Адское пламя
Шрифт:
Он снова обвел всех взглядом.
— Если бы Иисус Христос был сейчас здесь, он сказал бы: «Укрепите свои сердца, ребята, наберитесь мужества, и — вперед!»
Четверо остальных украдкой посмотрели друг на друга, но не стали комментировать слова Мэдокса и предполагаемое напутствие Иисуса Христа.
Бэйн Мэдокс отпил глоток водки и заключил:
— Итак, я все сказал. А теперь прошу вас склонить головы в молитве и просить Господа придать нам сил, направить и, быть может, отпустить наши грехи,
Мэдокс склонил голову, остальные не слишком охотно последовали его примеру.
Харри Маллер молился, чтобы хоть один из этих ребят обрел здравый смысл или утратил над собой контроль. Или хотя бы услышал более подходящее божественное откровение, нежели озвученное Мэдоксом.
Через минуту тот провозгласил:
— Аминь! Коктейли подадут в пять, в баре. Одежда обычная. Покерные карты в игровой комнате. Имеется также мишень для дартса, выполненная в виде физиономии Хусейна. Ужин в семь тридцать, пиджак и галстук, пожалуйста. Уходя, воспользуйтесь камином — сожгите все свои заметки. Заседание исполнительного совета объявляю закрытым. Благодарю за то, что вы приехали.
Четверо мужчин собрали свои вещи и вышли из комнаты.
Бэйн Мэдокс и Харри Маллер смотрели друг на друга, разделенные длинным столом.
— Вот мы и остались вдвоем, Харри, — сказал Мэдокс.
Харри прикинул свои шансы. Если ему удастся уложить Мэдокса, окно — самый простой выход. Однако существует более привлекательный выход из положения, чем просто бегство, — переговорить с двумя головорезами, дежурившими снаружи, рассказать, что эти гады придумали.
— О чем вы размышляете? — спросил Мэдокс.
— О том, что мне нравится ваш план.
— Ерунда. Послушайте, а как вам мои доводы?
— О'кей.
— Просто «о'кей»?
— Я не совсем понял про короля Яна. — Харри прикинул, что ему хватит и трех секунд, чтобы одолеть Мэдокса, несмотря на кандалы на ногах.
— Меня беспокоит, что вы меня недопоняли, — заметил Мэдокс. — Вы что же, хотите, чтобы эта гребаная война с терроризмом продолжалась до тех пор, пока состарятся ваши внуки?
— Слушай, приятель, мы должны принимать удары и отвечать на них. Но они не будут использовать ядерное оружие, значит, и мы не должны. Вы неправильно толкуете смысл «Адского пламени».
— Нет, правильно. И смысл его в том, что он сработает даже слишком хорошо!
— Ага, вот в этом-то все и дело!
— Да нет, Харри, тут все просто: если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе. Так?
— Да как угодно. — Харри схватил тяжелую металлическую пепельницу, которой пользовался Лэндсдэйл, и, метнув ее в Мэдокса, вскочил на ноги. Мэдокс пригнулся, избегая удара.
Харри проскочил разделявшие их десять футов
Харри кинулся на него, и тот выстрелил почти в упор. Харри замер, удивленный, что не почувствовал удара пули, и вдруг осознав, что звук выстрела был едва слышен.
Бэйн Мэдокс отступил еще дальше, и они уставились друг на друга. Харри сделал шаг к нему, но тут ноги у него подкосились и все вокруг поплыло.
— Успокойтесь, — сказал Мэдокс.
Харри почувствовал, что ноги перестают ему повиноваться, и упал на колени. И тут заметил дротик, торчащий у него из груди.
— Дартс с транквилизатором, — пояснил Мэдокс. — Используется против черных медведей.
Харри выдернул дротик — на игле повисла капля крови.
— Мне нельзя убивать федеральных агентов, так что вам придется умереть каким-нибудь другим способом. Например, в результате несчастного случая на охоте.
Открылась дверь, и один из охранников спросил:
— Все в порядке, мистер Мэдокс?
— Да, Карл, все в порядке. Пожалуйста, отведите мистера Маллера вниз, в его комнату.
Появился второй охранник, и они с Карлом направились к Харри.
Тот едва мог стоять на коленях; в комнате, казалось, становилось все темнее. Он глубоко вдохнул и с трудом произнес:
— Ядерный… — Он помнил, что нельзя двигаться, чтобы транквилизатор не так быстро подействовал. — Они хотят… взорвать… чемодан…
Охранники подняли его с пола, поставили на ноги, и Карл, подняв его на руки, как пожарный пострадавшего, пошел к двери.
— Вы вообще-то мне нравитесь, Харри, — сказал Бэйн Мэдокс. — Крутой парень. К тому же оказали мне большую услугу. Так что зла я на вас не держу.
Харри едва понимал, что ему говорят, но сумел прошептать:
— Пошел в жопу…
— Ну, это вряд ли, — заметил Мэдокс и приказал Карлу: — Держите его на седативах. Я загляну попозже.
Охранники вышли, и Мэдокс закрыл за ними дверь. На ковре валялись окурки, и это его раздражало. Он собрал их и положил в пепельницу.
Потом он подошел к черному чемодану и погладил ладонью блестящую кожу:
— Боже, пожалуйста, сделай так, чтобы это сработало…
Часть VII
Воскресенье
Норт-Форк, Лонг-Айленд и Нью-Йорк
Мы имеем право убить четыре миллиона американцев — два миллиона из них дети, — а также заставить бежать вдвое больше и оставить ранеными и инвалидами сотни тысяч.