Зверь
Шрифт:
– Простите, я просто мешался тут под ногами у Его Высочества.
– Ясно, - сказал мужчина и толкнул Шардара в бок кнутом, намекая, что тот должен идти.
Да и сам ушел следом. Эеншард же прислонился к книжному стеллажу, он знал, что наглому старшему брату кнут не вернут. До двадцатилетия он права не имеет на оружие власти, но Шадиф еще долго будет злиться, впрочем, уже не одну опалу Шадифа Эеншард успел пережить, и эту
Когда стемнело, Шардар принес брату ту самую черную книгу.
– Но ты же сказал, что...?
Эеншард не смог закончить свой вопрос, ошарашено наблюдая за тем, как старший брат, найдя нужную страницу, буквально вложил ему книгу в руку.
– Я ее прочел в свое время, и ты прочли, и не только ее. Только прошу тебя, не днем и очень тихо, чтобы никто не узнал, - проговорил Шардар и, ничего больше не говоря, просто удалился. Он хорошо умел отличать реальность от того, что должно было казаться реальностью, и Эеншард быстро перенял это понимание.
Вспоминая все это, Эеншард так и не решился рассказать ей все о трудностях своей жизни и о том, что их брак мог бы спасти жизнь его младших братьев. Он только смотрел на нее и с большим трудом разжимал ее руку, отпуская на рассвете.
Дни летели, ночи таяли, а Ленкара не хотела понимать, что лето скоро закончится, и придет день ее помолвки. Зато об этом помнил Кэрол Леклот.
– Вы помните, что уже завтра мы с вами отправимся к вашему отцу? – спросил он, внимательно глядя на невесту.
– Уже? – удивилась Ленкара.
Сердце у нее быстро забилось, но она только поставила чашку на стол.
– Вы настолько потеряли счет времени? – удивился адмирал.
– Просто у вас так красиво, и такая богатая библиотека.
– Библиотека? Хотите сказать, что именно она мешает вам спать по ночам?
Ленкара не ответила, внимательно глядя на мужчину. Тот так же внимательно смотрел на нее, делая глоток чая и медленно манерно ставя чашку на небольшой стол, разделявший их.
– Или вам не здоровится, и вы спите до полудня?
Ленкара опустила глаза, не зная, что ей ответить. Волна стыда и страха охватила ее.
– Ваша сестра сказала, что вы избегаете ее, - продолжал Леклот. – Неужели вам настолько тяжело пережить это лето?
– Видимо, настолько, - прошептала Ленкара и встала. – Простите меня, милорд, но я вынуждена оставить вас.
Она склонилась в изящном реверансе, развернув пред мужчиной юбку и отбросив ее красивой волной, резко отвернулась, спеша уйти.
– Постойте, - проговорил Леклот мягко, догнав ее у самой двери. – Вы не ответили, моя дорогая, от чего же вы не спите ночами?
Он
– Я все еще раздражаю вас? – спросил он прямо.
Она продолжала молчать, глядя на дверь, словно на идола, который мог ее спасти.
– Нет?
Мужчина коснулся губами ее шеи, осторожно, едва различимо, но Ленкара невольно отклонила голову, чувствуя, как судорога свела лопатки.
– Не надо, - прошептала она.
– Почему? – спросил Леклот, скользя руками по ее плечам вниз. – Вы почти моя невеста, а я не делаю ничего такого, что…
– Отпустите меня, - решительно произнесла Ленкара, едва не повысив голос.
Мужчина все же убрал руки, а принцесса, обернувшись, взглянула ему в глаза. Все же он не был ей противен. Этот человек был умен, образован, хорошо воспитан и, стоя сейчас перед ней в строгом черном костюме, ничем не задевал ее внутренние вкусы. Она с радостью вела бы с ним дела и даже дружила, но любить его, увы, не могла, но, несмотря на все это, сказала она совсем другое:
– Очень скоро я буду вашей невестой, милорд, а через полгода женой, но прошу вас, не касайтесь меня до помолвки, после нее я обязательно привыкну к вашим рукам, чтобы легко принимать их в нашем союзе. Не сочтите это грубостью, просто я не привыкла к прикосновениям, особенно таким.
Она смогла даже улыбнуться, глядя мужчине в глаза.
Кэрол понимающе кивнул.
– Простите, я действительно зашел слишком далеко.
Ленкара сама коснулась его руки и, глядя мужчине в глаза, произнесла:
– Позвольте мне быть свободной еще одну ночь.
Кэрол смотрел на нее внимательно, потом сглотнул. У него заметно искривились губы, но он закрыл глаза и, освободив руку, произнес:
– Ступайте, только не забудьте, что завтра до полудня мы должны выехать.
– Спасибо, - прошептала Ленкара и прямо из гостиной побежала вниз, чтобы промчаться по галерее и, распахнув большие резные двери, выбежать в сад.
Она знала, что этот день настанет, но так сильно не хотела его, что даже забыла о нем, а теперь спешила к уже любимым елям, чтобы окончательно проститься с человеком, которого любила.
Снежный Бог явно понимал ее, наверно, именно поэтому с темного неба начали опускаться пушистые снежинки, ложась на каменные дорожки под ее ногами. Ветра не было, и в одном лишь платье она не чувствовала холода, дрожа от страха и слез, застывших в глазах.
Эеншард ждал ее, как всегда, распахнув объятья, он позволил ей прижаться к его груди и вцепиться в куртку, тут же накрывая ее плащом.
– Уезжай, - простонала Ленкара раньше, чем принц успел задать вопрос. – Умоляю тебя, уезжай, Эни. Я очень люблю тебя. Я не знаю, как я буду жить без тебя, но ты должен уехать, а я должна выйти замуж.