Алек
Шрифт:
Я моргнула и уставилась на него.
— Что? — спросил Алек.
Я прочистила горло и ответила:
— Раньше никто кроме Эйдин, не был со мной таким прямолинейным.
Он пожал плечами. — Проведи немного времени со мной, и ты увидишь, насколько я могу быть прямым, котенок.
Я подняла брови.
— Это было очередное соблазнение? Не могу определить.
Алек усмехнулся.
— Неважно, давай вернемся к тебе, и тому, что ты любишь писать.
Я почувствовала, как мои щеки внезапно раскраснелись из-за
— Даже не думай об этом, котенок. Ты начала этот разговор и, учитывая это, — мы его закончим.
— Ты должен понимать, что это очень щекотливая тема для меня, только Эйдин знает, что я пишу, а теперь и ты. Я еще не привыкла к тебе...
— Я пытаюсь немного приблизиться к тебе, чтобы ты привыкла ко мне. Чем больше мы говорим, тем быстрее это происходит. Ты говоришь, я слушаю. Расскажи мне о своем увлечении.
Я нахмурила брови и спросила:
— Ты серьезно? Ты правда хочешь поговорить и послушать меня?
Алек нахмурился.
— Почему это так шокирует тебя? Люди общаются каждый день.
— С тех пор, как мы встретились, ты говоришь только о сексе. И честно говоря, мне трудно понять, насколько ты серьезен прямо сейчас.
Он улыбнулся.
— Ты меня не знаешь, котенок. Ты всего лишь знаешь, чего я хочу от тебя. Но меня ты совсем не знаешь.
Я почувствовала, что он бросает мне вызов.
— Ну, может быть, я хочу узнать тебя получше. Может быть, я хочу проникнуть в твой разум и разобраться в тебе. Хочу понять тебя.
Алек протянул руку к моему лицу и провел кончиками пальцев по моей щеке.
— Ты сойдешь с ума, пытаясь понять меня, котенок.
— Не будь со мной загадочным, ты больше нравишься мне, когда прямолинеен.
Он убрал руку и засмеялся.
— Мне нравится твоя честность, котенок, никогда не теряй этого.
— Я и не собиралась.
— Хорошо. Пойдем, мы можем закончить этот разговор позже, я хочу выйти.
— И что мы будем делать?
Алек стащил меня с кровати, поставив на ноги и обнял.
— Теперь, когда мы друзья, давай пойдем и сделаем прически.
Я отодвинулась и уставилась на него.
Он улыбнулся.
— Тебя нужно намочить и высушить.
Я закатила глаза, посмотрев на Небеса. Если я не убью его к концу этой поездки, я поверю, что чудеса действительно существуют.
— Я сделала прическу, потому что ты в течение часа доставал меня, но татуировку я делать не буду, и ты не сможешь меня заставить.
В десятый раз за тридцать секунд Алек застонал вслух.
— Последний раз повторяю, татуировку
— Нет, ты не оставишь меня одну. Что, если один из татуировщиков подумает, что я хочу что-то набить себе, и заставит меня это сделать?
Алек потер глаза обеими руками, прежде чем сосредоточиться на мне.
— Милая, не думаю, что кто-то сможет заставить тебя сделать то, чего ты не хочешь, даже если попытается.
— Неважно, я пойду с тобой.
Он снова застонал, но вместо того, чтобы спорить, взял меня за руку и переплел наши пальцы.
— Тогда пойдем.
Победа! Я прижалась к нему, когда мы подошли к ресепшен в тату-салоне. Ладно, это был не совсем ресепшн, но это определенно было то место, куда подходят, когда хотят поговорить с главным. Таким человеком оказался чернокожий мужчина ростом около ста восьмидесяти сантиметров, весь покрытый татуировками.
— Чем могу помочь, чувак? — спросил Бог Чернил у Алека.
Я улыбнулась тому, что он сказал «чувак» вместо «мужик».
Совершенно очевидно, почему я назвала парня Богом Чернил.
Он. Потрясающий!
— Думаю, хочу закончить рукав. Остался небольшой участок кожи на трицепсе, который я хочу заполнить.
Бог Чернил кивнул.
— Давай посмотрим, с чем предстоит поработать.
Я заметила, что из-за багамского акцента он проглатывает окончания в некоторых словах, и мне это понравилось, потому что я сама так разговаривала. Алек повиновался ему, обнажив руку, и попытался вытащить ее из моей, но, когда я не отпустила, он рассмеялся и поцеловал меня в макушку.
— Я верну ее тебе через секунду, обещаю.
Я покраснела от смущения, когда Бог Чернил усмехнулся и попытался скрыть это кашлем. Отпустив руку Алека, я осталась рядом с ним, пока он снимал футболку. Оказавшись с голой грудью, он согнул руку в локте и поднял ее вверх, показывая не забитый участок кожи. Бог Чернил осмотрел его несколько раз и кивнул.
— Сорок минут, максимум. У тебя есть идея для рисунка?
Алек кивнул, засунул руку в карман своих шорт, вытащил телефон, провел пальцем по экрану и показал что-то Богу Чернил. Тот, ничего не сказав, положил телефон на стол, приложил просвечивающуюся бумагу и начал рисовать.
Мне стало скучно, поэтому я повернулась, чтобы осмотреться вокруг, и заметила огромную стену, заполненную эскизами татуировок. Я направилась к ней, пробегаясь взглядом по сотням красивых дизайнов. И улыбнулась, когда легкий ветерок коснулся моей спины, прямо перед тем, как ко мне прижалось тело.
— Увидела что-то интересное? — спросил Алек, коснувшись моего уха губами и поцеловав его.
Я вздрогнула, заставив его усмехнуться.
Откашлявшись, я ответила:
— Мне много чего понравилось, они великолепны.