Зверь
Шрифт:
— Они здесь, — тихо произнес шериф.
Было не ясно, утверждает он или спрашивает, казалось, Нильсен был удивлён собственному открытию. Эллен взглянула на Адама и по выражению его лица поняла, что он догадки шерифа подтвердил. Бишоп учуял их. Звери вошли на территорию.
— Иди сюда, тварь. Я тебе нужна?! Так иди и возьми! — тишину прорезал крик Пэтти. В нём было столько ярости и надрыва, словно она вступала в неравный бой и знала, что проиграет, но собиралась дорого взять за свою жизнь.
Адам подался вперёд, но Эллен лишь
— Эллен, если что-то случится, не плачь обо мне. Живи нормальной жизнью.
Эллен не сразу поняла смысл его слов, заторможенно, словно со стороны, наблюдая за происходящим. Адам развёл руки в сторону, и цепь наручников лопнула на нём, будто нитка. Он торопливо зашагал к выходу, стягивая на ходу куртку. Нильсен бросился следом, с грохотом сворачивая за собой стул. Послышался выстрел, заставивший всех рефлекторно втянуть голову в плечи. Варгас стрелял в воздух.
— Это был предупредительный. Второй будет на поражение.
На секунду задержавшись в дверном проёме, Бишоп лишь молча взглянул на детектива и на пистолетное дуло, направленное ровно на него, а после рванулся на улицу с немыслимой для человека скоростью.
Грохот выстрела заставил Эллен отмереть и закричать, прижимая к ушам ладони. Она упала на пол и забилась под стол, не сразу поняв, что затащил её туда Фишер, защищая от потасовки. Она видела лишь мельтешение ног: остроносых ботинок шерифа и резиновых, взятых на складе у Пэтти сапог Варгаса.
— Ты задел его, щенок! — крикнул Нильсен, выбивая у детектива из рук пистолет. Он закатился под стол и закрутился юлой прямо у Эллен под носом, заряженный, снятый с предохранителя, смертельно опасный в руках напуганного, неадекватного человека, каким сейчас был детектив Гектор Варгас. Барр лишь сильнее забилась в угол стола, беспомощно елозя ногами по полу и стараясь отодвинуться от оружия подальше. Она оглянулась назад в поисках поддержки, но Фишера рядом не оказалось — он с юношеской прытью рванулся из здания оказывать помощь.
Оттолкнув от себя детектива, Нильсен скрылся на улице за завесой дождя. Неловко раскатавшись по полу, Варгас собрал себя в кучу и бросился следом.
— Твою мать, — воцарившуюся вдруг тишину взрезал ошеломлённый выдох Хилла.
Эллен видела его широко расставленные в дверном проёме ноги, слышала щелчок обоймы в его пистолете. Неловко карабкаясь на четвереньках, она вылезла из-под стола, но не решилась встать в полный рост. Её трясло. То, что она увидела в просветах от фигуры Хилла, загородившей проход, заставило её закусить кулак, чтобы не раскричаться, ненароком не напугать взведённого Эйдана и не навлечь шальную пулю на себя.
— Да чтоб тебя, Господи. Дева Мария… — шептал Хилл, снимая оружие с предохранителя и прицеливаясь.
В мутной темноте она видела три изуродованные обращением фигуры. Их омывал безжалостный дождь, превращая ужасающую картину в кадры замедленной чёрно-белой кинохроники. Яростный вой и рычание сотрясали воздух, грохот беспорядочных выстрелов и свист пуль прерывались жалобным скулежом одного, второго,
— Не стрелять, — скомандовал Нильсен.
— Прекратить огонь. Вы не знаете, в кого можно!— крикнул снаружи Фишер, но Хилл не собирался останавливаться.
Голоса шерифа и фельдшера слились в один протестующий, отчаянный вопль — ни один из них не мог подобраться к Эйдану с улицы, не рискуя при этом быть подстреленным. Лишь Эллен могла зайти ему со спины, потому что он позабыл о ней.
Закрыв глаза и собрав в кулак всю ярость, которая придала ей сил, Эллен поднялась и, разбежавшись, толкнула его плечом. Хилл потерял равновесие, уронил оружие и упал, поскользнувшись на обледенелых ступенях крыльца, равномерно залитых поверх льда водой. Не удержавшись, Барр покатилась следом за ним. Ребра ступеней ткнули её в ушибленный бок, и Эллен ахнула, глотнув густой грязевой жижи, в которую превратилась земля.
На зубах скрипел песок, боль пульсировала по всей левой стороне тела, не позволяя даже сделать вдох. Лёгкие сжались в крохотные, пустые комки и никак не могли раскрыться. Эллен проехалась лицом по грязи, когда Хилл отбросил её от себя и потянулся за оружием. Она снова вдохнула воды и захлебнулась кашлем.
— Хватит! — Эллен не представляла, откуда взяла силы для броска. Она оттолкнулась от земли и упала в грязь прямо поперёк движения Хилла. Его руку, тянущуюся за пистолетом, Барр прижала к земле весом своего тела.
Когда Эйдан снова отбросил её, Барр увидела, что мимо них промчался Варгас. Он схватил лежащее между нею и Хиллом оружие, вбежал в дом и с грохотом закрыл за собой дверь.
— Эллен, уходите,— Фишер возник прямо перед ней и попытался поставить её на ноги.
Она чувствовала, как её шатало, словно после нескольких порций мартини с водкой, содержимое желудка упрямо лезло наружу, а ноги вязли в земле и скользили по мокрому слою щепок. Фишер тащил её к крыльцу, придерживая подмышки. Услышав глухой стук и вой автомобильного клаксона, Барр вздрогнула и обернулась — Хилл, оседлав свою Тахо, сбил шлагбаум и умчался прочь с территории.
Распахнув дверь, фельдшер втолкнул её в помещение.
— Переждите здесь, вы ничего не можете сделать, — торопливо сказал он, дергая кольцо крышки люка, ведущего в подвал. — Я вернусь за вами.
Снизу раздались два выстрела, пули ударились о перекрытие пола, вынуждая Фишера отпрянуть от входа в подвал.
— Иди к чёрту, дьявольское отродье! — снизу донесся приглушенный слоями дерева и бетона голос Варгаса. Наверняка, в панике детектив забаррикадировался внизу и пускать к себе соседей не собирался. Эллен знала испанский, но из его надрывного бормотания расслышала лишь «Мария Санта Лючия». Он молился. Ей больше ничего не оставалось, как наблюдать за побоищем из-за распахнутой настежь двери.