Зов смерти
Шрифт:
— Вы можете его убрать? — попросила Хейзел констебля, который тотчас откинул край тяжелого одеяла. — Боже мой!
Руки Алмера превратились в два наполненных кровью шара. Когда откидывали одеяло, их задели, и теперь они дрожали словно желе. Их разбили молотком! Но изуродованные руки не шли ни в какое сравнение с тем, что убийца сотворил с головой жертвы. Он разбил нижнюю челюсть, над которой куполом возвышалась верхняя часть лица. Раздробил виски, глаза, переносицу и напоследок продавил
— А убийца потрудился на славу. Нежным обращением это не назовешь!
— Криминалисты уже закончили осмотр жертвы? — спросила Хейзел констебля Матиссена.
— Не знаю, все ли они успели, но снимки сделаны и отпечатки сняты. Мы ждали только вашего приезда, чтобы сразу увезти тело в морг.
— Пусть пакуют и увозят. Где «скорая»?
— Парень из «скорой» ждет за домом. Мы подумали, что лучше вынести труп через задний дворик.
— Правильно подумали.
Грин с отвращением снял перчатки и швырнул их в коридор.
— Осмелюсь спросить: видел ли кто-нибудь из соседей хоть что-нибудь подозрительное?
— Мы поговорили с некоторыми из них, однако никто ничего не заметил. Правда, еще не всех опросили.
— Кто же вас вызвал на место убийства?
— Констебль Диграф принял звонок еще до полудня. Он доложил, что в одиннадцать утра к мистеру Алмеру пришел кто-то из врачей, но дверь ему не открыли.
— Как зовут того, кто позвонил?
— Мы не выясняли.
— Даже не спросили? — не поверил Грин.
— Звонивший предположил, что Алмер просто проспал встречу — так бывало и раньше.
— Тогда возникает вопрос: почему он вызвал полицию сегодня? Чем сегодняшний день отличается от остальных?
Матиссен неловко переминался с ноги на ногу.
— Не знаю. Может быть, не захотел делать круг и возвращаться опять к дому Алмера. Мы выслали машину в три часа дня.
Грин недоверчиво покачал головой:
— Не захотели прерывать послеобеденный сон Алмера?
— У вас есть запись звонка? — вмешалась Хейзел.
Констебль опустил глаза.
— Извините, шеф, обычно мы не записываем звонки. И все произошло так быстро…
— Кто ваш начальник?
Матиссен чуть подался назад и посмотрел в сторону двери. Как по команде, остальные тоже обернулись, но никого не увидели.
— Понимаете, мы сами себе начальники, — ответил он. — Наш шеф вышел на пенсию в прошлом году. Ему исполнилось семьдесят четыре. Нам обещали прислать замену еще к концу лета, но вы же знаете, как вершатся дела наверху.
Хейзел прекрасно представляла, как это делается! О чем в центре думают? Неужели собираются обезглавить все участки
— Значит, вас только двое: вы и Диграф.
— У нас еще есть пара добровольцев из числа местных жителей.
— Господь всемогущий! — поразилась она. — Да вам не остановить даже драки в баре.
Матиссен с робким видом заметил:
— Нам повезло: местное население очень миролюбивое. Это ж не Оттава!
— Ладно, как бы там ни было, увозите труп.
— Да, мэм. — Констебль, казалось, обрадовался возможности покинуть комнату.
Грин еще раньше спустился на первый этаж, а Уингейт по-прежнему стоял над кроватью с убитым. Хейзел обратилась к нему:
— Ну и где здесь забота о ближнем, о которой ты говорил?
— Внешний вид порой обманчив.
— Ага, конечно.
Джеймс склонился над трупом и произнес:
— Вам не кажется, что кровь разного цвета?
Она бросила взгляд на труп, однако к кровати не подошла.
— А что там такое?
— Кровь различается по цвету: артериальная ярче венозной из-за присутствия кислорода. Посмотрите и сравните кровь на руках и на голове.
Хейзел присмотрелась к трупу внимательнее и заметила, что кровь на руках Алмера была действительно заметно светлее.
— Обязательно скажи об этом Спиру.
На пороге комнаты появились двое полицейских с большим черным пакетом для транспортировки убитого. Хейзел разрешила им убрать труп, а Уингейт посторонился, пока офицеры перекладывали тело в пакет.
— Как вы думаете, что убийца пытается скрыть?
— Почему ты считаешь, что он вообще хочет нас в чем-то убедить?
— Он представляет убийства не такими, какими они на самом деле являются.
Один из полицейских, возившихся с трупом, уже наполовину застегнул молнию на пакете, но вдруг прервал свое занятие и спросил:
— Не хотите взглянуть еще раз?
Мистер Алмер лежал в пакете, грудь посинела, а гематому будто очертили красным мелом.
— Мы уже закончили, спасибо, — отказалась Хейзел.
Офицер застегнул пакет, закрывая разбитую голову Майкла Алмера.
— Никто не спрашивает моего мнения, — вдруг выпалил он, — а я все равно скажу: тот, кто сделал такое, был чертовски разъярен. Псих или нет, но он не контролировал себя.
— Мне кажется, вы ошибаетесь, — буркнул Уингейт.
Детективы нашли Грина на лужайке перед домом — Рей покуривал одну из сигарет Спира. На улице уже зажглись фонари, и яркие огни освещали дорожку.
— Десять лет не курил, — произнес Реймонд, уставившись на дымящийся конец сигареты.