Зов смерти
Шрифт:
Не дождетесь! В этом номере нет никакой конкретной информации об убийстве, а значит, полицейский участок по-прежнему за семью печатями. Объявился, правда, свидетель, видевший «подозрительный автомобиль» возле дома Тейлоров. Журналистам он рассказал, что это был черный «форд» последней модели. Да, микрофон репортера иногда творит чудеса с памятью, усмехнулась про себя Хейзел. На развороте номера с фотографии гордо взирала молодая миссис Делия Чандлер, ослепительная красавица с вызывающе яркой помадой на губах. Порой простодушные лица на старых фотографиях вызывают грустные мысли из-за того, что людям не дано знать своего будущего.
В участок Микаллеф проскользнула через заднюю дверь, опасаясь попасться на глаза местным акулам пера, которые уже столпились на крыльце здания. Она пальцем поманила секретаршу в свой кабинет. Когда та вошла, Хейзел плотно прикрыла за нею дверь и, не зная, как завести разговор о назревшей проблеме, остановилась посреди кабинета возле Мелани.
— У меня теперь есть сотовый телефон, — начала она издалека.
— Просто замечательно! — радостно откликнулась Картрайт.
— Номер телефона есть у тебя и у Рея Грина. Больше его никому знать не положено. Ни журналистам, ни мамочкам, никому! Поняла?
— Не волнуйтесь, босс, ваш номер я уже запомнила. Он нигде не записан, так что никто и никогда его не откопает.
— Превосходно! — Хейзел нерешительно замялась.
— Что-нибудь еще?
Она осторожно вынула из маленького кармана сотовый телефон.
— Покажи-ка мне, как пользоваться этой штуковиной. — Мелани хитро улыбнулась. — Эй, барышня, я отучу тебя смеяться над начальством!
— Для начала включите телефон.
— Так и быть, проведи меня по этим сотовым дебрям!
Мелани Картрайт взяла у Хейзел телефон и нажала на кнопку включения.
Участок пестрел от утренних выпусков газеты «Вестмьюир рекорд. И без того раздосадованная, Хейзел как раз входила в приемную, когда один из дежурных полицейских, кивая на газету, сокрушенно произнес: «Ох уж эти журналюги!»
Она в гневе отобрала у него газету и прижала к груди.
— Как и все читатели «Вестмьюир рекорд», любой из вас порядком потрясен неожиданным зверским убийством в нашем сонном городишке. Но в отличие от мирных граждан мы не имеем права узнавать новости из газет, хотя это и заманчиво. А теперь признавайтесь: кто из присутствующих успел поболтать с журналистами?
В комнате повисла напряженная тишина, и все стали тайком поглядывать друг на друга, пытаясь установить личность провинившегося, так как вопрос прозвучал как прямое обвинение в разглашении служебной тайны. Хейзел окинула подчиненных взглядом и удовлетворенно улыбнулась:
— Заметьте, никто из вас им ничего не рассказывал, и в дальнейшем, надеюсь, желающих не появится. Сейчас все экземпляры «Рекорд» немедленно отправятся в мусорную корзину! Для нас газета не является достоверным источник информации! Запомните это и на будущее не путайте подлинные факты с журналистскими домыслами и глупыми догадками!
— Послушайте, инспектор, — обратился к Хейзел констебль Эштон, чью газету она забрала, — вообще-то я смотрел объявления о продаже подержанного холодильника. Мой совсем вышел из строя.
Она вернула «Рекорд» констеблю и объявила остальным:
—
Хейзел уже доводилось встречаться с Полом Гарландом из еженедельника «Дублин леджер» и Патрицией Уоррен из ежемесячного журнала «Битон адвертайзер». Двух молоденьких журналистов она видела впервые — наверное, эти ребятки работают на кабельную радиостанцию Мэйфера. А вот Горд Сазерленд до сих пор не объявился.
— Подождем еще минутку, — решила она.
Гарланд поднял руку, чтобы привлечь к себе внимание.
— А нельзя ли войти? Знаете, как ни странно, на улице середина ноября.
— Я вам открою секрет, Пол: в участке, как ни странно, тоже стоит глубокая осень.
— Внутри-то теплее!
— Я вас надолго не задержу, — пообещала Хейзел. — Поверьте на слово: мои ребята очень заняты текущим расследованием.
— У вас есть рабочие версии по убийству миссис Чандлер? — выкрикнул один из незнакомых журналистов.
— Я прежде вас никогда не видела. Представьтесь, пожалуйста.
— Алекс Финч и Джанет Тернер. — Джанет смущенно помахала ручкой в знак приветствия, а Алекс, воспользовавшись моментом, тут же продолжил: — Я слышал, что за день до убийства на Мейтланд видели подозрительный черный автомобиль…
— Во-первых, — перебила его инспектор, — я пришла сюда не отвечать на вопросы, а сделать официальное заявление. Во-вторых, если ваша информация повторяет досужие домыслы других печатных изданий, должна заранее всех предупредить: пресс-служба Управления полиции Порт-Дандаса не имеет никакого отношения к тому, что напечатано в сегодняшнем утреннем выпуске «Вестмьюир рекорд».
— Значит, никто никакой машины не видел?
— А теперь позвольте сделать официальное заявление. — Хейзел, проигнорировав вопрос, вынула из папки документ и начала читать. Лист так и норовил вырваться из рук от сильных порывов осеннего ветра. — «В субботу, тринадцатого ноября, в собственном доме была найдена убитой восьмидесятиоднолетняя Делия Чандлер. В настоящее время полиция города Порт-Дандас совместно с криминалистическим отделом Мэйфера и | под руководством Центрального отделения полиции провинции Онтарио приступила к полномасштабному расследованию. В интересах следствия мы не оглашаем подробности совершения убийства, однако обнародуем их в сводке последних новостей, как только отпадет необходимость в тайне предварительного следствия. Заранее благодарим за понимание». — В конце речи она добавила: — Офицер по связям с общественностью, констебль Айлин Бейл, выйдет к вам через минуту и раздаст желающим копии данного заявления.
Хейзел оглядела толпу собравшихся репортеров — они теперь больше напоминали маленьких обиженных детей, которым пообещали конфетку, большую и вкусную, а потом не дали. Лишь Патриция Уоррен, просмотрев свои записи, смело обратилась к Хейзел:
— Вы позволите, инспектор?
— Да.
— Так вы можете подтвердить, что Делию Чандлер убили?
— Могу ли я подтвердить?
— Да, подтверждаете ли вы, что произошло убийство?
— Вы не читали сегодня «Вестмьюир рекорд»?