1661
Шрифт:
Радуясь вместе с девушкой, Габриель смотрел на нее во все глаза.
— Откуда ты их всех знаешь?
— А вы как думали, господин начинающий комедиант, играть-то приходится перед придворными. А ремесленник, не знающий в лицо заказчика, никуда не годится. Сам ты пойдешь к сапожнику, если тот не знает размера твоей ноги?
Габриель покачал головой и улыбнулся. Облокотившись на балюстраду, проходившую вдоль площадки второго этажа над широкой передней, двое молодых людей беззаботно наблюдали из-за колонны за процессией званых гостей, которые, отстояв свадебную мессу в частной часовне кардинала, направлялись
— А когда назначено представление? — вдруг посерьезнев, спохватился Габриель.
— Время еще есть, — сказала Жюли. — Разве что тебя ищет господин Мольер, — шутливо прибавила она.
— Ты права, — ответил Габриель, — пойду узнаю, не нужен ли я ему.
И не успела Жюли его удержать, как он устремился к лестнице на первый этаж.
Внизу обстановка выглядела куда более впечатляющей — столько было кругом изумительных платьев и праздничных нарядов. Начиная от ливрей на лакеях, сновавших меж гостей, разнося прохладительные напитки, все сверкало богатством и роскошью. Габриель увидел чету новобрачных и шмыгнул в тень, к стене. Гортензия Манчини в пышном пурпурно-золотом платье, подчеркивавшем ее юную красоту, ибо ей было только пятнадцать лет, с гордым видом шествовала, томно опираясь на руку Армана Шарля де Ла-Порта де Ла-Мейерэ, час назад ставшего ее супругом.
— Они подписали брачные договоры сегодня утром в присутствии самого кардинала, — объяснила ему перед тем Жюли, — и взяли имя Мазарини; кроме того, они отныне будут носить герцогский титул, а он — еще и титул пэра, дабы продолжить род кардинала. Тот отписал им больше миллиона ливров, а еще коллекцию древностей и половину своего дворца, — с жаром перечисляла девушка, словно все эти дары обладали заразительным свойством распространяться и на других. — Говорят даже, будто кардинал готов сделать их своими единственными наследниками.
Габриель тогда промолчал, но это не охладило пыл Жюли, и она продолжала:
— Да будет тебе известно, кардинал предпочел сына маршала де Ла-Мейерэ Карлу Эдуарду Савойскому и даже Карлу II, нынешнему королю Англии! Хотя де Ла-Мейерэ вдвое его старше. И знаешь, почему? Потому что по матери, Марии де Кроссе, он внучатый племянник кардинала Ришелье. Таким образом Мазарини объединяет два рода и обеспечивает их продолжение в истории.
Следом за супругами шла одна из сестер Гортензии, Мария, взволнованная происходившей свадебной церемонией, возможно потому, что через несколько недель была назначена и ее собственная свадьба.
— Погляди, у нее тоже печальный вид, — сочувственно заметила Жюли. — Говорят, она страдает по королю, в которого безумно влюблена, да и он ее тоже любит, — прибавила она, делая ударение на каждом слоге. — А теперь ей придется ехать в Италию и выходить замуж за человека, которого она совсем не знает, — за Онульфа Колонну, неаполитанского принца…
Посмотрев на входную дверь, Габриель разглядел только кордон из внушительного вида гвардейцев. Раскатистый шум голосов заглушал звуки камерного оркестра, которым дирижировал низенький энергичный человечек: по словам Жюли, это был многообещающий итальянский композитор по имени Люлли, [28] недавно перебравшийся во Францию.
28
Жан
— Габриель?!
Услышав неожиданный оклик, юноша вздрогнул.
— Луиза! — обрадовался он, увидев свою подругу.
— Только не говори, что ты ищешь меня.
— По правде, я ищу Мольера, он, наверно, обговаривает сайнеты, [29] которые будут показывать сегодня за ужином. Пойду поищу его в главном зале.
Девушка потянула его за рукав.
— Ты не представляешь, как я рада тебя видеть. Знаешь, со мной говорил король! Да, вот так, как ты сейчас! Со мной разговаривал сам король Франции!
29
Сайнета — испанская одноактная пьеска. (Прим. перев.)
— Малышка…
Габриель улыбнулся, поправил светлый локон, упавший на лицо девушки, и вдруг понял, что жест его был совершенно неуместен. Заметив, как он вздрогнул от смущения, Луиза увлекла его за одну из опор колоннады.
— Осторожней, господин комедиант… Вы плохо справляетесь с ролью!
— Не смейся, — серьезным тоном остановил ее Габриель. — Сама знаешь, что будет, если узнают, кто я такой. К счастью, на комедиантов никто не обращает внимания. Такой вот странный парадокс. Да что с тобой, Луиза? — спросил он, заметив, что девушка его больше не слушает.
Он повернулся и увидел то, что привлекло ее внимание.
— Король, — прошептала она, краснея.
В зал действительно входила королевская чета, вызвав всеобщее оживление и особенный гул. Король с королевой спокойно проследовали сквозь плотные ряды придворных, разомкнувшиеся при их появлении.
— Они направляются в покои кардинала. Он прибыл в Венсен сегодня днем после подписания брачных договоров, чтобы присутствовать на службе в собственной часовне, а теперь здесь, — послышался рядом чей-то голос.
Габриель поднял голову, но того, кто произнес эти слова, не увидел. Краешком глаза он наблюдал за Луизой, пребывавшей все еще в своих грезах, как вдруг перед ними возник лакей — из числа королевской прислуги, судя по ливрее, — незаметно отделившийся от прочей челяди, что следовала за их величествами.
— Мадемуазель де Лавальер? — обратился он к ней таким тоном, будто заранее знал ответ.
Луиза утвердительно кивнула. Лакей извлек из-под левого манжета ливреи конверт, с поклоном передал ей и без лишних объяснений ретировался.
Луиза, словно зачарованная, повернулась к Габриелю, показывая конверт.
— Верительная грамота от герцогини, должно быть, — пошутил он, — или экземплярчик того самого пасквиля, против кардинала…
Девушка пожала плечами и вздохнула.
— Это совсем не смешно, — сказала она, распечатывая конверт.
Габриелю показалось, что в глубине зала мелькнул знакомый силуэт Мольера, и, встав на цыпочки, он увидел, как тот скрылся в направлении столовой. Юноша повернулся к Луизе, собираясь предупредить ее, что должен догнать мастера, и удивился, заметив, как побледнела девушка. На ее прекрасном, с тонкими чертами лице застыло отсутствующее выражение.