8осемь
Шрифт:
— Серьезно? — парень подпер подбородок рукой, — почему?
— Мне нужен покой, — неспокойно ответила я, Эд какого-то черта дернулся под одеялом.
— Х-м, что это? — Макс указал рукой на кровать.
— Одеяло. — Я хлопнула по краю, отчего Сент Лоу пшикнул.
— Оно шевелится! — утвердительно сказал Эйти, подходя ко мне.
— Это воздух!
Парень, кажется, успокоился, его подозрительное лицо сменилось на… заботливое и такое приторное.
— Правда?! — одно резкое движение и мы с Эдом оказались облечёнными во лжи. — Сент Лоу?! — вскрикнул Эйти, я могу поклясться, что его ноздри раздувались
Эдвард сел на край кровати и улыбнулся, мол "справимся, я каждый день торчу у кого-нибудь под одеялом".
— Мы разбирали книгу Джейн Остин, для сочинения.
И это все? Все что он мог ответить, а про одеяло кто будет рассказывать Дарси?!
— Я вижу, хорошо разобрали? — Макс слез с кровати, тоже самое сделал и Сент-Лоу, ага. Вот только петушиных боев мне здесь не хватало. — Да, Макс я думал, что ты другая.
— В смысле?! — я и Эд возразили в один голос.
— Знакомы меньше суток, а он уже у тебя в постели побывал! — это обвинение хуже, чем обвинение Клинтона в измене Хилари. Мои щеки загорелись, но теперь не от стыда, а от злости.
— По себе людей не судят! — рыкнула я. — Проваливай с моей комнаты!
— Ты не прав, Эйти. — Не знаю, кого хотел защитить Эдвард, меня или себя, в любом случае пострадала я. Хотя и моя вина в этом есть, какой черт дернул меня, спрятать Сент Лоу под одеялом, это все равно, что шкаф в лифчик запихнуть!
— Я тебя не спрашивал, аристократ липовый!
— Эй! Не смей ругаться в моем доме с моими друзьями! И тем более называть меня шлюхой, — я сделала паузу, — даже в латентной форме!
— Мне все равно, — спокойно проговорил Эд, — я не собираюсь выяснять отношения из проблемы, которой нет. — Парень посмотрел на меня, улыбаясь лишь уголками губ, наверно он хотел извиниться за такую неловкую ситуацию. — Ладно, Макс я, наверное, пойду. — Он подошел к двери моей спальни, выжидательно глядя в мою сторону. Ох уж эти британцы, любезность их второе имя.
— Подожди, я провожу тебя. — Сказала я Лоу, бросая грозный взгляд в сторону Эйти. — Ты тоже уходи.
— С удовольствием! — он шагнул к двери, но я преградила ему путь своей почти могучей грудью.
— Стоп, в эту дверь может выйти тот, кто зашел через нее, так что будь добр, прогуляйся в окно, пока я сама тебя не спустила! — я указала рукой на окно, полная решимости. Фыркнув он развернулся, закидывая ногу за раму.
— Ты еще пожалеешь об этом. — Не знаю, была ли это угроза, но, на мой взгляд, это чистый бред баскетболиста, который часто ловил мяч головой.
Я промолчала, стоило Эйти выбраться из комнаты, как я захлопнула окно, закрывая его на защелку, да еще и шторы задернула. Развернувшись на сто восемьдесят градусов к Эду, протопала к двери и открыла ручку.
— Пойдем. — Мне было плевать даже на Монику, вечно сующую свой нос не в свои дела.
— Извини, глупо получилось, — Лоу что-то бормотал мне вслед пока мы шли к двери. — Наверно зря я приходил.
— Все нормально, просто в следующий раз не позволяй мне прятать себя под одеялом. — Спокойной ночи, Эдвард.
Ничего не
— Макс? — если я скажу, что там был тренер Кроуфорд, то вы конечно поверите в это, после Эйти и Эда, особенно. — Я хотел узнать как у тебя дела! — немного рассеяно пробормотал мой, уже оказывается личный тренер.
— Спросите у Гордона и Лоу! Прием окончен!
Не став даже слушать его ответ, я просто поднялась в комнату и завалилась на кровать. Сейчас он не мой учитель, чтобы я отчитывалась перед Блейком. Завернувшись в одеяло, я поняла, что моя голова стала снова болеть, ведь медсестра назначила мне постельный режим и полный покой, а вместо этого я, разрывалась между тремя свихнувшимися парнями неожиданно ввалившихся в мою жизнь, а теперь еще и дом.
Не знаю, сколько мне пришлось поворочаться в своей кровати, чтобы этот долбаный Морфей, наконец, добрался до меня, потому что утром я открыла глаза совершенно не выспавшийся и ужасно злой. Голова уже не болела, а до понедельника столько времени, что я просто сойду с ума в этом доме.
Как обычно и ответственно убравшись в комнате и приведя себя в порядок, я проделала то же самое во всем доме, естественно обходя комнату Моники за пару метров, чтобы не подхватить чего-нибудь.
Вероятно, сотрясение не пошло мне на пользу потому что меня потянуло на философию жизни.
Я поражаюсь своему милосердию, а вернее его отсутствию, потому что иногда действительно нужно подумать и промолчать, чтобы не задеть человека, а еще лучше ответить, умудрившись не оскорбить его. Точно нужно быть доброй и тогда люди потянуться ко мне… и тогда я всех убью. Нет, вариант с милосердием не проходит, так же как и с добротой, и смирением. Иногда мне кажется, что это не мой мир и я не понимаю этих людей с их странными словами. Наблюдая и стоя в стороне, я пытаюсь защититься от них. Ведь они говорят "я люблю тебя", а сами пожирают взглядами других, поджидая момента, когда "любимый " отвернется, или подруга, которая клянется в вечной верности, словно собака из отряда S.W.A.T., а потом растрезвонивает, все секреты за приглашение на вечернику…
Нет, я определенно не хочу оказаться кем-либо на одной из этих сторон: обманутых или обманувших.
Погода за окном была совершенно не осенней. Солнце светило очень ярко, и проклятые птички трезвонили у меня под окнами. Все это жутко отвлекало меня от Остен, которую я все-таки решила дочитать, но мое терпенье лопнуло, когда очередной голосистый певун благой дурью пропел за окном. Откинув книгу в сторону, я схватила ключи от дома и пошла в магазин за большой коробкой шоколада.
До супермаркета я добиралась чертову вечность, поэтому затраченное время, я решила компенсировать еще одной упаковкой.