Зверь
Шрифт:
— Желаю, — твердо заявил Гектор. — Действительно. Давайте посмотрим, и вы убедитесь в том, что я говорю правду. Там нет и следа ремонта.
— А я разве обвинял вас во лжи? — спросил клетчато-пиджачный, выбираясь из-за стола. — Мне просто кажется, что вы ошиблись.
Он оказался худым, длинным и несуразным, как столярный раскладной метр. Шагал бородач смешно, от колена. Руки постоянно держал в карманах брюк, локти странно торчали назад. Открыв крохотный сейфик, он вытащил из него стальное кольцо, на котором сиротливо болтались два
— Ну, пойдемте? — предложил очкарик и указал на дверь: — Прошу.
Они вышли в просторный холл, обогнули заваленный бумагами шкаф, остановились у соседней двери. Бородач поковырял ключом в замочной скважине, отпер, заглянул в комнату, словно сомневаясь, а вдруг там и правда что-то не то, затем с довольным видом шагнул в сторону:
— Ну-с, смотрите.
Гектор вошел и… застыл на пороге. Ему показалось, что он сходит с ума.
Несомненно, это была та самая комната. Только в ней не оказалось ни знакомого стола, ни стульев, ни фотокарты, ничего из того, что видел Гектор раньше. Посреди комнаты возвышалась стремянка, в углу валялось кучей замызганное тряпье — то ли спецодежда, то ли барахло на ветошь, — единственный колченогий стул застелен газетой. Под стремянкой стояло ведро, в котором отмокала гроздь малярных кистей. Оконные стекла забрызганы побелкой. Но Гектора поразило не это. Мебель можно вынести, чтобы заляпать окна, много времени не нужно. Стены! Вот что было главным. Ярко-голубые, свежепокрашенные масляной краской стены. В прошлый раз они были зелеными. Можно допустить, что бригада маляров и сумела бы сотворить такое за полночи. Ударно. Но то, что масляная краска — а краска была именно масляная — не успела бы высохнуть, сомнению не подлежало. И никакого запаха!
— Это невозможно, — прошептал Гектор. — Я точно знаю, что был в этой комнате не далее как вчера вечером. Но стены были зелеными.
— Они не могли быть зелеными, — мягко возразил очкарик. Таким тоном обычно разговаривают с буйнопомешанными. — Их покрасили в самом начале ремонта. Я сам видел.
— А раньше они были какого цвета? — спросил Гектор, все еще на что-то надеясь.
— Раньше? Они и раньше были голубыми, — ответил бородач. — Просто их решили подновить.
— Ясно. Спасибо.
Гектор, не прощаясь, вышел из комнаты и направился к лестнице. Он уже прошел половину лестничного пролета, как вдруг сообразил: милиционер помнил и его, и лжефээсбэшников. Значит, он все-таки не сошел с ума. Это не психопатия, как предполагал очкарик. Просто человек, организовавший всю эту аферу, умел каким-то образом менять цвет стен. Каким именно, Гектор не знал, но незнание еще не является признаком сумасшествия. Развернувшись, он снова побежал наверх.
Очкарик уже устраивался за столом, придвигая стопку пестрых журналов. Увидев стоящего в дверях взволнованного Гектора, он слегка занервничал. Лицо его вытянулось.
— Что-то не так? — спросил бородач осторожно.
— Как называется ваша фирма? — вопросом на вопрос ответил Гектор. —
— «Хаос», — ответил очкарик. — А что такое?
— «Хаос», — выдохнул Гектор. — Ну конечно, «Хаос»! Кретин, как же я раньше не догадался!
— А в чем дело? — продолжал допытываться очкарик.
— Да нет, ни в чем. Просто странное название для компании.
— Нормальное, — пожал плечами бородач. — Из хаоса, между прочим, произошел мир.
— Я знаю, — усмехнулся недобро Гектор. — Мне об этом уже говорили недавно. А директора фирмы, конечно, зовут Валентин Аркадьевич Слепцов?
— Совершенно верно, — подтвердил собеседник. — Откуда вам это известно?
— Я — телепат, — буркнул Гектор. — Всего доброго.
— И вам всего хорошего, — недоуменно пробормотал ему в спину очкарик.
Гектор скатился на первый этаж, кивнул дежурному капитану. Тот на секунду проснулся, буркнул невнятно:
— Поговорили?
— Вдосталь, — ответил Гектор, выбегая на улицу.
В это время вишневая «девятка» свернула на улицу Дурова. Проехав мимо Дома моды Зайцева и длинного бетонного забора, Молчун припарковался в нескольких метрах от посольства Мозамбика. Дежурный у ворот посольства лениво глянул на «девятку» и так же лениво отвернулся. Плевать ему было и на машину, и на ее пассажиров.
— Глянь, — спокойно улыбнулся Молчун, глуша двигатель. — Хоть бы бровью повел, зараза. Лет пятнадцать назад к нам за такую парковку уже подошли бы. Кто, мол? С какой целью? А теперь? Да хоть к штатникам в ворота въезжай, начхать всем с высокой колокольни. Кроме разве что «морских пехотинцев» или кто уж там их посольство охраняет.
Они выбрались из машины. Перс достал из кармана блокнот, сверился с записью.
— Вот этот дом и есть. — Он кивнул на краснокирпичное двухэтажное здание. — Пошли?
Парочка перебежала через улицу в нескольких метрах перед неспешно тянущимся трамваем.
— Сюда, похоже, — Молчун кивнул на здоровые железные ворота.
В этот момент из двора вышел высокий мужчина лет тридцати восьми. Был он крайне возбужден, поглядывал встревоженно по сторонам, будто опасаясь, что сейчас его стукнут по голове.
— Точно, здесь! — уверенно констатировал Молчун и кивнул в спину удаляющемуся мужчине. — Ты зацепил физиономию? Как будто за ним вся милиция Москвы гоняется. Сразу видно — один из них.
— Пойдем, пойдем, — поторопил напарника Перс.
Во дворе он достал из кармана пистолет и проверил обойму. Они, морщась, обошли помойку, залежи мусора и направились к двери. Перс сплюнул сквозь зубы, продемонстрировав свое отношение к захламленному дворику, и вошел в здание. Сонный милиционер отреагировал на незнакомых соответственно. Всхрапнул, потянулся, звучно хрустя суставами, зевнул и поинтересовался:
— К кому?
— Фирма «Паллада». — Перс заинтересованно огляделся. — Есть тут у вас такая?