365

Либрем Альма

— Дедлайн нам никто не передвинет, — отметил холодно Игорь. — Регина Михайловна, вы действительно вряд ли поможете.

Она сжала зубы, а потом промолвила:

— Мы были в похожих ситуациях.

— Мы говорим о личной жизни? — Игорь прищурился. — Кажется, нет.

Она шумно выдохнула воздух.

— Завтра утром ко мне, — вынесла приговор. — И никаких отговорок. Если не хочешь тратить рабочее время, то я на месте с восьми.

181

3 ноября 2017 года

Пятница

Регина действительно явилась в восемь, а то и раньше. Игорь не сомневался в том, что

увидит её на рабочем месте: эта женщина умела выполнять обещания, когда это было ей нужно.

— Вы хотели меня видеть, — равнодушно отметил он. — Что ж. Какова будет тема разговора?

Разумовская поднялась со своего места. Сегодня она была особенно мрачной и, казалось, ещё злее, чем обычно. Равнодушно поджатые губы, она, вся в сером — брюки, пиджак и даже тёплый свитер, хотя в офисе было жарко, — с гладко зачёсанными волосами и в своих извечных туфлях, каждый шаг в которых мог приравниваться к маленькому землетрясению по звуковым ощущениям, могла бы сейчас испугать любого стажёра. Игорь помнил, что те обычно и приходили в пятницу, невесть почему считая, что наличие выходных впереди даст какое-то преимущество, да и эйчар любила этот день. Наверное, Разумовская и готовилась принять очередного испуганного студента, которого, скорее всего, выставит за дверь за несоответствие требованиям.

— Я вдруг вспомнила, — протянула Регина, — как принимала тебя на работу.

Да, тогда она выглядела точно так же, даже возраст, казалось, не изменился.

— А ещё тот скандал с нашим тогдашним лидом, — продолжила она, как ни в чём ни бывало. — Как ты спорил, что твой вариант однозначно лучше. Как тебя едва не выгнали. И как этот вариант действительно оказался единственным работающим.

Игорь молчал.

— Так почему же ты тогда не хочешь, чтобы они проявляли инициативу? Почему ты отказываешься принимать их инициативы? Почему они ходят, как будто попали в концлагерь, а ты — надзиратель? Я была права, очевидно, когда говорила, что в команде не должно быть женщины. Личные отношения всегда негативно влияли на работу коллектива.

— Александра тут ни при чём, — ответил Игорь с удивительным равнодушием. — Проявлять инициативу? Пожалуйста. Но они проявляют инициативу только в ничегонеделанье. Они заваливают спринт. Я должен гладить их за это по голове? Должен сказать им за это спасибо.

— Но ведь все мы люди.

— Раньше вы были другого мнения.

— Все меняются. И я тоже, — отметила строго Регина. — Я загнала себя работой до полусмерти. Потом это закончилось срывом, и ты знаешь, что было. Мы едва ли не потеряли фирму. Я даже не представляла, что могу вот так взять и вылететь из рабочего процесса. Привязываться к чему-то настолько сильно, как я к работе и к этому человеку, опасно. В конце концов, второй едва не отобрал у меня первое. Я понимаю, что очень больно, когда так случается…

— То, что вы неправильно распределили собственные силы и слегли в больницу, не удивительно, — сухо ответил Игорь. — Но зачем я должен об этом знать?

— Потому что наши ситуации схожи.

— Наши ситуации не имеют между собой ничего общего, — он удобнее устроился на одном из вечно свободных стульев и взглянул на неё, являя собою образец равнодушия. — Моя болезнь никак не связана с переработками. Я не упаду посреди рабочего дня с приступом, со мной ничего не случится в дороге. А Александра не пыталась отобрать у меня связь с внешним миром. Ваши проблемы с доверием в семье — только ваши. Я не считаю, что должен слушать о них и делать для себя какие-то

выводы.

Регина сглотнула.

— Наша фирма… наш коллектив — почти как семья, — промолвила она. — А в семье должны быть тёплые отношения. Мы проводим вместе много времени. Когда одни будут бояться других, ни о каком успехе не будет идти и речи.

— Тогда почему вы запугивали всех на протяжении многих лет?

— Ты не выглядишь слишком боязливым, — отметила Регина.

— Потому что умею думать логически. Это всё?

— Ты хотя бы помнишь, какова цель вашего проекта? Разработка, призванная отображать настроение пользователя, показать, как расцветёт его жизнь за год, если он будет следовать рекомендациям. Визуализация изменений — как чернота, заполнявшая чужое сердце, постепенно превратится в что-то яркое, красивое…

— Я читал этот тезис из задания. Регина Михайловна, найдите свои слова, пожалуйста, а не повторяйте чужие.

— Ты стал слишком резок. Как подросток, который ругается на всех и вся. Считает, что его используют, что его не ценят… — Регина села на соседний стул и заглянула ему в глаза. — Ты — ценный сотрудник, хотя всему, разумеется, должна быть мера. Но в определенных пределах можно поднять зарплату. Сходить в отпуск?

— Регина Михайловна, — он прищурился. — К чему всё это?

— Знаешь, — продолжила она, — если верить Эндрю, у тебя прекрасно получается общаться с заказчиками. Им нравится твой деловой подход, ты неплохо разбираешься в структуре фирмы. Возможно, твоя жизнь была бы не такой рутинной, если б ты занимался чем-то другим? Не одними кодами. Если тебе надоела твоя работа, то я готова предложить высшую ступень. Эндрю ничего не понимает в программировании, его разговор с заказчиком вряд ли будет иметь особый толк. Анализ данных, бизнес-аналитика… Процент дохода, а не фиксированная заработная плата.

— Нет.

Она застыла.

— Почему?

— Вы уже это предлагали, — объяснил Игорь, — и я уже раз отказался. Мне интересно заниматься тем, что я делаю сейчас. Мне нравится моя работа. Меня не устраивает мой ленивый коллектив, но это решается если не увольнением, то хотя бы несколькими выговорами. Я не буду сидеть в этом кабинете, один или на пару с вашим новым помощником. Не буду заменять вас опять. Мне это не интересно. И бизнесмен с меня паршивый, и аналитик — тоже.

Регина откинулась на спинку стула и шумно выдохнула воздух.

— Но нам нужен такой человек! И если у тебя неполадки с коллективом, почему бы не отойти от него и не стать более независимым?

— Поищите того, кому это больше подойдёт, — равнодушно ответил Игорь. — Мои неполадки с коллективом будут разрешены в кратчайшие сроки, если вы об этом хотели услышать.

— Я хочу отойти от дел, — прямо сказала Регина. — У меня нет другой кандидатуры.

— У нас пять команд. Там тоже есть лиды. Обратитесь к ним. Это всё? — Игорь встал. — Если да, то давайте не продолжать этот бесплотный разговор.

Регина смотрела на него почти с обидой.

— Прежде перспектива повышения радовала мужчин больше. И ты казался мне более инициативным.

Игорь вздохнул.

— Повторюсь, я слишком хорошо умею считать и оценивать ресурсы, чтобы так легко согласиться на выгодное предложение из ваших уст.

Она сжала зубы от злости, но не посмела возразить и даже не угрожала увольнением. Со стороны могло показаться, что Регина зналась, но Игорь понимал: отнюдь. Завтра или через несколько недель, она всё равно придумает новый список аргументов.