Адепт
Шрифт:
— Спокойно, дружище, — прошептал Адам, когда Маклеод дернулся, пытаясь отвернуться от резкого, бьющего в нос запаха, и снова поднес ампулу ближе. На этот раз инспектор мотнул головой, но открыл глаза, хотя взгляд его оставался мутным.
— Вот и молодец, — улыбнулся Адам, сжимая его запястье в поисках пульса. — Вы все сделали наилучшим образом. Только не делайте пока резких движений. Мне кажется, он покинул ваше тело быстрее, чем вы ожидали.
— Ох, еще как быстрее, — пробормотал Маклеод, осторожно принимая с помощью Адама сидячее положение и жадно глотая воздух. — Бог мой, терпеть не могу,
— Потерпите несколько минут, и все пройдет, — заверил его Адам. — Хотите попробовать встать?
— Угу.
С помощью Адама Маклеод подобрал ноги под себя, пошатываясь, встал и снова схватился за край стола; то, что тело, лежавшее на нем, превратилось в горстку праха, его, казалось, не волновало. Удостоверившись, что инспектор пришел в себя, Адам отступил назад и сделал над столом несколько быстрых пассов. Только после этого, похоже, он вспомнил о существовании Перегрина.
— Надеюсь, это вас не напугало, — сказал он. — Ну, что вам удалось?
Художник прижимал блокнот к груди как спасительный щит. До него не сразу дошло, что Адам обращается к нему. Он моргнул и выдавил из себя неуверенную улыбку.
— Что-то я уловил — что-то и откуда-то, — ответил он, переводя взгляд с одного на другого. — Знаете, инспектор, когда вы уставились на меня, в голове у меня возникли всякие картины, и я не мог от них отделаться. Ну а потом… моя рука сама начала рисовать, а я и этого не мог остановить.
Маклеод мрачно усмехнулся.
— Это был не я, парень, — буркнул он.
— То есть вы хотите сказать, это был Майкл Скотт, — вздохнул Перегрин. — Что ж, может, так оно и спокойнее — не сам же я все это выдумал. — Он сильнее сжал руками блокнот, чтобы скрыть предательскую дрожь в пальцах.
— Ладно, что бы это ни было и откуда бы это ни взялось, это все здесь, — заявил он, тряхнув головой. — Не угодно ли взглянуть?
Адам с облегчением перевел дух.
— Прогресс налицо, — одобрительно заявил он. — Вы уже не думаете о том, как и почему, только о том, что. Но мне кажется, нам лучше подождать, пока мы не покончим с делами в аббатстве. Там еще остались кое-какие следы; будет обидно, если кто-то пострадает только из-за того, что мы не подчистили все до конца. — Он повернулся к Маклеоду. — Вы в состоянии идти?
Инспектор поправил сбившийся набок галстук и надел на нос очки.
— Угу, я в порядке. Спасибо. Все, чего мне не хватало, — это перевести дух. — Он покосился на горстку праха на столе и задумчиво прикусил губу. — Пожалуй, это не могло не случиться — особенно после того, как тело попало на свежий воздух. Это вам любой археолог подтвердит.
Они с Адамом обменялись понимающими взглядами.
— Буду рад подтвердить это кому угодно, — заявил Адам. — А пока нам лучше поспешить в аббатство.
— Верно, — кивнул Маклеод. — Как только мы с вами закончим все дела в часовне, я распоряжусь, чтобы прах Скотта вернули на место его упокоения…
Глава 12
Когда они вернулись в аббатство, Перегрину пришлось довольствоваться ролью зрителя по меньшей мере необычных действий Адама и Маклеода. Они обходили могилу Скотта, ритуальными жестами методично уничтожая
Когда они вернулись на автостоянку, был уже второй час. По предложению Адама все трое отправились в отель “Уэверли” на долгожданный обед. Маклеод заказал отдельный кабинет, и когда официант, приняв заказ, оставил их одних, Адам разрешил наконец Перегрину достать свой блокнот.
— Даже несмотря на то, что официанты будут время от времени беспокоить нас, мне кажется, мы можем говорить здесь без опаски, — сказал он, открывая блокнот. — Ладно, посмотрим, что тут у нас.
Перегрин успел сделать пять набросков. Изображенный на первом замок представлял собой нехитрое сооружение, скорее форт, чем крепость: приземистое здание, окруженное стеной из сложенных всухую камней. Второй рисунок показывал тот же замок с более высокой точки, поэтому видно было, что он расположен на возвышенности, на полуострове, напоминающем в плане растопыренную пятерню над темной водой. На третьем рисунке тот же полуостров был показан с воды. Выше воды светлел полумесяц галечного пляжа, ограниченный сверху густыми кустами, сквозь которые кое-где проглядывали валуны. Четвертый представлял собой более детальное изображение этих камней, а пятый — внутренности подковообразной пещеры. Именно пятый рисунок вызвал наибольший интерес Адама.
— Это не простая пещера, — заметил он, оставив блокнот открытым на этой странице и постукивая по листу пальцем. — Теперь мне ясно, что имел в виду Скотт, говоря, что книга и золото хорошо охраняются. Гляньте-ка сюда.
Он указал на точку у входа в пещеру. Карандашные штрихи как бы случайно сошлись, образовав причудливый иероглиф. Маклеод поправил свои очки и пристальнее вгляделся в рисунок, потом покачал головой.
— Если это и какой-то символ, мне он ничего не говорит, — признался он Адаму. — А что это?
Глаза Адама снова засияли знакомым внутренним светом.
— Это “симраг” — знак Сидхе, — с легкой улыбкой объявил он. — Похоже, джентльмены, что книга заклинаний и золото Скотта находятся под охраной “народца с холмов” — местных фейри.
— Фейри? — Перегрин потрясение уставился на Адама, пытаясь понять, шутит тот или нет. Он перевел взгляд на Маклеода, но инспектор сохранял свой обычный бесстрастный вид, так что он снова повернулся к Адаму.
— Вы, конечно, шутите, — сдавленно сказал Перегрин.
— Напротив, я говорю совершенно серьезно. — Взгляд Адама сделался холодным, как сталь. — Впрочем, если вам на ум приходят славные создания с прозрачными крылышками за спиной, порхающие с цветка на цветок, настоятельно советую выкинуть их из головы. Сидхе — как назывались они в старину на гэльском языке — суть создания элементарных сил творения. Их крошечный рост не мешает им повелевать могущественными энергиями. Все они весьма капризны, а большинство — опасны. И кое-кто из них не прочь отведать людской плоти и крови.