Зверь

Верт Александр

– Лека, снежное мое видение, что ты такое говоришь?

Эеншард целовал ее в щеку, в висок, в мочку уха.

– Эни! Прошу, мы не можем, ни ты, ни я. Умоляю тебя, уезжай!

Она с силой оттолкнулась от его груди, вырываясь. Эеншард не пытался удерживать ее силой, но попытался коснуться ее руки и именно в этот миг зазвучал другой голос:

– Так вот оно что.

Эеншард поднял глаза. К ним медленно приближался брат короля – Кэрол Леклот. Эштарец застыл, не прикасаясь к Ленкаре, принцесса же испуганно отпрыгнула назад, глядя на адмирала.

–

Что ж вы убежали, так можно ведь и заболеть накануне помолвки, - спокойно проговорил Леклот.

Он снял плащ с ее плеч, а вместо него набросил на девичьи плечи ее собственное длинное меховое манто.

– Эеншард Клен Дерва, я правильно понимаю? – спросил Леклот, протягивая эштарцу плащ.

– Правильно, - ответил Эеншард, удивляясь, что кто-то на севере мог знать его в лицо.

Не сводя глаз с мужчины, он все же взял плащ. Мышцы его машинально напряглись, ноги в коленях чуть согнулись, левая рука, скользнула в сторону правого бока, где по-прежнему висели боевые кинжалы, но Леклот, не спешил. Он изучал соперника взглядом, а после спросил:

– Мне представляться не надо?

– Не надо, - глухо ответил эштарец.

– Надеюсь, вы понимаете, что на моей территории у Вас мало шансов, - продолжал Леклот, - но, как я слышал, моя дорогая Ленкара велела вам уехать, если вы сделаете это немедля, я вас просто не замечу - и политического скандала не будет.

Эеншард посмотрел на Ленкару. Та поджала губы и отвернулась. Леклот же, понимая причину заминки, посмотрел на Авелонскую принцессу и спросил:

– Я ведь правильно понял ваше желание?

– Да, милорд, - отозвалась Ленкара дрогнувшим голосом.

– Вот видите, - проговорил Леклот, спокойно глядя на эштарца. – Не знаю, как Вы умудрились остаться незамеченным, и в какой деревне Вы прятались все это время, но больше Вам так не повезет на территории Сворта.

Эеншард не двигался, только посмотрел на адмирала, затем снова на Ленкару.

– У всех нас есть свой долг, - произнесла, наконец, принцесса, взглянув на него. – Вы должны уехать и больше никогда не возвращаться.

Эеншард только выдохнул и взглянул на Леклота.

– Берегите ее, иначе я вас даже из преисподней достану, - проговорил он тихо.

Кэрол усмехнулся, затем кивнул. Он проследил за тем, как мужчина исчез в еловых зарослях, а затем посмотрел на почти-невесту.

– Я усилю охрану, и если он вернется, то умрет.

Он приблизился к принцессе, достал кружевной платок и вытер ее слезы.

– Я знаю, что вы человек слова, и потому уверен, что вы не обманите меня и будете верной женой и честной невестой.

Вложив в дрожащую руку Ленкары платок, он подхватил ее под руку и повел обратно к замку по заснеженным аллеям.

– Потерпите, скоро вы останетесь наедине в своей спальне и сможете спокойно выплакаться, - шептал он. – Я вам не враг, Ваше Высочество, и не буду им даже в подобной ситуации.

Ленкаре оставалось только стиснуть зубы, умирая от стыда и горя.

Эеншард,

не помня ничего, долго мчался прочь, загоняя одного оленя за другим. Ему было все равно, что самым разумным было бы сесть на корабль и покинуть север. Он просто знал, что сойдет с ума, если окажется сейчас на судне, а мчаться по дорогам было проще, можно было сосредоточиться на этом процессе и двигаться сквозь метели из Сворта, через Авелон, дальше в сторону долин. Только на третий день в центре снежного поля он остановился, спешился и обернулся.

«У всех нас есть свой долг», - сказала она.

Слово «долг» было тем самым страшным словом, что все эти годы связывало Эеншарда. Он был должен жить как раб и выполнять приказы как слуга, без права на личное мнение, а теперь, глядя на заснеженные горы, оставшиеся позади, он вдруг понял, что она такая же связанная долгом и несчастная будущая королева Авелона.

Вновь запрыгнув в седло, он развернул оленя и поскакал назад, чтобы обогнуть гору и поспешить в Айвар, Авелонскую столицу. Он был обязан успеть к помолвке, потому что теперь ему было, за что бороться.

11

Никогда прежде родной дом не казался Ленкаре таким чужим. В своей собственной комнате она чувствовала себя случайной гостьей.

Церемониальный наряд нежно-голубого цвета казался ей ужасающе холодным и неуютным. Глядя на себя в зеркало, Ленкара невольно смотрела лишь на синий камень на собственной груди.

– Лека, на тебе лица нет, - прошептала Вивьен, обнимая сестру. – Почему ты так печальна?

– Я не люблю его, - едва слышно ответила наследница.

– А мне казалось, вы подружились. Разве он плохой?

Ленкара не ответила, она до сих пор не верила, что Леклот действительно сделал вид, что ничего не видел, скрыл ее тайну и даже не стал задавать вопросов. Она понимала, что случившееся не могло его не задеть, но почему-то брат короля просто промолчал, только теперь честь Ленкары была в его руках. Стоило ему рассказать о том, что он видел, и этого будет достаточно, чтобы будущая королева Авелона навсегда была покрыта тенью позора для стран севера. Вот только сама принцесса не жалела о случившемся, жаль ей было лишь одного - она не сбежала с человеком, которого любила.

– Вив, оставь меня, - проговорила она, наконец, отходя от зеркала. – Я хочу побыть одна.

– Но ведь уже пора…

– Вив, просто иди вниз, я скоро приду, - отмахнулась от сестры Ленкара, отворачиваясь к стене.

Она с трудом понимала, зачем ей сейчас миг одиночества, но ей хотелось закрыть глаза в пустой комнате и попросить у Снежного Бога чуда.

Этот маленький ритуал предал ей сил, и она, быстро развернувшись, вышла вслед за сестрой, только с каждым шагом все медленней шла по коридору. Там внизу, в парадном зале, было светло, играла музыка. Все ждали, когда спустится принцесса, и при всех подтвердит имя своего избранника, потому затихли, как только она появилась на вершине лестницы.