Адмирал Ушаков. Том 3
Шрифт:
я представить всех, дабы они достодолжно были награждены за
труды, ими понесенные, и услуги, ими оказанные.
В отведении квартир российско-императорским войскам я
употреблю надлежащее старание и буду оными распоряжать,
судя по местам и времени.
Я вам предъявлю, что должное уважение к храбрости, сими
войсками оказанной, и тесному союзу, существующему между
оными и командуемыми вами войсками, не менее как к союзу,
между августейшими державами состоящему,
требует того, чтобы одна часть войск была помещена в Анконе
и чтобы на стенах оного города с флагом его императорско-рим-
ского величества выставлены также были и флаги российско-
императорский, оттоманский и короля Обеих Сицилии, коих
войска столь содействовали, чтоб принудить к сдаче города.
Извещение, вами мне данное, о тесной дружбе и родстве
наших дворов удостоверяет меня, что сие столь справедливое мое
требование будет принято, как должно; иначе из занятых мною
постов я никогда не выступлю.
Во всяком случае и во всякое время я совершенно долгом
себе поставлял доказывать вам истинное мое желание и рачение
о взаимном добром согласии. С истинным прискорбием
находился я иногда принужденным делать вам представления по
некоторым случаям, которых я не мог утаить, не сделавшись или,
по крайней мере, не являясь виновным пред августейшим моим
государем в упущении должности. Сии самые представления, кои
не только не происходили от вражды или от другой какой-либо
посторонней причины, но принимали свое начало от искренней и
беспристрастной ревности, не могли не быть одобрены и вами
самими. В таковой надежде не могу не уведомить вас о крайнем
прискорбии при получении мною рапорта, что по вашему
повелению снят императорский флаг государя моего, что малый отряд,
занимавший пост у входа портового, сведен на суда и что
арестованы двое из моих офицеров и несколько солдат. Вы можете
быть уверены, что если бы вы благоволили уведомить меня или
начальника Мессера о погрешностях, ими учиненных, то были
бы они подвержены строгости военных законов. А что следует
до своду войск и до снятия императорского российского флага,
то ежели протестую, как честь моего государя требует того, то
удержу себя и на сей раз в пределах простого протеста. Я прошу
вас принять в уважение сии мои искренние чувствования и
верить, что и проч.
В
месяца 11-го дня ордере1 между прочим предписывать изволите,
чтобы по взятии Анконы должен я войти во все подробности
обще с господином австрийским генералом Фрелихом и делать
капитуляцию вообще, и что взято будет от французов, по описи
все сохранить до высочайшей конфирмации. На сие вашему
высокопревосходительству доношу следующее:
Узнавши, что г[осподин] генерал Фрелих тайно делает
капитуляцию, накануне, 1 ноября, дал знать ему, что по болезни
моей присланы будут ему вместо меня для совета флота капитан
2 ранга Мессер и флота лейтенант и кавалер Ратманов, коих на
другой день и послан к господину Фрелиху от меня на совет,
дав им для преложения в совете капитуляции, согласно с
данными мне от вашего высокопревосходительства повелень[я]ми,
которые по возвращении рапортовали мне2, что они были
ь квартире у господина генерала Фрелиха и, не застав его,
ожидали три часа и по прибытии его дали знать о себе, что они
присланы для пользы союзных держав посоветовать о капитуляции,
но он чрез своего адъютанта отказал им свидание, сказал
формально, что с ними говорить ни о чем не хочет, а естли имеют
какие письменные дела, то отдавали бы его адъютанту. Они
вторично объявили, что по данному им от меня повелению должны
они знать пункты капитуляции, которую господин генерал
Фрелих с французами делает, однако и вторично им было отказано
чрез того ж адъютанта, объявя, что господин генерал Фрелих
послал в крепость майора для утверждения капитуляции, и когда
кончена и утверждена будет, пришлют оную ко мне. А между
тем в сие самое время, ноября 2-го дня, господин генерал
Фрелих не уведомил меня, тайным образом заключил капитуляцию,
скрытно ввел в 10 часов пополудни свои гарнизоны в Анкону, и
[через] 24 часа, то есть 4-го числа, выступил французский гарни-
зон из крепости по силе учиненной капитуляции, которую
господин генерал Фрелих, совсем уже окончивши и утвердивши,
прислал ко мне для одного только сведения. Я в то же время
ему объявил, что на таковую капитуляцию не согласен, ибо
известен мне был имевшийся у французов в порохе и провизии
великий недостаток, а тем и более не мог еще я согласиться, что
в оной не упомянуто имя его императорского величества
всемилостивейшего государя императора всероссийского. На сие он мне
отвечал, что нашим войскам назначает квартиры в Фано и Сене-