти пакеты для проверки, один за другим. Первые пять пакетов — они ведь понимали, что их будут проверять дотошней, чем другие, — содержали кокаин без добавки. Нате, глядите, вываливаем вам все на стол, мы честные люди.