Аэрогарды

Смирнов Ярослав

Окружающий мир с грохотом опустился на капитан-полковника. Словно видеозапись, на короткое время затормозившись, ускорилась, догоняя реальность, скрежеща и подвывая. Д'Марья забился в кресле, с хрипом всасывая в истонченные легкие воздух, мучительно изгибаясь и обливаясь кровью, проступившей изо всех пор его съежившейся кожи.

–..Командир!.. — услышал он через долю секунды. — Командир! С вами все в порядке?..

Именно через долю, это д'Марья понял сразу, как только время стало двигаться с подобающей скоростью: седой шварцриттер на подогнувшихся ногах еще не успел опуститься на пол: голова его запрокидывалась,

на губах пузырилась пена, пистолет чудом держался в бессильно и неестественно вывернутой руке… Нойманна пытался поддержать поручик Воробьев, Игнатьев, приглушенно матерясь, возился у закрывшегося за Зоргером люка, а Гордый резал десантным ножом провода на руках капитан-полковника.

Д'Марья понял, что коричневатая зелень перед глазами — плод перенапряжения, разогнал ее и проворчал сквозь зубы:

— Что ж так долго? Мы тут чуть не загнулись.

— Ничего не долго, — проворчал Гордый. — Очень даже быстро. Пока засекли маяки, пока продирались через все двери…

— Ладно-ладно, — буркнул д'Марья. — Где майор? Он цел?

— Да. Сейчас придет. Они там еще какую-то дверь нашли… Ого!..

— Что такое?..

Д'Марья проследил за взглядом Гордого — тот как раз закончил разрезать последний провод — и сразу почувствовал резкую боль в правой руке.

Оказывается, он так сильно дернулся, когда в него стрелял Зоргер, что провод, которым он был привязан, прорезал руку чуть ли не до кости и лопнул в двух местах. Из рукава полевой формы закапала кровь.

— Н-да, — произнес д'Марья. — Бывает. Ладно, перевязываться потом. Где Ямада?..

Он вскочил с кресла и подошел к Нойманну.

Тот был плох, это д'Марья понял сразу: пузыри, свист… пробито легкое… дырка в области сердца. Странно, что он еще жив.

Однако этому шварцриттеру капитан-полковник д'Марья, пожалуй, обязан жизнью.

Седой обер-шписсмейстер посмотрел на него и слабо, как-то мельком, улыбнулся.

— Вход… в номере тринадцатом… Люк… три восьмерки, — еле слышно прохрипел он.

По-русски.

Д'Марья почувствовал, что у него по коже пробежали мурашки: но не успел он открыть рот, как его бесцеремонно отодвинули в сторону.

Над Нойманном склонился Шефер — тот самый, из Эсфауэс.

— Геноссе Фоцар, — без эмоций произнес он. — Как же вы так…

— Немного… не успел… — Воздух со свистом выходил из простреленного легкого. — Торопитесь… они уже готовы отправить… В любом случае… это сделают американцы… идите в номер тринадцать.

Шефер резко выпрямился.

— Его надо на корабль, — бесстрастно произнес он. — Еще есть шансы. А нам надо спешить.

— Подождите, — сказал несколько ошеломленный д'Марья. — Это что — ваш?

— Геноссе Фоцар — оберст Фауэска, — жестковато ответил Шефер.

Ну вы и даете, подумал д'Марья. Свои среди…

— Нам надо спешить, — продолжал Шефер. — Людей с «Костромы» уже подготовили к уничтожению. Но мы успеем.

— Ага, — сказал д'Марья.

Тут в каземат быстро вошел Ямада. Его основательно обработали: глаза, которые и до этого момента не отличались особенной величиной, превратились в крохотные щелочки.

— Есть сигнал малого маяка, — с еще меньшим количеством эмоций, чем Шефер, сообщил он. — Пора идти.

Глава 16

Они бежали по длинному коридору: два шага — вдох, два шага — выдох;

д'Марья мельком порадовался, что нашелся все-таки в этом Мире нормальный коридор, без лишних заумствований и кунстштюков — туннель, самый обычный, с маленькой буквы, похожий на метро… собственно, почти метро и есть: вон она, монорельсовая дорога, идет параллельно этому проходу, только где сейчас найдешь подходящий поезд…

Д'Марья слегка притормозил и оказался рядом с Шефером.

— Сколько… осталось?

— Семь километров, — ответил гауптман, не сбиваясь с дыхания. — Скоро должна быть ремонтная… станция, там можно сесть на монорельс…

— А время?

— Пока успеваем…

Д'Марья повернул голову влево: рядом бежал Воробьев с прибором слежения.

— Сигнал?

— Четкий…

— Хорошо быть… подозрительным, — просвистал над ухом капитан-полковника голос Ямады.

— Угу, — не разжимая: зубов, отозвался д'Марья. Действительно, хорошо. Вот не нацепили бы маркер этому гаденышу Зоргеру на кожу, а ограничились только тем, что в ботинке… да что там говорить: вы, господин капитан-полковник, товарища по оружию из братского гэсэвэгэ не разглядели совершенно, хорошо хоть что согласились со своим заместителем и не стали посвящать обер-лейтенанта в план…

Д'Марья в очередной раз мысленно отвесил себе подзатыльник: расслабился, дурень, увлекся всякими потамсторонними вещами, забыл, что такое обычная разведка и шпионаж… но и асгардовцы хороши: сколько лет Зоргер у них за своего был?.. Или он перевербованный? А, уже не важно…

…важно другое: как быстро сможет «Ред Алерт» добраться до основных сил сталинградской эскадры, как скоро они смогут подойти сюда… потому что с одним только «Пегасом» тут много не навоюешь: молодец, конечно, Кровопусков, рисковый парень и вообще авантюрист; это ж надо — на своем подпространственнике по Туннелям шастает… вовремя он сообщил, что и после всяких изменений с Фрейи дорога только на Цет-5… как это он назвал эту планету? Хрунгнир, кажется… жалко, не успел спросить, что это значит или кто это такой. Хотя, похоже, опять германо-скандинаво-ариец…

— Стоп!

Д'Марья и сам заметил, что туннель впереди расширяется: наверное, анонсированная ремонтная.

Аэрогарды и люди Шефера — те пять асгардовцев-фауэскашников, командиром которых на «Ред Алерте» был Зоргер, — замерли.

Шефер показал всем рукой — ложитесь, прикрывайте нас, — а сам с двумя своими людьми стал осторожно продвигаться вперед.

Д'Марья навел на узкое окошечко станционной будки оптический прицел блицгевера — свой «Калашников» некогда было искать, ладно, хоть бронекомбинезон нашелся, а блицгевер сейчас был даже более уместен: немецкая оптика, знаете ли… похоже, тихо. Может, Зоргер просвистал на монорельсе мимо, никому ничего не сообщив?.. Ой вряд ли…

Шефер со своими очень аккуратно двигался к будке. Немцы действовали уверенно: судя по всему, находясь на этой планете, они зря времени не теряли. Пока д'Марья закусывал со шварцриттерским начальством, пока Зоргер плел интриги, гауптман из Эсфауэс, наверное, все тут облазил… хотя — у них же был Нойманн. Молодцы все-таки. Только — почему сразу не сказали?..

Д'Марья уловил движение в окошечке будки. Палец на спусковом крючке напрягся.

Сколько их там? Нас — шестнадцать… их вряд ли больше. И тихо. Что там Шефер медлит?..