Адам Линк – Робот
Шрифт:
Конец был отложен лишь на мгновение. Я был отмечен смертью. Но, как ни странно, атмосфера изменилась. Там, где раньше все эти люди были враждебны или, по крайней мере, безразличны ко мне, теперь появились опущенные глаза. Меня охватило восторженное удивление. Неужели впервые люди из различных слоев населения сочувствовали мне? Неужели я занял свое законное положение… на грани исчезновения?
Эта мысль одновременно поднимала настроение и причиняла душевную боль. Должно быть, я чувствовал себя так же, как гонщик, одержавший победу в тяжелой гонке, только для
Я с сожалением посмотрел на Джека Холла. Он сделал мой последний момент еще более тяжелым. Должно быть, он это почувствовал за бесстрастным металлом моего "лица". Он бросил на меня взгляд, который говорил: "Подожди, друг".
Затем он повернулся и вытащил вперед другого человека, которого я знал. Женщина, которая еженедельно прислуживала доктору Линку. Именно она видела, как я склонился над трупом доктора Линка с проломленным черепом. Она была главным свидетелем обвинения! Что за безумие побудило Джека Холла привезти ее сюда? Все напряглись, вспомнив, что, несмотря на спасение жизней, я сначала жестоко раскроил череп своему создателю. Я мог бы быть отчасти святым… но также и дьяволом. Мистер Хайд и доктор Джекил. И… Франкенштейн!
И будет лучше, если он исчезнет, – я знал, что все они сейчас думают об этом. Он может быть умным, порой способным на хорошие поступки. Но что делать в те моменты, когда его беспечный механический мозг побуждал его убивать, используя мощные руки со стальными пальцами? Рано или поздно он бы сбился с пути, став безрассудно убивать.
Атмосфера в зале царила напряженная.
Экономка, приглашенная репортером, наконец заговорила, заметно нервничая.
– Этот джентльмен, – указала она на Джека Холла, – позвонил мне вчера. Он все время задавал мне вопросы. И тут я вспомнила одну вещь. В день смерти доктора Линка я развешивала белье во дворе. Я услышал звук из его лаборатории: что-то ударилось о плоть, потом стон, и я вбежал туда. Я увидел робота, стоящего над телом, как я и говорил в суде. И…
– Ну? – пробурчал губернатор.
– Я… я не вспоминала, сэр, пока этот репортер не допросил меня. Пожалуйста, сэр, я не хотела лгать! Я просто не вспомнила в тот момент. Видите ли, я слышала, как этот робот поднимался из чулана внизу, где доктор Линк держал его вне поля зрения, в те дни, когда я приезжала. Я очень отчетливо слышала шаги робота, сэр, а перед этим я слышала, как доктор Линк застонал, когда что-то ударило его! Пожалуйста, сэр, я не хотела лгать…
– Все в порядке, – успокаивающе сказал Джек Холл, похлопав ее по плечу. – Теперь просто помолчите.
Он обернулся.
– Извините, что испортил веселье, джентльмены, – сказал он в свойственной его профессии непринужденной манере. – Вы слышали свидетельницу. Она подтвердит это на Библии. Адам Линк находился в 35 футах от места происшествия, когда прибор, ставший причиной смерти доктора Линка, раздробил ему череп. Это произошло чисто случайно – незакрепленный кронштейн сорвался с трансформаторной полки, как и утверждала защита.
Губернатор, досконально изучивший дело,
– На этом кронштейне не было обнаружено пятен крови, как признала защита, – напомнил он. – Пятна крови были только на руке и кисти Адама Линка!
– Да, потому что Адам Линк подошел и поднял железяку так быстро, что кровотечение еще не началось. Вы когда-нибудь видели, как быстро двигается Адам Линк? Он как закованная молния!
Ответ Джека Холла прозвучал стремительно. Он продолжил еще быстрее.
– На самом деле, на железном профиле были пятна крови. Видите ли, тело перевернулось. Удар пришелся не передним концом железяки, а задним, который раньше держался на шарнире!
Он махнул рукой в сторону стоящего рядом с ним человека с выдающимся внешним видом, последнего из тех, кого он привел.
– Доктор Пойзон, выдающийся биолог и эксперт по пятнам крови!
– На обратном конце этого рычага есть три засохшие капли крови, – авторитетно заявил доктор Пойзон. – Они совпадают с образцами крови доктора Линка!
Джек Холл повернулся лицом к губернатору.
– Вся версия обвинения строилась на показаниях экономки и пятнах крови на руке Адама Линка, якобы отсутствовавших на железе. Теперь оба пункта опровергнуты. Вам, сэр, выпала уникальная честь исправить одну из самых страшных судебных ошибок, которые когда-либо видел этот скверный маленький мир!
– Я даю отсрочку, – ответил губернатор, заметно ошеломленный. – Пятна крови будут проверены. Если расследование подтвердит это, я помилую Адама Линка!
Но все понимали, что сомнений больше быть не может. Доктор Пойзон был слишком известен, чтобы быть неправым.
И тогда я упал в обморок. Я могу описать это только как бурлящую радость, которая задушила меня, заставила мой мозг закружиться, так что я рухнул на колени. А может быть, это был просто внезапный всплеск электронов против центра движения в моем иридиевом мозге.
Мое сознание прояснилось в одно мгновение, прежде чем я успел упасть. Поднявшись на ноги, я что-то пробормотал, но меня заглушило внезапное ликование, раздавшееся со стороны окружающих. И в тот же миг я понял, что надежно закрепился в человеческом обществе, пусть и в форме монстра.
– Чертовы недоумки! – пробормотал Джек Холл. – В один момент готовы тебя казнить, а в другой – приветствовать!
Помилование пришло через восемь часов.
– Пойдем, старина Адам, – сказал Джек. – Давай выпьем вместе… то есть пойдем ко мне в гости и поговорим.
Я расскажу о многом из того, что произошло позже, в общих чертах.
Мы с Джеком Холлом много раз беседовали вместе. Шумиха улеглась, и газеты начали писать другие заголовки, помимо истории о моем "героизме" и "раскрытии" дела Джеком Холлом. Он показался мне очень симпатичным молодым человеком, проницательным, остроумным, по-житейски мудрым. Я узнал от него много нового, чего не было в книгах, которые я читал.
Казалось, он с удовольствием сделал меня своим закадычным другом и представил всем своим знакомым.