Аид
Шрифт:
В этой философии столько прорех, что я просто медитативно вздыхаю, глядя на “ресторан”, повернув голову. Тусклый свет, голые стены, холодная ночь повсюду вокруг нас за этими огромными окнами…
Его тело делится со мной теплом даже вот так, на расстоянии.
Снова посмотрев на него, решаю оставить эту тему, иначе мы неизбежно разругаемся. Будто прочитав мои мысли, Аид мягко обнимает рукой мою талию и подтягивает к себе.
Делаю шаг, прижимаясь щекой к его груди.
Коснувшись губами моего виска,
– Пойдём…
– Ладно… - закрывая глаза и обнимая его каменный торс, шепчу я.
Ещё один поцелуй, а потом он выпускает меня из рук и ведёт за руку к столу.
Вид отсюда потрясающий.
У меня захватывает дух и немеют ноги. Так высоко.
– Ого… - шепчу, рассматривая город с высоты птичьего полёта.
Аид становится сзади и обнимает меня руками под грудью.
– Я боюсь высоты… - признаюсь, вжимаясь в его тело и кладя свои руки поверх его.
– Все боятся. Это инстинкт самосохранения, - бормочет Аид, сильнее сжимая руки и целуя меня за ухом.
На его часах снова срабатывает таймер. Циферблат вспыхивает зелёным. Он отключает его, заглянув через моё плечо. Отстранившись и лишив меня своего тепла, Аид кладёт ладони мне на плечи и разворачивает их в сторону подноса, накрытого металлическим колпаком.
Не долго думая, снимаю крышку и озадаченно хмурю брови. На подносе, небрежно присыпанная горстью сушеных оливковых листьев, лежит бархатная чёрная коробочка.
Из меня вырывается смешок. Один, а за ним второй. А за ним третий.
О, боже!
Прикрывая губы ладонью, думаю о том, что у у Аида Джафарова есть чувство юмора!
Тяну руку к коробочке, без раздумий решая принять эту “оливковую ветвь мира”, но в последний момент отдёргиваю руку, спрашивая:
– Это мне?
– Не задавай тупых вопросов.
Тягучий и волнующий тембр над мои ухом.
Стряхнув листья, достаю коробочку и открываю с волнением. Кусаю губу, рассматривая изумительный браслет с бриллиантами в золотой оправе и кулоном в виде черной кошки, прогнувшейся в спине, как долбанная подкова!
Засранец...
Глажу кошку пальцем и роняю коробочку, когда за окном раздаётся оглушительный взрыв.
С изумлением и открытым ртом, вздрагиваю от залпов разноцветного фейерверка, которые рассыпаются искрами прямо на уровне моих глаз.
Это... Так близко, ярко и громко, что из меня вырывается визг.
О… Боже....
Прижав руки к груди и вжав голову в плечи, жадно слежу за этим… Праздником жизни...
Фиолетовый букет искр летит прямо на нас. В стекло. И разбивается о него, исчезая, а за ними следуют новые…
Отшатываюсь.
Запрокинув голову, я смеюсь.
Подбегая к окну и забывая о своих страхах высоты, прыгаю на месте, с восхищением глядя на это безумство.
Шары и цветы, звёзды и стрелы…
Моё сердце заходится. Кладу руки
Завороженная.
О…
Роняя руки, смотрю на Аида поверх плеча.
Он наблюдает за мной, как вор в кондитерской.
Исподлобья и очень сосредоточенно. Запихнув ладони в карманы брюк и расправив свои широкие плечи. Разноцветные блики пляшут по его телу, по его лицу.
По лицу этого фокусника.
Сердце сжимается.
Это самое лучшее свидание в моей жизни, хотя их было не так уж много!
В этот момент, ноги сами несут меня к нему.
Глава 21. Тина
Обвиваю руками его шею, встав на цыпочки и вытянувшись вдоль этого потрясающего тела. Тяну к себе широкие плечи и прижимаюсь к его губам своими.
Порывисто и неуклюже.
Проклятье...
От неожиданности Аид делает шаг назад, но быстро ориентируется, сжимая меня в ответ. От облегчения выдыхаю и плавлюсь, потому что… Аид Джафаров не из тех мужчин, к которым женщина может приставать без разрешения…
Мои ноги отрываются от пола.
Его тело такое твёрдое и сильное, хоть это я уже и так прекрасно знаю! Но опять чувствую остро и каждым сантиметром своего!
О, Боже…
Его ладонь ложится на мою задницу, но потом быстро возвращается на спину. Из меня вырывается тихий стон. Прямо в его губы.
Я больше не хочу сдерживаться. Не хочу терпеть и сопротивляться. Я целый год мечтала о нём, как последняя идиотка! Даже несмотря на то, что он казался огромным высокомерным кретином, я мечтала о нём… С обидой думая о том, что на той свадьбе пять лет назад он дважды на меня не взглянул...
Зарываюсь пальцами в жёсткие смоляные волосы и зажмуриваю глаза, выгибаясь, как та похотливая кошка, которую он мне подарил.
– Потише ты… Дикарка, - шепчут его губы моим. Его голос в тишине такой глубокий, такой ласкающий. Выпустив меня из рук, он обнимает моё лицо ладонями, водя своими полураскрытыми губами по моим. Сминая их и давя, - не спеши… расслабь… Тинатин… ты такая сладкая…
Эта подхалимная белиберда из его уст звучит, как наркотик...
Мое лицо тянется за ним, когда он отстраняется.
Аид тихо смеётся. Хватаюсь за его плечи. Он везде как камень. Под моими пальцами стальные мышцы и крупные кости. Его пальцы обхватывают мой затылок под волосами, заставляя запрокинуть голову. Губы снова касаются моих, вместе с его дыханием. Я не чувствую ничего вокруг, кроме него самого. Даже неловкости от того, что он учит меня целоваться.
– Вот так?..
– шепчу, подстраиваясь под него.
– Да, так… - бормочет Аид, прихватывая и выпуская, играя со мной.
Мои губы становятся чувствительными, покалывают и хотят ещё...