Зверюшки

Эдельман Николай

– Откуда ты это взял? Ты веришь всем этим сказкам про ожившие горы и так далее?

– Видишь ли, некоторые из этих сказок сообщались мне лично непосредственными свидетелями.

– Да, и ты знаком со многими из Ответственных Товарищей?
– скептически спросил Н.

– Не скажу, что всех, но кое-кого знаю, - заявил Свен.

Н. прикусил язык, а затем поинтересовался:

– И зачем ты с ними водишь знакомство?

– Потому что иначе не проживешь. Они нужны мне, а я - им.

– Какие же услуги ты им оказываешь, интересно знать?

– Свожу их с теми людьми, которые

им нужны. Можешь мне поверить, это очень сложное дело.

– Ну хорошо, - решил вернуться Н. к прежней теме.
– А все-таки, как насчет Зверюшек? Откуда они берутся?

– Они нам снятся, - не моргнув глазом, ответил Свен.

– Что-о?
– Н. едва не свалился со стула.
– Что за бред? Как они могут нам сниться? Тогда выходит, что все остальное, что нас окружает - тоже нам снится?

– Почему бы нет?
– пожал плечами Свен.
– Ты можешь доказать обратное?

Н. хотел было что-нибудь яростно возразить, но вспомнил собственные утренние мысли и сказал только:

– Если нам окружающее снится, то значит, либо я снюсь тебе, либо ты мне. Кто из нас существует на самом деле? Например, мне не кажется, что я снюсь тебе. Тебе, наверное, тоже.

– Да, но тем не менее ты, или вернее, я тебе никак не смогу доказать, что я существую на самом деле, если бы ты был уверен в обратном...
– Сделав паузу на то, чтобы заново наполнить свой стакан, Свен продолжил: - Между прочим, из моей теории вытекает одно любопытное следствие. А именно, простой способ покончить со Зверюшками. Нужно всего лишь проснуться.

– Ну-ну, - промолвил Н.
– И как же ты собираешься это сделать?

– Еще не знаю. Надо подумать.

Свен поднялся, подошел к проигрывателю и снова поставил ту ужасную пластинку. Н. приготовился заткнуть уши, но приятель, видимо, щадя его чувства, приглушил звук. Вновь раздались хриплый голос и скрежещущие звуки неведомых музыкальных инструментов, сменившиеся ритмичным ревом и грохотом. Н. припомнил, что нечто подобное он слышал, когда однажды плыл по реке на теплоходе и оказался около машинного отделения. И как ни странно, немного вслушавшись, он начал находить в механических звуках на пластинке нечто приятное и бодрящее. Когда первая песня кончилась, Н. заметил:

– А ты знаешь, мне это начинает нравиться.

– Со мной тоже так было, - сказал Свен.
– Надо немного въехать. Дальше тут есть кое-что получше.

Н. хотел послушать еще, но бросив взгляд на старый будильник Свена, увидел, что уже начало третьего.

– Ничего себе!
– сказал он, поспешно поднимаясь.
– Пора идти. Ладно, как-нибудь потом зайду, дослушаю.

– Будем надеяться, - произнес Свен.
– Значит, серьезно не хочешь последовать моему совету? Честное слово, так было бы лучше.

– Ты про то, чтобы исчезнуть? Нет, - решительно помотал головой Н., но тут же смягчился, - Разве если увижу, что дело того заслуживает.

– Боюсь, что тогда будет поздно. Ну ладно. Будь осторожен. Если что сразу ко мне! Да, кстати, хочешь - пистолет дам?

– Пистолет?
– медленно произнес Н.
– А это не запрещено?

– Наверное, запрещено. Но если тебя будут брать, хуже не станет.

– И для чего он мне может понадобиться?

– Для обороны.

Может, сумеешь отбиться. Хотя вряд ли... Они же профессионалы... Ладно, уговаривать не буду.

– Ну хорошо, - Н. боялся опоздать. До дома Алины путь был неблизок. Я побежал. Привет!

– Ага, - Свен протянул ему руку.
– Бывай.

И Н. поспешил к автобусной остановке.

3.

По пути к Алине Н. понял, что мотив, услышанный на странной пластинке, прочно застрял в его ушах. Он ловил себя на том, что то и дело пытается напевать, подражая скрежещущим аккордам в начале песни. Хотя он явно опаздывал - ждать автобус пришлось полчаса - настроение у него было отличным. У него начинала кружиться голова, когда он пытался представить, что может сегодня произойти. Он так радовался жизни, что совершенно забыл про странные советы Свена. Сейчас, когда хмель из головы выветрился, слова приятеля казались ему просто безумным бредом. Не то что бы Н. замечал за ним такое раньше, но как-никак Свен был поэтом, и мышление у него было слегка сдвинутое - тем более, как подумал Н., после такой странной музыки.

Н. знал, где живет Алина, хотя ни разу у неё не был. Только один раз провожал её до подъезда. Ее дом находился в нескольких кварталах от института, на проспекте Грядущих Свершений, идущем параллельно проспекту Вождя.

Оказавшись в темном подъезде, Н. поднялся на второй этаж и нажал на кнопку звонка. Довольно скоро за дверью послышались шаги, загремела цепочка, и знакомый голос спросил: "Кто?"

– Это я, - ответил Н.

Дверь отворилась, и Алина посторонилась, впуская Н. в прихожую. Она была босиком и в затрепанном халате. Алина поглядела на Н. выжидающе, но тот не совсем понял, что от него требуется, и остановился, чувствуя неловкость.

– Ты ещё не передумала?
– спросил Н., чтобы заполнить паузу.

– Нет, конечно, - Алина широко улыбнулась.
– Ездил к Свену?

– Да...
– произнес Н.
– А это что такое?

Его внимание привлекла большая печать на веревке, обмотанной вокруг ручки ближайшей двери.

– Тут семья ночью в Столицу уехала, - объяснила Алина.
– Ты что, никогда такого не видел?

– Нет, - признался Н.
– А печать зачем?

Алина недоуменно посмотрела на него, потом рассмеялась.

– За это ты мне и нравишься. Любишь задавать такие вопросы, какие никому другому не придут в голову.

Н. хотел ещё спросить, какая организация ставит эти печати, но решил, что это бессмысленно - Алина все равно не ответит. И он задал совсем другой вопрос:

– Ты одна, что ли, дома?

– Конечно, - пожала плечами Алина.
– Все на работе. Обедать будешь?

– Не откажусь.

– Сейчас я суп разогрею. Я сама ещё не обедала. Проходи в комнату.

Н. послушно двинулся по коридору, увидев в его конце открытую дверь. Семья Алины, судя по всему, жила не бедно. Слева у стены стоял диван, справа - полированный сервант, за стеклом виднелись фарфоровый сервиз и безделушки. Стены оклеены обоями. Стол был отодвинут к двери, и центральная часть комнаты, покрытая ковром, оставалась почти свободной, если не считать двух кресел, повернутых к телевизору в дальнем углу. Шторы, прикрывавшие окна, затеняли комнату.