12
Шрифт:
Воспользовавшись образовавшейся суматохой, магистр хранителей прошел в сантиметре от Торрина, бросив:
– В комнате встреч.
Пройдя в комнату для аудиенций, магистр хранителей подождал, когда появится старший храмовый чародей и, притворив плотнее дверь, предложил Торрину присесть.
– Хочешь пожурить, что разболтал почти все секреты почти тайного общества?
– Добродушно улыбнулся Торрин, пожимая протянутую руку. – Так, об этом, мой милый Каритх, маги церкви давно знают. Чай и своя библиотека имеется,
– Кто бы сомневался. – Закивал магистр. – Но, разговор не о том, в чьих книгах больше знаний. Об одном избраннике сферы хочу тебе рассказать.
– Что же такого особенного в том избраннике. – Торрин заинтересованно подался вперед.
– Сфера выдала имя новичка. Никому не известного юноши, не зукандарца даже. И тут же, не дожидаясь результата испытаний, присвоила ему высший статус.
– Верховного хранителя, говоришь, избрала? Где этот человек сейчас?
– Мы поручили ему обычное задание для новичка, естественно, ничего ему не сказав, про решение сферы.
– Потерять власть побоялся. Ай-яй-яй. – Торрин предосудительно зацокал языком. – Ты хоть понимаешь, что посвяти ты его вовремя в сущность вашего общества, мы, быть может, сейчас обладали бы весьма и весьма ценной информацией. Которая, не исключено, позволила бы избежать многих и многих неоправданных жертв в борьбе с мопрами.
– Знаю, я. – Отмахнулся Каритх. – Что сделано, то сделано. И потом, его позвал в ученики сам Дапоруст. Что я должен был делать? Это вполне естественно, что я решил лишний раз удостовериться в его благонадежности. Да, и пока он не знает про выбор сферы, он может стать полезным разведчиком на вражеской территории. Тем более, что враг воспринимает его за своего!
– Не там ты врагов ищешь. – Покачал головой Торрин. – Нам нужно встретиться в твоих казематах, организуй и сообщи мне, где и когда. А я брошу клич верным людям. Дольше болтать здесь не стоит, от долгих бесед у стен уши отрастают.
Торрин встал, поклонился магистру хранителей и вышел.
Игровой мир. Территория протектората Тубринских старейшин (Тубриния).
Брунар оглянулся на оставленный позади лес, еще видимый тонкой полоской на горизонте, затем перекинул взгляд на редеющую траву лугов, постепенно переходящих в бесплодную желтизну пустынных песков:
– Вихрей почти не видно, буря сходит! Эх, не буду ли я тосковать по бескрайним пескам, сидя в уютной клетке своего дома….
– Ты же свободен. – Ответил Слаш на высказывание товарища. – Кто тебе мешает бродить по этим самым пескам, если уж такая ностальгия.
– Ни кто, конечно. – Брунар хлопнул Слаша по спине, после чего обратился к Максиму, беседующему о чем-то в полголоса с Александром. – А ведь придем скоро! Вон там, на горизонте, если приглядеться, видны небольшие возвышения. Там и есть Тубрин.
– Сегодня не дойдем. – Прокомментировал сэр Робус. – А ведь там, вроде как, тоже могильник имеется, а, Брунар?
–
– Значит привал? – Недовольным голосом спросил Максим. – И так слишком долго идем. Вы хоть уверены, что этих тварей может оказаться много? Я думаю с тремя, пятью, мы запросто справимся!
– Прошло довольно много времени, - отозвался Брунар, - могло и больше пяти выползти. Никто ж не знает, по сколько их туда заключали.
– Заключали? – Александр вопросительно глянул на Брунара. – мне казалось, речь идет о могильниках, то есть о захоронениях.
– Я об этом не думал. – Пожал плечами Брунар.
– Как ни странно, я тоже. – Согласился Робус. – Но, в одной из библиотек читал, что именно заключались туда мопры, вполне дееспособные, все еще рвущиеся в бой, так сказать.
– Однако, все называют это могильниками. – Подытожил Максим. – Надо будет расспросить у знающих людей.
– Так мы идем, или не идем? – Айнагул уперла руки в бока и смерила скучковавшихся мужчин неодобрительным взглядом. – Вы определитесь уже, а потом и беседуйте сколько угодно. Не то мы тут с Маргат, стоим и ни как понять не можем, разбивать нам лагерь или нет!
– Разбивать! – Почти хором ответили мужчины, и вновь окунулись в обсуждение философского смысла затронутых понятий. И лишь явно скучающий от подобных разговоров Дарус, вызвался помочь двум женщинам в обустройстве привала.
Айнагул не спала. На протяжении последних пары часов, девушка все время чувствовала чье-то незримое присутствие. Как будто кто-то весьма далекий, пристально наблюдает за одним из её спутников, бросая на неё лишь редкие любопытные взгляды. Со стороны оставшегося далеко позади Бриллиантового леса, надвигался тяжелый грозовой фронт и от его вида, на душе становилось еще более тоскливо и страшно.
Кроме того, кто-то или что-то приближалось к лагерю с нескольких сторон. Возможно, подумала Айнагул, это незнакомые ей ночные животные, привлеченные светом костра. Но, вскоре, девушка начала чувствовать их размер, довольно крупные, чтобы сойти за медведей, но передвигающиеся ползком, оставляя широкий след прижатой к земле и склеенной слизью травы. Вялые, тягучие мысли существ коснулись сознания девушки, оставляя неприятный след. Нет, она не могла знать наверняка, о чем думают приближающиеся существа, не обладая телепатией, она все же на уровне чувств воспринимала общую направленность мыслей. Отголосок разума, что коснулся сейчас её возбужденного мозга, нес в себе дыхание смерти. Его обладатель, явственно желал убивать, мучить, терзать и насыщаться эманациями страданий. Наконец, сквозь туман расстояния, девушка смогла понять, как выглядит приближающееся существо. Схожее с тем, над которым склонилась мать Даруса, в момент их первого знакомства, оно отличалось. Такой же круглый рот посредине слабо выступающего нароста, заменяющего существу голову. Таких же две пары извивающихся конечностей, но более крупных и сильных. И тело, сравнимое разве с гигантским слизнем. Среди подступающих к лагерю было не меньше пяти таких существ, и еще с десяток помельче, передвигающихся на двух полусогнутых конечностях, как две капли воды похожих на того, из-под щупалец которого Айнагул выхватила Маргат.