Зона 2018
Шрифт:
– Как?… Мы так и будем у этого… этой… жучиной… мушиной… - Айдар громко захохотал но Курт по-прежнему оставался серьезным.
– Да профессор, мы так и будет сидеть у «Комариной плеши». Так, я вижу отдыхать никто не хочет? Тем лучше.
– Это подействовало, - все кроме Лаврова тут же расселись на полянке, опасливо косясь на близкий гравиконцентрат.
Курт достал из рюкзака банку тушенки, вскрыл ее ножом, им же вырыл на земле крохотную, но глубокую ямку, в которую бросил таблетку горючей смеси, но не той привычной, а особой, в которой горение вызвано химической реакцией,
Таблетка брошенная в ямку загорелась и Курт поставил сверху на нее банку с тушенкой.
Все остальные с непониманием смотрели на сталкера недоумевая зачем он возиться с консервами если есть пакеты с сублимированной едой. Айдар последовал его примеру и ждал своей очереди, - таблеток было мало а горели они достаточно долго.
Галиев молча, жевал галеты не глядя на Курта, и тот через какое-то время так же молча бросил ему его нож, который отобрал во время драки. Солдат подобрал его и сунул в ножны.
Когда Курт доел, то отыскал мелкий камешек и бросил его в аномалию. Тот не долетел до нее считанных сантиметров и упал в траву. Тогда он удовлетворенно хмыкнул и запустил пустую консервную банку следом за камешек не по сильнее. Никто не смог увидеть того момента кода она превратившись в блин из жести исчезла оставив в земле ямку с неровными краями.
Все последовали его примеру и в аномалию полетели пустые упаковки полимерной фольги, бумажные из под галет и алюминиевые банки энергетика.
– Удобный способ утилизации.
– Заметил Милютин. Он закурил почти что блаженно вытянулся на траве.
– Скажите, а на какую глубину под землю сейчас затянуло весь этот мусор?
– Спросил у Курта Платонов.
– Откуда я знаю… Это вы профессор ИАЗ, а не я.
– А они не сработают сейчас?
– Осведомился Амельченко, указывая на «ПАГ-7» закрепленный на груди.
– Нет, что вы. Они срабатывают только в самой близости, и только у тех аномалий действие которых распространяется радиально, а эта так сказать вертикального действия.
– Пояснил Платонов.
– Сколько у нас времени осталось?
– Пятнадцать минут.
– Ответил Айдар и тоже закурил.
– А они вообще включены?
– Амельченко все возился с «ПАГом», Курт хотел его остановить, но не успел, - солдат щелкнул коротеньким переключателем под лицевым щитком.
В туже секунду по всей поляне прошла волна марева и все без исключения ощутили сильную тошноту. Эта волна срывала все металлическое не своем пути, - автоматы, портупеи с пистолетами, детекторы и различные приборы, карабины разгрузок, металлические застежки рюкзаков и содержимое рюкзаков рванулось влекомые магнитными волнами. Этот кошмар продолжался всего несколько секунд, но всем показалось, что прошло значительно больше времени. За это время все кто сидел или стоял, попадали на землю ощущая всеми частями тела мощнейшую волну, которая тащила тебя за все металлические детали снаряжения как марионетку за стропы.
Когда все кончилось, лежащий на животе Милютин приподнял голову. Осоловело вращая глазами и кривя рот.- Это что за хрень? Амельченко, сученок! Я тебя… -
3
Теперь все шли молча почти не разговаривая, - только предупреждая друг друга об опасности если есть. На конец все действительно прониклись ситуаций и осознавали где они. Просто раньше, даже после атаки псевдогиганта все они все равно не могли душой прочувствовать де они, слишком мирным и летним был окружающий пейзаж.
– Сам виноват.
– Вещал Айдар.
– В принципе ничего сверх естественного или странного в этом нет. И все с самого начала понимали, что может сложиться так, что вернуться не все. Если вообще вернуться. Это естественно, он же в аномалии погиб, а у сталкера, пусть и военного всего несколько смертей, - от мутантов, пули или аномалии.
– Это не все, я могу тебе еще десяток примеров привести как можно погибнуть в Зоне.
– Приведи.
– Зомби, попасть во временную ловушку…
– Э нет, - зомби это не смерть, а мы рассматриваем полноценную кончину.
– Как бы там ни было, естественной смертью может быть только естественная смерть, от старости или болезни.
– Вмешался Платонов. Курт обернулся чтобы прервать их, но у видел как хищно смотрит по сторонам Галиев, не убирает рук с оружия Платонов и решил что пусть поговорят, теперь то они знаю с чем имеют дело… Для них, людей, выговориться все равно что для Курта побыть на едине, - сразу успокаивался, мысли принимали естественный оборот… Раз так, то он тоже решил принять участие в разговоре, - на такие философские темы не прочь поговорить был и он.
– Нет, естественная смерть это истощение организма, вернее изношенность. А болезнь в каком бы возрасте и стадии организма она не пришла, все равно вмешательство в естественный процесс… Что, профессор, думали я кроме как ругаться и по делу говорить вообще не умею?
– Усмехнулся он кожей чувствую удивленный взгляд Платонова.
– Да нет, просто я с самого начала представлял вас совсем другим, а точнее думал что постоянно молчите, а потом Айдар сказал мне что это у вас зависит от настроения и собеседника. Последние несколько километров вы шли, молча вот я и подумал, что вас теперь не разговорить…
– Вы же сами сказали, - это зависит от настроения и собеседника. Первое у меня бывает хорошим крайне редко, а качественный собеседник, с которым можно было бы поговорить о вечном или философском и того реже.
– Да?… Тогда скажите мне вот что: Несколько дней назад мы с моим коллегой поспорили, - что такое нравственность? Дайте мне определение.
Теперь они шли по редколесью, а вернее по такой же лесной дороге, но лес по бокам к ее бокам подступал не так близко и был очень редок.