Зорбэ
Шрифт:
По утрам Трусцой занимался джоггингом, то есть чинно, открывая мизинцем дубовую дверку и выглядя джентельменом на все сто, входил не распахивая дверь и улыбался дамам, не давая тем даже тени сомнения. А потом хватал ящик пива и бежал, бежал, бежал, бежал... в Лувр, где он был знаком с местной сторожихой - милой пышечкой Мари Дэ Борже и громко улыбался. Вечером все повторялось. С утра было тоже самое. А в течении дня Василь тщетно пытался вспомнить цель своей жизни, от обиды гневался на Мари, сбрасывал ее с балкона, в результате чего та стала выглядеть помятой, разбитой, в длинных морщинах, ей становилось все дурнее и концу недели она подала на запчасти. До
Тем временем, вышеописанная Графиня не на шутку сдружилась со здешней дамой Жаклин Гофре - агрессивной лесбиянкой, опасной девственницей по натуре и ключами. Не любила негров и мужчин.
Историческая справка о ее детстве :
В детстве ее изнасиловал Лев Александрович Штольц, грязный патриот своей страны. Кончил плохо - повесился в своей усадьбе от тоски и менингита. Проходящие мимо крестьяне норовили его вилами, потомучто графф...
Ночь. Будуар. Громкие чмоканья графиней.
– Ах, графиня, вы душка, право.
– До, - басом окликнула Гофрэ.
– Вот тут бы ключами, вот так, вот так...
– О, -басом окликнула Гофрэ.
– Да вы...
– Да, я...
– с удовольствием, хрипло окликнула Гофрэ.
Тут зажегся свет, и очам лакея предстала картина: две графини на карачках, в распахнутых навзничь халатах, занимались убийством трехлитровой бутылки самогона " От Ивана " и открыванием гнилого сейфа с документами, не имеющими никакого значения, оставшимися с войны двенадцатого года от прежнего графа.
Гашек был настолько встревожен виденным, что застрелил кого-то в коридоре (им был Джон Карцев, агент меньшевиков). И отбыл ко сну.
Уже две недели здесь пребывал майор в отставке Йозоф Железо, комдив из полка большевиков, борющихся за имя Красной Армии на суше и Военного морского флота южных и западных морей или просто Гоша. Но здесь он был член палаты Лордов, и очень важный заместитель самого Оре, тесно внедрившийся в сеть магазинов и супермаркетов Франции, агент Луи де Полотно, по батюшке Гена. Он был задержан по прибытии в силу случившихся неотложных обстоятельств, заставивших его задержаться на две недели... в одном положении, застрявшим своим неизмеримо большим Маузером, который нельзя было не то што спрятать в папахе, но, порой сам Луи прятался за ним, выслеживая важных политических деятелей, дабы не быть замеченным, одет он был в кожаную куртку с отворотом и красную повязку, низившуюся на его голове с плакатом: "долой буржуев, да взвинет небо красное! " - отпугивающую всех прохожих как слезоточивый газ, а дамочек с камелиями,... и без камелий - бросало в ужас наповал, так что никто из страха не мог посметь узнать в нем революционера, за дело правое - враг будет разбит...
Луи был послан в помощь к Василию Трусцому, который всвязи со своим умопомрачительным и напоминающим фонарный столб ростом не мог посещать важные политические заседания.
Йозоф был низок, плотен, один глаз был выбит на стройке, и очень опасен, даже для своих же агентов. Луи взял Трусцого за подбородок и подкинул так в небо, что тот прошибая башкой семиэтажное здание, ударился больно об луну и упал тут же на прежнее место, где был вновь атакован своим напарником по нелегкой борьбе с буржуазией и социал-демократией. Так продолжалось около трех суток, и два месяца..., после чего Майор снял его с фонарного столба, заметно преуменьшив в размерах, и положил в карман. Впереди у него был еще тяжелый день.
Узнав о смерти своего двоюродного
Далее, Йозоф вместе с Трусцым отправились в Диснейленд и по дороге внезапно для них обоих завернули к Графине Гофре, где их уже ждали баррикады и красные флаги.
– Вот это по нашему, - чуть было не подобрел Йозоф, но тут же, ощитинившись, принялся за дело: он раскидал все баррикады, убил всех подручных Графини и придворечных и прямиком направился на 968 этаж в комнату к Графине. Графиня же наняла двух адвокатов-профессоров, которые тут же пошли в расход при встрече с Луи, и двух телохранителей: Сэм Вудроуб (из Чикаго) и Гари Каминский (из Зальцбурга),которые неустанно хранили ее тело, в особенности по ночам, дабы враг не проник в священное место Графини, оно было постоянно занято и забито сильными мужчинами...................
Весь Париж наполнился слухами о предстоящей свадьбе Графини Гофрэ и мадам Шаршон, которая на самом-то деле была видным писателем эпохи сугубизма и старых, прозаик Онан Ойль (по сыну - Глеб, никто его не читал, потому что страшились).
Последний подарок Гофрэ бывшей подруге Зорбэ были билеты на теплоход "Кондрат и Яков".
Не замечая революционно настроенных граждан, рвущихся к княжне, мадам Гофрэ-Шаршон протянула своей русской подруге билеты и пропела:
Нема мого
Миленького
Що я полюбила....
– Ну, а теперь прощай до веку!
И спрыгнула с парашютом вниз, прямо на пол, задев графин и помяв половичок и выбив зубы швейцару (всем).
Сэм Вудроуб из Манчестера был небезопасным юношей ростом в три этажа или маленький Дом Союзов, носил с собой брюки и обходился без почтальона, был гладко выбрит, неподвижен и сугуб. За деньги мог даже..., но в тайне был сентиментальным - в сумерках, когда никто не видит, он пробирался в курятник и кормил птичек маленькими слонами, подвергшимися коррозии, он их похищал из цирка и откармливал их так, что они уменьшались и худели и помещались во внутренний карман Вудроуба (хотя они и так туда залезали, но так вмещалось больше).
Гари Камински - член масонской ложи с 1897 года, весь в оспинах, весьма неприятен, неженат, характер зависит от количества выпитого виски, ростом со среднюю трость, но с пистолетом, бывший поляк, кличка "Дождь".
Оба они отошли, так как кончилось оплачиваемое время, и удушающие газы, и цели...
Революционеры беспрепятственно вошли к Графине. Коммивояжер кого-то лихо бил по морде, чтобы быть злее к пришествию врага. Битым вероятно был Гашек, хотя теперь это точно не установить, да и не имеет значения. (После, на могиле его будет написано "убит прямым", и внизу "скорбим" и список акционеров.)
Уставший коммивояжер отправился отдыхать, и княгиня приготовилась к самолету...
– Я глубоко извиняюсь, - вышел из кармана Трусцой, - у вас не будет холодного пива, или хотя бы горячего, или хотя бы не будет!?
– Не будет!
– поправил его Майор и легким жестом передвинул друга к Норд - Осту.
– Где у вас тут незаконноскрываемые (статья 88), - из под мышки добавил Трусцой и был опять поправлен начальником, - от революционных сил партии, так сказать народа коммунистической державы, во имя прогресса и процветания всего... Где золото?
– и он достал орудие пристрастия - маленький точильный аппарат фирмы "Феникс".