Аббатиса Клод
Шрифт:
– Ну, хватит упражняться в красноречии! – вскричал Иоанн. – Вы отлично знаете, что я не переношу вашего присутствия. Поэтому перейдем поскорее к делу.
– Как вам будет угодно, ваше величество, – аббатиса развернулась и направилась к самому дальнему камину. Там она придвинула себе небольшое, но удобное кресло, села в него и стала сосредоточенно смотреть на огонь.
Иоанну невольно пришлось последовать её примеру, иначе ему просто не с кем было бы говорить в другом конце зала. Первый шаг был сделан. Аббатиса ждала. Король медленно заговорил.
– Вы
– Ну и что? – ответила аббатиса. – Это не дает вам право присваивать себе то, что вам не принадлежит.
– Ну, и вам это тоже не нужно.
– Я отдала этот замок во владение сэру Уостеру.
– У него есть теперь своё владение, – отмахнулся король.
– Своё? – невольное удивление аббатисы Клод выдало её с головой, но она быстро взяла себя в руки.
– Ага! – возликовал Иоанн. – Ваш дорогой сэр Уостер не оповестил вас об этом. Ну, так я сам сообщу вам приятную и удивительную новость. У него, как вы знаете, было скромное поместье в Иммингеме и небольшой, но превосходный дом. И именно им сэр Уостер откупился от Йоркширского ордена, где состоял на службе и занимал высокое положение. Вы это прекрасно знали, поэтому и предложили ему и его супруге поселиться в вашем замке. Да, к тому же доверили ведение всего хозяйства. Как благородно вы поступили, леди Грегари! Но вы не могли знать, что у нашего сэра Уостера на французской стороне отыскались весьма состоятельные родственники. Я не сведущ в этих делах, но его родственники выкупили у ордена за огромные деньги дом и все поместье. И теперь сэр Уостер должен заниматься и своим имуществом. Не слишком ли много у него обязанностей, леди Грегари, вы не находите?
Аббатиса задумчиво смотрела на огонь, словно не расслышала заданный вопрос. Король, видя растерянность своей собеседницы, решил продолжать дальше.
– Потом я хотел бы поговорить о ваших званиях, которыми так опрометчиво наградил вас мой брат. Как может монахиня носить звание рыцаря и тем более звание лорда одновременно? Такого у нас даже в летописях не было.
– А как же ваша мать, Алиенора Аквитанская? – удивилась аббатиса. – Вы и её вычеркнули из ваших летописей?
– Моя мать была королевой! – гордо воскликнул Иоанн. – И не ровняйте себя с нею. У вас нет ничего общего.
– Наверное, ваше величество, вы плохо читали эти летописи. Как раз с вашей матерью у нас было много общего.
– Ну, хватит. Ваше красноречие завтра выльется мне в головную боль. Вы прекрасно меня поняли. И давайте не будем затягивать нашу беседу.
Аббатиса Клод не двинулась с места. Она всё время о чём-то сосредоточенно думала, не обращая внимания на последние слова короля.
– Ну, довольно, – Иоанн поднялся с кресла. – Я устал, я голоден и давно хочу спать. Уже совсем темно.
– Подождите, – проговорила аббатиса. – На каких условиях вы не будете претендовать на мое владение, а также на владение леди Хопкинс, и оставите за мной все
Король Иоанн махнул рукой, дав понять, что разговор давно окончен, и повернувшись к аббатисе спиной, направился к столу. Но в его голове вертелась упрямая мысль, с помощью которой он мог просто и без особых усилий добить своего противника. Не оборачиваясь на ходу, Иоанн произнес эту мысль вслух.
– Всего при одном условии: если у вас будет наследник.
Очень хорошо, что король не видел лица аббатисы. Её взгляд в этот момент, наверное, мог бы и убить. Не говоря ни слова, аббатиса Клод тихо встала и легким шагом незаметно вышла в потайную дверь, которую закрывал портрет предка леди Грегари во весь рост. За нею, прижимая свой колпак к груди, чтобы колокольчики предательски не зазвенели, тихо проследовал шут. Всё это время он лежал под одной из широких скамеек, стоявших вдоль стен, и внимательно прислушивался к разговору. Его никто не заметил потому, что скамья до самого пола была покрыта бархатным покрывалом.
Иоанн взял с серебряного блюда подрумяненное крылышко цыпленка. Он обернулся, чтобы оценить свой легкий триумф и насладиться видом сраженного противника. Зала была пуста. Крылышко цыпленка так и замерло возле открытого рта короля.
Глава пятая
Аббатиса Клод поднималась в полной темноте по потайной лестнице, идущей наверх. Руками она ощупывала холодные, шершавые стены, ноги осторожно становились на узкие ступени. Она боялась нечаянно оступиться и кубарем скатиться вниз. Вдруг где-то вдалеке замерцал желтый свет. Аббатиса ускорила шаг. За очередным поворотом крутой лестницы показался факел. Он висел на стене и освещал небольшую площадку. Женщина взяла его в руки и внимательно осмотрелась вокруг. Она догадалась, что огонь был сигналом, но каким?
Пройдя еще немного вверх по лестнице, аббатиса оказалась перед дверью. Пути назад не было, как и времени на раздумье. Женщина осторожно открыла дверь.
Небольшой коридор, соединяющий главную лестницу между вторым и третьим этажом, был пуст. Настенные факелы ярко освещали пространство, и это показалось аббатисе неспроста. Она уже поспешила спуститься вниз, как вдруг до её слуха долетел тихий свист. Аббатиса оглянулась. Из неглубокой ниши в стене вышел человек и поманил её рукой. Мужчина показался очень знакомым.
– Бог мой, неужели это ты, Том? – женщина не верила своим глазам. Перед ней стоял её самый преданный слуга. – Да, ты ни сколько не изменился! Только вот немного седины на висках…
Том улыбался во весь рот.
– А вы, миледи, думали, что только монахи не стареют? Ну, идемте скорее. Вас ждет сэр Уостер и еще кое-кто, – загадочно произнес Том.
Джонатен сидел у постели супруги. Леди Розамунда после обморока немного пришла в себя, но испуг от появления короля еще не прошел до конца. Сэр Уостер, как мог, успокаивал свою жену и волновался за леди Грегари. Появление аббатисы живой и невредимой положило конец хоть одному из этих беспокойств.