Звезда ведьмы
Шрифт:
— Кто же тогда развел костер? — спросил Хурл.
— Это то, что я намереваюсь выяснить, — ответил Тайрус. — Костер не мог развести себя сам.
Наконец они достигли вершины и увидели широкую мощеную дорогу, тянувшуюся к деревне, темную и тихую. Туман лежал на ней, словно плотное одеяло. Они вошли в маленькое поселение осторожно, держа оружие наготове. Ничто не двигалось, кроме мерцающего света пламени за деревней.
Подав друг другу несколько условных сигналов-жестов руками, они разделились. Тайрус,
Каждое здание, мимо которого они проходили, несло на себе следы разрушения: разбитые окна, закопченные витрины магазинов, обрушившиеся верхние этажи. Селение было явно разрушено кем-то и приведено в запустение, но среди всего этого разрушения не хватало одной детали.
— Это теперь кладбище, — пробормотал Блит, — но где же мертвецы?
Нигде не было видно тел, ни одного, не было даже костей тех, кто умер здесь.
Тайрус нахмурился:
— Может быть, выжившие похоронили мертвых, прежде чем уйти.
Блит приподнял бровь, не веря:
— Я скорее поверю в пожирателей мертвечины. По меньшей мере одна зима прошла с тех пор, что бы ни случилось в этой деревне. Леса кругом полны голодных волков.
— Тогда бы ты увидел кучи обглоданных костей.
— Может быть, если обыскать здания, ты найдешь что-то такое, — пожал плечами Блит и сменил тему: — Прошлое в прошлом. Какая разница сейчас?
Тайрус, однако, не мог отмахнуться от этого. Что случилось здесь? Кто развел костер и зачем?
Они прошли по сельской площади, теперь лежащей в руинах. За ней был обрыв и костер, язычки пламени лизали туманную ночь, спустившуюся на разбитые крыши последних зданий. Было так тихо, что они слышали треск поленьев. Отряд собрался теснее, и они скользнули за край города.
Здесь, на краю обрыва, был разбит небольшой сквер, окруженный стеной из камня. Запущенные кусты роз и остролиста росли вдоль выложенных камнем дорожек. Здесь была даже крошечная деревянная беседка, не тронутая разрушением. У входа в сквер возвышалась статуя. Она стояла непотревоженная, если не считать пятен птичьего помета и мха, выросшего на камне.
Хурл остановился возле статуи, повернув голову в ее сторону. Он наклонился и осторожно убрал часть мха. Гранитная статуя пострадала от ветра и дождей, но мрачный сердитый взгляд по-прежнему был заметен. Фигура стояла, скрестив руки, — явно страж на своем посту.
— Каменный Волхв, — пробормотал Хурл с ноткой тревоги в голосе.
— Что это? — спросил Тайрус.
Хурл покачал головой и пробормотал что-то вполголоса, затем осмотрел сквер. Были и другие статуи, возвышавшиеся среди запустения — некоторые большие, некоторые маленькие.
Все глаза обратились к центру сквера, где, рассеивая темноту
Однако Тайрус по-прежнему не позволял себе ослабить бдительность. Он окинул взглядом сквер, беседку, окраину города. Никакого движения. Никакой угрозы.
Впереди дрова пылали огнем, потрескивая, словно какой-то старик в кресле разминал онемевшие суставы. Только этот звук заполнял тишину.
Тайрус подал сигнал своим людям заходить с двух сторон. Блит оставался с ним, в то время как остальные рассыпались по парку, подходя к огню с разных сторон.
Оглядываясь, Тайрус жалел, что с ним нет его древнего фамильного меча, выкованного из мрильской стали, со снежной пантерой, украшавшей рукоять. Но он оставил его Кралу, который забрал меч в могилу — символ клятвы крови между замком Мрил и потерянными людьми горца. Сейчас в руках принца был меч из оружейной Алоа Глен, изящный старинный клинок, но он выглядел грубым по сравнению со своим предшественником. Пальцы Тайруса стиснули рукоять. Истинный мечник хорош с любым оружием, сказал он сам себе.
Он услышал, как его зовут, и посмотрел туда, где Хурл и Флетч стояли перед другой статуей. Флетч махнул своим луком, подзывая остальных.
Тайрус подошел.
Это была статуя из черного гранита, восхитительное изображение оленя, опустившего голову, чтобы отщипнуть листик с розового куста.
Флетч потянулся к камню, но Хурл отбросил его руку. Он повернулся к Тайрусу:
— Нам придется уйти.
Тайрус нахмурился:
— Почему?
Хурл взмахнул рукой:
— Посмотри вокруг!
В его глазах светился нарастающий ужас. Он быстро подошел к статуе, изображавшей двух детей, прячущихся за кустом. На первый взгляд, они играли в прятки, но при ближайшем рассмотрении можно было заметить ужас на их лицах, который говорил совсем о другом. Дети прильнули друг к другу в испуге.
Тайрус изогнул бровь, глядя на соседние статуи: мужчина, застывший на бегу, три плачущих девушки, старик на коленях.
— Я не понимаю, — сказал он.
— Это жители деревни! — крикнул Хурл. — Превращенные в камень!
— Это смешно, — проворчал Блит.
Хурл продолжил:
— Статуя у входа — это Каменный Волхв. Он отметил сквер как принадлежащий ему.
— Почему? Кто этот Волхв? — спросил Тайрус.
— Мы должны уходить — немедленно! — Хурл пошел прочь.
Блит остановил его:
— Капитан задал тебе вопрос, парень, — в его голосе звучала явная угроза.
Хурл по-прежнему выглядел готовым унести отсюда ноги, но Флетч положил руку на его плечо. Это прикосновение немного успокоило мужчину, но он все еще дрожал.