2012
Шрифт:
И вдруг все кончилось.
Они стояли в абсолютной тишине и черноте, будто выбежав за край мира. Попробуйте крепко зажмурить глаза, заткнуть ватой уши и нос и так подпрыгнуть – и, может быть, на мгновенье этого прыжка вы окажетесь в каком-то подобии того положения, в котором находились дети.
– Пиздец, – емко охарактеризовал ситуацию мальчик.
Аня молчала и даже дышала тихо-тихо.
– Аня! – закричал мальчик, – Аня! – и принялся ощупывать темноту.
– Тихо ты, – прозвучал раздраженный голос и он почувствовал, как его взяли
– Что?
– Не знаю, как отсюда уйти. И вообще, на самом деле этого места нет, – голос у нее был незнакомый. Твердый, будто за гранью тоски и страха.
Сзади послышался легкий шелест-шорох. Они разом обернулись.
В темноте медленно, будто всплывая из воды, проявлялось желтое пятно. Оно увеличивалось, контуры яснели, цвет становился ярче – и вот уже маленькая желтая фигурка в остроконечном капюшоне выплывала из темноты.
– Вы чего? Чего гоняетесь-то? – бледный, тоненький голосок – и вот перед ними уже стоит перепуганный мальчик лет семи с мягкими светлыми кудрями и в веселом желтом дождевичке.
Несколько мгновений они молча глядели на пришельца, затем мальчик заорал:
– Ты кто такой? Хули ты здесь делаешь?!
Фигурка испуганно дрогнула и подалась было назад, в темноту, но Аня, предупреждающе схватив товарища за руку, сказала, – Мы не гнались, мы заблудились. А ты кто?
– Я Юстас. Я тоже заблудился.
– Меня зовут Аня, а это Коля, – она уже успокоилась и только слышалось за старательно-мягким голосом нервное дрожание, – А как ты здесь оказался, Юра?
– Не Юра, а Юстас. Я побежал за цирком.
– За каким еще цирком? – подозрительно спросил Коля.
– По городу шел цирк! Слоны, и клоуны, и музыканты! – с каким-то нездоровым оживлением заговорил Юстас, – И они играли музыку, и я пошел за ними! А потом они все спрыгнули в люк и в темноте я их потерял. И сам потерялся.
Коля шагнул вперед с явным намереньем встряхнуть пару раз Юстаса за шиворот, но передумал.
– Ладно, потом узнаем, что за цирк. Пойдешь с нами.
– А вы кто? – Юстас съежился под недобрым взглядом мальчика, но на вопрос отважился.
– Мы здесь живем. Сами, без взрослых, – ответила Аня.
Юстас моргнул. Мягкие пушистые кудри как будто чуть светились в темноте, широко расставленные зеленые глаза испуганно поблескивали, и весь он походил на бездомного котенка.
– Ладно, пошли, – вздохнула Аня, – Попробуем как-нибудь выйти. Только держитесь за руки.
Она взяла за руку Юстаса и протянула ладонь Коле, но тот встал с другой стороны и крепко ухватил малыша за капюшон.
– Так-то лучше будет.
– Хорош уже.
– Ничего не хорош. Он как леший. Он нас сюда заманил.
И по невидимому в бесконечной черноте бетону они пошли вперед, вправо, назад и влево.
– Ну так как ты здесь оказался…Юстас? – недобрым голосом спросил Коля, когда они наконец расселись, заварили чай и закурили.
Дети долго шли в пустоте, хором выпевая
До дома – ниши за занавеской для душа – шли радостные, смеялись, болтали и Юстас был словно старый, проверенный друг, свой среди них. А теперь вдруг такой вопрос.
– Я же говорил, я пошел за цирком и, – робея от того, что ему не верят, начал Юстас.
– Хватит врать! – довольно осторожно, но внушительно ударил по столу – два ящика ребром и шахматная доска на них – Коля.
– Я не вру, я…– съежился бедный Юстас и кудри у него встопорщились, как у только что вылупившегося птенца.
– Правду придется сказать, – строго и равнодушно обронила Аня, и от этого предательства (он-то думал, она за него!) Юстас совсем упал духом.
– Я не вру! – уже чуть не плача, крикнул он и Коля угрожающе привстал, а Аня хмыкнула и отвернулась.
– Ну…я…– он шмыгнул носом, – Меня похитили!
– Юстас! – хором крикнули Аня с Колей.
– Правда похитили! Ночью я проснулся оттого, что все звезды собрались и светили в мое окно. И я подошел к этому свету и там была лестница. Я по ней полез, а она вела из моего окна в люк и дальше в темноту, вниз, вниз и вниз, – он замолчал, открыл рот, как бы собираясь что-то добавить, закрыл его и наконец с надеждой улыбнулся.
– Ну и кто ж тебя похитил? Получается, сам сбежал, – рассудительно заметил Коля.
– Ну да, сам, – с готовностью кивнул Юстас.
– Из детдома? Или от родителей? – спросила Аня.
Юстас замялся, отвечать ему явно не хотелось.
– Ну, от родителей. Чего вы допрашиваете!
– Какой-то ты дурак, – резюмировал Коля, – Ну и чего с ним делать будем? В полицию отведем?
– Из дома просто так не сбегают, – ответила Аня.
– Он же дурачок! И родители у него есть!
– У меня тоже были! И сейчас есть.
– Ты – другое дело, – он помолчал немного и повторил, – Ты – другое дело. А этот…Да ты посмотри на него!
– Пусть пока с нами поживет, – примирительно сказала девочка, – Если что, сам домой запросится.
– Ну да, – с сомнением сказал Коля.
И Юстас остался с ними. Вскоре выяснилось, что для всякого дела Юстас бесполезен и даже опасен. Сети он ронял, ронял и улов, крыс боялся и к охоте был негоден, на прятках – «и это с его-то невинной рожей!», как справедливо заметил Коля – умудрился дважды выдать себя и товарищей. Решили было, что ему в самый раз нищенствовать, но и из этого ничего не вышло.