Звездный прилив
Шрифт:
Жаль, что мне приходится использовать Тошио, чтобы следить за Такката-Джимом. Даже если наш бывший помощник капитана меня «разочарует» и будет вести себя нормально, не знаю, сумеет ли Тошио вовремя вернуться, особенно если нам придется неожиданно стартовать.
Теперь я понимаю, что такое «вдоль приказов».
Мне пришлось изобразить удивление, когда Тошио рассказал о мини-бомбах, украденных Чарли Дартом из арсенала. Тошио предложил попытаться отобрать их у Такката-Джима, но я это запретила. Сказала ему, что мы рискнем. Я не могла ему довериться. Тошио умный
Думаю, что все рассчитала верно. Если бы только я была уверена.
Проклятый Нисс опять вызывает меня. На этот раз придется узнать, что ему нужно.
О, Том! Смог бы ты заменить капитана корабля? Не прощу себе, что разрешила Крайдайки выйти одному.
Но ведь он вел себя так нормально. Во имя Ифни, что произошло?"
Глава 81
ЧАРЛЗ ДАРТ
Рано утром он уже был у консоли на краю воды, счастливо разговаривая со своим новым роботом. Тот уже опустился на километр, прикрепляя по пути к стене ствола маленькие датчики.
Чарлз Дарт оживленно бормотал. Через несколько часов робот погрузится на глубину предыдущего, почти ни на что негодного зонда, который Дарт уже оставил. Потом, проведя еще несколько тестов, чтобы подтвердить его теорию относительно локальных формаций коры, Дарт сможет формулировать основные проблемы. Например, что такое, в конце концов, эта планета Китруп.
Никто, никто не сможет теперь остановить его!
Он вспомнил годы, проведенные в Калифорнии, в Чили, в Италии, когда изучал землетрясения, работал с крупнейшими специалистами геофизики. Это приятно будоражило. Но через несколько лет он почувствовал что-то неладное.
Его приняли во все профессиональные общества, его статьи встречали, хвалили и изредка язвительно критиковали – эти реакции настоящие ученые предпочитают сплетням. Не было недостатка в лестных предложениях.
Но наступило время, когда он задумался: где же его ученики?
Почему аспиранты не выбирают его своим научным руководителем? Он видел, как осаждают его коллег энергичные соискатели, но, несмотря на внушительный список его публикаций, на его широко известные, хотя и спорные порой, теории, к нему приходили только второсортные, те, кто ищет скорее грант, чем руководителя. Ни один способный молодой студент, ни одна талантливая студентка не просили его стать их шефом.
Конечно, иногда он срывался, и один или два студента покинули его с желчными замечаниями, но ведь это не может объяснить застой его педагогической карьеры.
И постепенно он стал подозревать, что за этим скрывается нечто другое. Нечто… расовое.
Дарт никак не реагировал на модели поведения прошедших возвышение шимпов: на утонченную вежливость большинства к людям или мрачное негодование небольшого, но громкоголосого меньшинства. Но несколько лет назад он начал обращать на это внимание. И вскоре у него возникла догадка: студенты избегают его, потому что он шимпанзе!
Это его ошеломило. На целых три месяца он бросил свои исследования, проблемы.
Чарлз Дарт был смущен. Но потом задумался над смыслом слова «дать».
Он читал о расовых предрассудках человечества в старину. Неужели всего полтысячелетия назад люди рассказывали друг о друге чудовищно лживые вещи только из-за пигмента кожи и убивали миллионы, поверив в собственную ложь?
Он узнал о теории символизма – когда разрешалось допускать в науку и в правительство ограниченное число негров, как показатель их равенства – и почувствовал жгучий стыд. Именно тогда он вызвался добровольцем в дальний космический полет, решив не возвращаться, пока не докажет, что, как ученый, он не уступает любому человеку!
Увы! Он получил назначение на «Стремительный», корабль, полный дельфинов и воды. И в довершение ко всему, этот самодовольный дурак Игнасио Метц немедленно начал обращаться с ним, как сноб с одним своим экспериментальным полукровкой!
Чарли научился жить с этим. Он приспособился к Метцу. Он все перенесет, пока не будут объявлены результаты его исследований Китрупа.
И тогда при его появлении все будут вставать! К нему придут талантливые молодые ученые. И все увидят, что он, по крайней мере, не символ!
Глубокие размышления Чарли прервал шум в лесу. Чарли торопливо прикрыл приборы в углу консоли. Никто не должен узнать о тайной части его эксперимента.
На тропе из деревни показались Дэнни Судман и Тошио Ивашика, они разговаривали негромко и несли в руках небольшие свертки. Чарли занялся роботом, но искоса посматривал на людей, гадая, не заподозрили ли они чего.
Но нет. Они слишком заняты друг другом, касаются, ласкают, шепчут.
Чарли негромко фыркнул: как много значит для людей секс. Но когда они взглянули в его сторону, он улыбнулся и помахал им рукой.
Они помахали в ответ и вернулись к своему разговору. Они ничего не подозревают, поздравил себя Чарли. Ему повезло, что они влюблены.
– Я хочу остаться. А если Джиллиан ошибается? Если Такката-Джим раньше закончит конвертировать бомбы?
Тошио пожал плечами.
– У меня есть кое-что, что ему нужно. – Он взглянул на сани в бассейне, те самые, что принадлежали Тому Орли. – Без этого Такката-Джим не улетит.
– Совершенно верно! – энергично подхватила Дэнни. – Ему нужно это радио, иначе ити взорвут его, прежде чем он вступит в переговоры. Но ты будешь один! Этот фин опасен!
– Это одна из причин, почему я хочу немедленно отослать тебя.
– Говорит большой мужчина-хозяин? – Дэнни пыталась говорить саркастично, но не смогла.
– Нет. – Тошио покачал головой. – Говорит твой военный командир.
Вопрос решен. Давай грузить последние образцы. Я провожу вас с Сахотом несколько миль, прежде чем мы попрощаемся.