Золушка
Шрифт:
Джимми и Чарли оба вспомнили, что после того, как на стол были выложены три или четыре пакета, бородатые больше ничего не добавляли. Их двадцать штук, если их сразу выложить, завалишь весь стол. К тому же разве можно не доверять простакам, которые привезли кокаин в бумажных пакетах, кивают вам, широко улыбаются в то время, как вы берете пробы, — спасибо, спасибо, что проверяете наш кокаин, сердечная вам благодарность за то, что не брезгуете иметь дело с недостойными, с нами, деревенскими, от которых так плохо пахнет.
Джимми и Чарли обнаружили только пять пакетов,
Миллион баксов они отдали за двадцать пакетов кокаина, но получили за свои денежки шестнадцать, остальные четыре оказались липой. Вместо пятидесяти тысяч они, выходит, платили по шестьдесят две тысячи пятьсот, как посчитал Чарли на своем карманном калькуляторе. Более того, они согласились продать десять пакетов двум спикам из Майами по шестьдесят тысяч, что теперь приносило двадцать пять тысяч убытка.
Джимми в сердцах поклялся: если удастся отловить этих фермеров, он лично отчикнет им яйца.
Более практичный Чарли думал о том, как быть со спиками из Майами.
— Пересыпать порошок снова в бумажные пакеты, — предложил Джимми. — Но мы им устроим фокус получше, потому что мы не фермеры. В каждом пакете будет только половина кокаина, пятьдесят на пятьдесят. Выходит, продадим вместо десяти пять и за каждый получим по сто двадцать тысяч, а это тебе не собачий хвост.
Чарли согласился, что это не собачий хвост.
Холлистер спустился по лестнице бегом; на нем по-прежнему были джинсы и красная рубашка, на которую он накинул желтую ветровку, полузастегнутую на «молнию».
Адски спешит, подумал Мэтью, глядя на то, как Холлистер шпарит под дождем к синему «форду», припаркованному рядов через шесть по диагонали оттуда, где стояла машина Мэтью. Холлистер открыл дверцу, сел за руль и тут же сорвался с места. Мэтью всего лишь секунду колебался — ехать за ним или нет. Включил зажигание. Может, девица осталась в квартире? «Форд» понесся по мокрой мостовой, Мэтью за ним.
Регистрационный номер штата Флорида.
16D — 13346.
Часы на приборной доске перед Мэтью показывали одиннадцать сорок.
Дождь полосовал по окнам, гулко тарахтел по крыше. Ветровое стекло запотело, Мэтью протер его тыльной стороной руки. Он продолжал преследовать «форд», который резко повернул налево — на Южный мост. На воде не было ни одной лодки. «Форд» снова сделал левый поворот — на сорок первую дорогу. Помчался на север. Вспыхнули передние фары, зажглись красные задние огни. Миновав поворот на Северный мост, «форд» продолжал двигаться по сорок первой дороге на север со скоростью пятьдесят миль в час, то есть на пять миль выше дозволенной в этой части Трейл. Так, дамба к Фламинго-Кей осталась слева, дорога к Коровьему броду — справа. Дальше и дальше на север. Впереди слева Мемориальный зал Хелен Готлиб, сразу за ним у самого берега — новый отель «Шератон».
«Форд» свернул влево.
Часы на приборной доске показывали одиннадцать пятьдесят две.
Мэтью наблюдал за тем, как «форд»
Холлистер вышел из машины и быстро двинулся ко входу в отель.
Мэтью остановился в некотором отдалении.
В мотеле «Солнечный щит» Доминго посмотрел на часы и сказал по-испански:
— Без пяти двенадцать, где же девушка?
— Не беспокойся, — ответил Эрнесто. — Шестьдесят пять за кило — хорошие деньги. Я уверен, что она придет.
За деньгами в банк он ездил вчера. Когда ему задали вопрос, как называют девушку-блондинку по-испански, он сперва растерялся. Какое прозвание он должен употребить? Ladrona, то есть «воровка», что соответствовало действительности, или puta — «проститутка», что тоже было справедливо? Но тут его осенило: он вспомнил последний разговор с Амаросом, когда тот назвал девушку Cenicienta — Золушка.
И он сказал управляющему:
— Cenicienta.
Тот улыбнулся.
— Совершенно верно. А что это значит по-английски?
Эрнесто пожал плечами.
— Я не знаю, как это сказать по-английски.
— Да, я понимаю, — еще раз улыбнулся управляющий. По-испански он не знал ни слова.
Теперь, в мотеле, Доминго лежал на кровати и глядел в потолок, дождь лил за окном, а Эрнесто гадал, окажется ли девушка той, кого они ищут.
Доминго, словно прочитав его мысли, предложил:
— Мы должны посмотреть на снимки, верно?
— Да, — согласился Эрнесто.
Она вышла из отеля в том же самом коротком блестящем ярко-красном дождевике, что и вчера, на этот раз поверх голубого платья, в тех же красных сапожках, но с непокрытой головой и без солнечных очков — они ни к чему в дождь. Голубые глаза так и сияли, когда она спускалась по ступеням, а потом шла к стоянке машин.
Она прошла мимо машины Мэтью, и он отвернулся.
Но девушка не обратила на него внимания. Остановилась возле белой «тойоты», припаркованной неподалеку, примерно за четыре машины слева от Мэтью.
Ну и что дальше делать?
Ждать, когда появится Холлистер?
Ехать за ней?
Да. Ведь именно ее выслеживал Отто.
Мэтью включил мотор.
Выехал со стоянки одновременно с ней.
«Тойота» имела номер 201-ZHW, и на заднем бампере был прикреплен знак прокатной фирмы Герца.
Девушка повернула налево и поехала по сорок первой дороге к северу.
Мэтью не отставал.
Чуть позже вышел из отеля Холлистер.
Он нес с собой сумку.
Мотель «Солнечный щит».
Дряхлый офис. Плавательный бассейн размером с наперсток. Посыпанная гравием дорога ведет к восьми домикам, расстояние между которыми не больше десяти футов. Напротив домиков асфальтированная площадка, на которой с трудом можно разместить дюжину машин.
Расстояние от въезда на территорию мотеля до шоссейной дороги ярдов пятьдесят. У Винсента сложилось впечатление — он им поделился с Дженни прошлым вечером, когда они нанимали помещение, — что это заведение облюбовано парочками в поисках теплой постели на часок-другой после посещения бара по соседству.