Шрифт:
Пролог
Как дура сидела я на кухне над остывшим чаем. Мне надо выговориться. Надо! Но кому?
Ложечка стучала по краям стакана. Сахар кончился. А денег нет. Покупку придется отложить до следующей подачки от родителей.
И все же... мне надо с кем-то поговорить. Не могу же до бесконечности нести на плечах эту ношу! Плечи болят, а ноша становится все тяжелее. Еще немного, и поставит меня на колени. А жить на коленях очень неудобно... то я знала по собственному опыту.
С кем поговорить?
С друзьями?
Друзья
Так кому же?
Священнику? Да, я верующая. Но - в меру. И не представляю себе, как можно такое рассказать нашему батюшке. Ведьмой объявит и бесов начнет изгонять.
Так кому же? Чай горький. И холодный. Пить не хочется, хочется есть... а в холодильнике пусто, да и на диете я. Как-никак вечер, придется до утра потерпеть.
Кому? Душа болит... Душа... Душевнобольной. Психолог...
Ложка выпала из ослабевших пальцев. Ну да, психолог. И поможет, и выслушает, и что не так, подскажет. И не такой принципиальный и правильный, как наш батюшка. Вот к нему и пойду... к университетскому психологу.
– Это ж как надо не любить человека, чтобы засунуть его в каморку напротив мужского сортира?
– некстати вспомнился голос Мишки.
– Да, у нашего ректора отличное чувство юмора. Молоток! Там ему и место. Только полный отстой пойдет к психиатру.
– К психологу...
– помнится, поправила я.
– А мне хрен один, что психолог, что психиатр, все равно психов лечит!
И я псих. Мне туда и надо...
Или не надо?
1
Даром говорят, что утро вечера мудренее. Вечером решившись идти к психологу, утром я не могла заставить себя даже подойти к заветному кабинету.
Масла в огонь подлил Мишка. Мой неугомонный дружок вновь вспомнил о психологе, которого он настойчиво величал "психиатром". Сначала, с хитрецой в голосе и приглушенным интимным тоном, всем было сообщено, что у "психиатра" вечно закрыто. Мишка сам, собственноручно (собственноглазно!?) проверял! В щелочку между дверью и косяком заглядывал - кабинет заперт! И это притом, что Мишка почти каждую перемену в туалет бегал.
Пива он, видишь ли, вчера перепил. Из-за этого любителя смотреть футбол до часа ночи мне поход психиатру... то есть психологу, был заказан.
После полудня новости о заветном кабинете стали еще более бурными. Пиво из мишкиного организма вышло - но студент на то и есть студент, чтобы быть любопытным!.. там где не надо. Каждую перемену Мишка дежурил теперь уже открытого кабинета, в надежде увидеть психиатра или, еще лучше, того дурака, кто к нему пойдет.
Прослыть среди однокурсников "дурой" мне, почему-то, не хотелось, поэтому я мрачно выслушивала мишкины рапорты между сорокапятиминутками и не пыталась что-то предпринять. К концу дня я тяжело вздохнула и поняла, что сегодня к психологу мне не попасть. Даже после лекций. Потому что вечером футбола не наблюдалось, и Мишка решил провести время с пользой - подежурить возле кабинета.
Утро следующего дня принесло нам подробный
Зря это про Проненко. Незамедлительно последовала реакция: девичьи груди наполнились воздухом, глаза поволокой, и я поняла, что таких "дур", как я, скоро будет много. Благодаря мишкиной рекламе... Потому что, если для парней вышеупомянутый профессор был грозой и разящей молнией в одном лице, то для девушек это было... недостижимой мечтой.
Наш профессор и в самом деле красив. Видимо, он не думал, что ухаживать за внешностью - прерогатива девушек. В свои "под-пятьдесят" он выглядел гораздо лучше, чем вечно всклоченный грязный и попахивающий потом Мишка. А мои однокурсницы в своих "двадцать с хвостиком" были очень падки до "мужчин постарше".
После пар Мишка залег в засаде в мужском туалете. Первой он поймал нашу красавицу Олю. Девушка отчаянно отбрыкивалась и лепетала, что, мол, пришла свежим воздухом подышать...
Мишка, понятнок дело, засомневался (свежий воздух возле мужского туалета?) и зардевшаяся Оля ретировалась в сторону, противоположную кабинету.
Во второй раз Мишка поймал застенчивую Аню - милую толстоватую девчушку в очках. Аню Мишка трогать не стал - просто застыл у туалета, красноречиво поглядывая на дверь в кабинет психолога. Этого хватило - бедняжка тихонечко проползла мимо, прошептав Мишке:
– Привет!
– Иди, иди!
– царственно ответил Михаил.
Спорить Аня не решилась. Ей тоже не хотелось попасть в мишкины "дурочки".
Мила оказалась решительней. Заявив выскочившему из засады Мишке, что решила посмотреть на психолога, она, было, направилась к крашеной коричневым двери, как Мишка осторожно поинтересовался:
– Если тебе так интересно, то, может, посторожишь со мной?
– В мужском туалете?
– вогнала в краску Мишку борзая Мила.
Девушка вошла в кабинет, вскоре раздались осторожные шаги, и в замке повернулся ключ, а Мишка, обиженный и помятый, отправился смотреть футбол. От его одежды пахло мужским туалетом...
Все события этого вечера я узнала, как не странно, не от Мишки, а от его трех жертв. Потому не берусь сказать, был ли там пойман кто-то еще. А услышать доклад от самого Мишки нам помешал футбол...
2
Утро нас встретило угрюмой Мишкиной рожей. В ответ на острожные вопросы мы услышали длинную и трогательную историю, о том, как <имярек>, сволочь этакая, прогнал мяч мимо <имярек> и попал, представляете, прямо в ворота. Поэтому кто-то там проиграл, хотя должен был выиграть. Затем пошли короткие, разбавленные острыми словечками, реплики, что кого-то там давно пора на мыло, что игроки сейчас пошли не те, и ноги у них растут не оттуда...