Зомбер

Лей Влад

А ничего так, вселяет уважение. Высота забора уже составляет метра два с половиной — не то что зомбак, не каждый человек перелезет. Тем более, о таких нарушителях порядка тоже подумали — верхняя часть секций была украшена острыми навершиями, плюс, как понимаю, там еще и колючую проволоку планировали натянуть.

— Это начало. Потом будем еще один забор ставить. Бетонный, — заявил мне Андрей, заметив, на что я уставился.

— Круто! — кивнул я.

— Федя!

Я повернулся.

Ко мне, улыбаясь, шел сам Тимур.

—

Рад, что ты все-таки вернулся. И жаль, что без машины.

— Да вот, так сложилось, — вздохнул я.

— Ты голоден? Пить хочешь? Идем! — Тимур хлопнул меня по плечу и указал рукой на один из недавно построенных домов. — Перекусишь, расскажешь все, ну и отдохнешь. Ты что, всю дорогу на своих двоих прошел, что ли?

— Угу, — кивнул я.

— Силен! — хмыкнул Тимур и крикнул, когда мы вошли в дом: — Тань! Сообрази чего-нибудь поесть…

Я и глазом моргнуть не успел, как меня усадили за стол, а затем, словно бы по волшебству, на нем начала появляться еда.

Я жадно втянул носом запах свежего борща, опустил ложку в тарелку. Ни фига себе, какой густой!

Пока уплетал борщ за обе щеки, успел рассказать о своих приключениях.

Тимур большую часть времени лишь внимательно слушал, кивал иногда да кране редко задавал уточняющие вопросы. Закончив с трапезой, довольно откинувшись на стуле, я вдруг понял, насколько осоловел, как меня потянуло в сон.

— Ну что, решил-таки осесть у нас? — спросил Тимур.

— Да, — кивнул я, — чего бы, собственно, тогда перся сюда? Да и вообще, тихо у вас тут, спокойно…

— Есть такое, — хмыкнул Тимур. — Ну хорошо, тогда дадим тебе жилье. У нас одиночек не так много, практически все с семьями да детьми, но все же мы предвидели, что к нам будут присоединяться новые люди…

Что ж, жилье мне выделили просто обалденное. Нет, конечно, если сравнивать с моей пусть и небольшой, но такой уютной квартиркой в центре города, нынешние условия были куда хуже. Но если вспомнить, что кругом банды, зомби, и вообще, конец света, то все вполне пристойно.

Домик, куда меня определили, предназначался как раз таки для «одиночек», а фактически являлся общагой. Правда, общагой специфической: всего тут планировалось селить 8 жильцов, но кроме меня проживало только трое. Двое на первом этаже и еще один на втором.

Я для себя выбрал комнатуху на втором этаже, справедливо рассудив, что там, если что, будет безопаснее.

И на первом, и на втором этаже было по 4 комнаты, общая кухня и общий же санузел, совмещенный с туалетом.

Сама комната была небольшой — шесть на четыре метра или около того. Из мебели тут имелась кровать, стол, стул и тумбочка. Причем мебель была как старая, еще «совдеповская», явно вывезенная из какого-то дома в селе неподалеку, так и новая, но…несколько топорная. Наверное делали уже здесь, видно, что это не фабричное производство. Хотя и вполне пристойное качество получилось.

И на этом все, больше в комнате ничего

не было. Даже на кровати матраса. Но мне уже подсказали, как эту проблему решить, и я, бросив вещички, спустился вниз, вышел из дома, отправился к строению, которое и должно было служить складом, по моему скромному мнению.

Там за столом, считай, прямо возле входа, восседала дородная матрона пенсионного возраста с лицом, напоминающим бульдожье.

Колоритная тетка, видимо, раньше работала где-то вахтершей.

— Чего тебе? — без предисловий и расшаркиваний сразу взяла она быка за рога.

— Да… — я несколько растерялся подобному приветствию.

— Новенький? — подсказала она.

— Ага, — кивнул я.

— Понятно, — вздохнула тетка, и я прямо-таки ощутил, что сейчас будет нечто вроде: «Гспади! Ходют тут всякие, двух слов связать не могут…». Но нет, тетка явно хотела выдать что-то подобное, но воздержалась.

Вместо этого повернулась всем своим «туловищем» назад и заорала:

— Вася! Тащи набор номер два.

— Чего тащить? — я только сейчас обратил внимание, что за теткой стояла куча кое-как сбитых полок и стеллажей, которые ломились от стоящих на них ящиков, коробок, пакетов…

Из-за стеллажей появился парнишка лет тринадцати, недоуменно уставившийся на тетку.

— Подушку, матрас, полотенце и остальное. Все ж вместе лежит! — приказала тетка, и таки не удержалась, добавила: — Вот ведь, олух, ничему не учится, ничего не знает! Пойдешь, завтра же, у меня на поля к Тамаре, или к отцу отправлю — будешь доски подавать! Всяко толку больше будет!

Но парень не стал выслушивать ее угрозы и уже унесся за названными вещами. И минуты не прошло, как на теткином столе лежало все перечисленное, аккуратно упакованное в пакеты.

— Так…— тетка, видимо для важности, напялила очки и принялась медленно и аккуратно конспектировать все, что полагалось мне со склада: — Подушка — одна штука, матрас — одна штука, полотенца — три шту…

М-да…а матрас - то еще дерьмо, старый, как говно мамонта. После сна на таком спина будет будто деревянная, не разогнешься.

— А это чего там?

— Где? — тетка проследила мой взгляд. — Гамак это. Что, не видел никогда?

— А выдайте мне, пожалуйста? — попросил я.

— В честь чего?! — тетка тут же вновь стала похожа на бульдога, готового не то что лаять, а даже кусать.

— В честь великого праздника и дня Никифора Тудызванного! — ответил я.

— Чего? — растерялась тетка.

— За особые заслуги, а также за успехи в боевой и политической подготовке, — ответил я, — а еще как члену действующей партии.

— Какой еще партии? — с лица тетки прям картины можно было писать, и я не мог удержаться, продолжил ее троллить:

— Сказано же — действующей! — ответил я и, видя, что тетка все еще находится в прострации, добил: — Ну? Раз положено, нечего тут губами шлепать — вынь да положь!