...Да поможет мне бог

Джексон Феликс

Ответ: Думаю, что да.

Вопрос: Не по его ли инициативе состоялась беседа между мистером Беквудом и мистером Арбэттом?

Ответ: Весьма возможно. Мистер Донован был ближе знаком с мистером Беквудом, чем Арбэтт или я.

Вопрос: Не можете ли вы подтвердить, что они были друзьями?

Ответ: Я очень мало знаю о личной жизни мистера Донована.

Вопрос:

Не можете ли вы сказать мне, почему вы отказались защищать мистера Беквуда?

Ответ: Я бы не назвал это отказом, мистер Кеслер. Мистер Арбэтт объяснил мистеру Беквуду, что наша фирма никогда не берет на себя ведение дел, затрагивающих политику. Однако это не имело никакого отношения к самому Беквуду.

Вопрос: Вы были согласны с мистером Арбэттом?

Ответ: Да, конечно.

Вопрос: А мистер Донован?

Ответ: Насколько я помню, он придерживался иного мнения.

Вопрос: Безусловно. Он был адвокатом мистера Беквуда в течение всего расследования.

Ответ: Мне известно об этом факте».

Спенсер перевернул страницу.

— Надеюсь, вы одобряете мое поведение, — сказал Майлс. — Я только отвечал на вопросы этого человека. Выводы он делал сам.

Спенсер кивнул головой.

— Смысл ясен. Я поссорился с мистером Арбэттом и с вами из-за Гордона Беквуда и ушел из вашей фирмы, чтобы лично заняться этим делом.

— Даже если бы это было так, — сказал Майлс, — не вижу здесь ничего плохого. Американский суд никогда не предъявлял никаких обвинений Гордону Беквуду. Многие считают, что он был невиновен.

— Он и был невиновен, — подтвердил Спенсер. — Так же невиновен, как вы, как я, как президент США.

Их взоры на мгновение встретились. Затем Спенсер снова стал читать.

«Вопрос: Известно ли вам, к какой политической партии принадлежит мистер Донован?

Ответ: Нет, я ничего не знаю об этом.

Вопрос: Но ведь он был вашим компаньоном. Вы, должно быть, часто встречались. Неужели вам никогда не приходилось беседовать о политике?

Ответ: Не могу припомнить определенного случая, но, как вы справедливо заметили, мы часто бывали вместе. Весьма вероятно, что мы иногда толковали о политике.

Вопрос: Не расскажете ли вы об этом подробнее?

Ответ: Вряд ли сумею.

Вопрос: Попытайтесь припомнить, если не возражаете, скажем, президентские выборы 1948 года. Вы случайно не знаете, не поддерживал ли мистер Донован прогрессивную партию?

Ответ:

Сейчас я припоминаю, у нас был разговор об этом. Донован принадлежал к тем чудакам, которые считали, что у мистера Трумэна есть шансы. Он голосовал за список демократов.

Вопрос: То есть он сказал, что голосовал?

Ответ: Видите ли, мистер Кеслер, я в ту минуту не находился с ним в кабине для голосования. Мы с мистером Донованом живем в разных районах».

Спенсер улыбнулся. Майлсу, должно быть, понравился собственный ответ, иначе он не привел бы его здесь. Спенсер хорошо помнил день выборов. Джон Арбэтт пригласил его к себе в гости. Спенсер отказался, зная, что там все будут ратовать за победу республиканцев. Он упомянул о Трумэне больше из упрямства, чем из убеждений, и до сих пор помнит раздраженное выражение на лице Джона Арбэтта.

— Вы кончили? — спросил Майлс.

— Еще минуту — ответил Спенсер. Как раз в этот момент он добрался до самого главного.

«Вопрос: Мистер Майлс, не знаете ли вы, состоит или состоял мистер Донован в коммунистической партии?»

Спенсер поднял глаза.

— Объяснил ли он причину, заставившую его задать подобный вопрос?

— Нет, — ответил Майлс, — у нас произошел довольно оживленный обмен мнениями по этому поводу. Он совершенно ясно дал мне понять, что я могу не отвечать на его вопросы, но я решил, что вам будет выгоднее, если я отвечу.

— Благодарю вас, — сказал Спенсер.

Он прочел:

«Ответ: Я считаю это невероятным и невозможным.

Вопрос: Выражал ли он когда-либо в вашем присутствии левые взгляды?

Ответ: Нет.

Вопрос: Пытался ли он навязывать вам или другим убеждения, неприемлемые для нашей страны?

Ответ: Нет.

Вопрос: Но он уговаривал вас взять на себя защиту Гордона Беквуда, не так ли?

Ответ: В этом нет ничего левого или неприемлемого. Вина Беквуда никогда не была доказана, и с либеральной точки зрения...

Вопрос: Значит, вы назвали мистера Донована либералом, не так ли?

Ответ: Пожалуй, да.

[На этом закончилась беседа между чиновником ФБР и Бернардом Г. Майлсом. Мистер Кеслер вторично поблагодарил Майлса за содействие и сказал, что свяжется с ним или с мистером Арбэттом, если понадобятся дополнительные сведения. После его ухода Майлс пригласил в кабинет свою секретаршу Беатрис Стейнхардт и продиктовал ей вышеприведенный текст]».