Алёна
Шрифт:
Сегодня боги забрали бледнолицую ведьму, - начал он совет. И тут же увидел, как побледнели и застыли лица Аллигатора и Змея. Печально покивав головой, он продолжил.
– Да, разрушены все мои планы. Мне казалось, что грядёт век процветания. Что боги прислали нам спасительницу в лице этой белой девушки. Мы даже добыли толику сокровищ, принадлежащих народу. Ещё она излечила двух наших соплеменников от болезни, пожирающей племя Сердца изнутри. Не секрет, что я собирался жениться на ней и объявить об этом сегодня на совете. И сегодня должен был начаться большой праздник…
Прервав речь,
– Но я вовремя спросил совета у богов. И они забрали чужестранку. Не спасение это было и не чудо. Ведьма принесла только раздрай в наше племя. Общение с ней приводило каждого к предательству и племени и народа. Предал народ её любовник, предал народ и племя наш испытанный проводник. И не случайно она спасла предателя, когда того уже было постигла заслуженная кара. Ничего, сегодня на пиру они получат по заслугам.
Вождь распалялся, глядя на ушедших в себя приближённых.
– Но оказалось, что и другие, совсем другие, или уже предали меня, или были близки к предательству. К низкой подлости, которой нет прощения. К нарушению самых святых табу…
Проняло. Сначала чуть ли не подпрыгнул гигант, а потом тревога тронула застывшие ранее черты Змея. Но они ещё были нужны Вождю. Сегодня. И он перешёл на другое.
– Она околдовала моего сына, сделав из него вчера посмешище. Хорошо, что боги забрали её и эти чары закончились. О ней - всё. Но это испытание богов показало, что нам нельзя покорно ждать своей участи. Нам придётся, да-да, придётся искать помощи во внешнем мире. Без этого племя Сердца погибнет. Ведьма показала, что болезнь лечится. И теперь у нас есть средства, чтобы заплатить за такое лечение. Поэтому я принял решение. Он встал и сделал эффектную паузу.
– Завтра я улетаю во внешний мир за помощью. Нет- нет, я!
– прервал он удивлённый шёпот.
– Это - вопрос жизни и смерти всех нас и доверить его я никому не смогу. Не знаю, сколько времени это займёт. Поэтому я… отказываюсь от имени Вождя!
Он выждал, пока потрясённые старейшины затихли.
– Вождём племени объявляю моего сына! Но поскольку он юн и неопытен, его соправителем объявляю Змея, а старшим советником - прославленного Аллигатора.
Потрясённая тишина стояла долго. Уже бывший вождь успел сесть и приложиться к кувшину.
– По традиции племени, вождь слова назад не берёт. Решено, значит - решено, - встал новый соправитель. И по нерушимой традиции старый вождь, живой или мёртвый, передаст новому своё племя на великом ритуале…
– Да, и к заходу солнца всё будет готово, - подтвердил бывший вождь.
– А теперь, по традиции, мы должны оставить вождей одних, чтобы бывший передал новому сокровенные тайны племени, - добавил Змей, падая ниц.
Также упав на пол, старейшины начали выползать из помещения. Вскоре там остались бывший вождь и его сын - новый вождь, окаменевший от потрясения.
– Ну, поздравляю, Вождь, - встряхнул старший вождь вождя младшего.
– Ты что же, отец? Ты зачем?
– выдавил из себя,
– Так надо. Все планы придётся менять.
– А… она? Действительно?
– Да. Там, на пирамиде… Теперь слушай. Ты - последний Вождь. Войдёшь в историю нашего народа, как последний Вождь племени Сердца.
– Но почему?
– Они все передохнут. Эта болезнь не лечится.
– Но ты же сам сказал…
– Да. Ты, Змей, Аллигатор. Но она не лечила, она исцеляла. Теперь её нет. Конец племени. Я ухожу, чтобы обеспечить нам с тобой новое место возрождения народа. А ты нужен тут, пока мы не сможем вытащить остальные сокровища. Всем племенем будешь охранять тайну. И учится властвовать. На будущее. Пока не передохнут.
– Но кем тогда в будущем властвовать?
– Я же сказал - народом. Мы объединим их всех, живущих во внешнем мире, а не только это убогое племя. Понял? Властвуй. Но без сумасбродств.
– Отец, а твои жёны?
– Да… жёны. Когда устроюсь там, я вернусь и устрою их… Как всех прежних. Кстати, чуть попозже, ну, через месяц, казнишь Змея и Аллигатора. Ну, не обоих сразу. Первым - Змея.
– Как прикажешь. Мне этот умник и этот великий охотник самому поперёк горла.
– Если бы только умник и охотник, - вздохнул экс- вождь, и его лицо опять перекосила волна ненависти.
– Аллигатор - предатель. Предатель самого святого, самого… ладно. А Змей уже слишком много знает. На казнь приеду. Пока не подавай даже виду. Они нам ещё будут нужны. Всё, сын, готовься к церемонии.
За окном загремел тот самый огромный барабан, на который показывала Алёна, объясняя суть поговорки.
– Не верю! Не верю! Не могу поверить, чтобы боги… Она же добрая, светлая, как сама луна, светом которой она питалась, - гигант Аллигатор всхлипнул, вспомнив образ девушки.
– Боги знают и видят всё. Если только это боги - ответил Змей.
– А её Уго - действительно…
Они сидели возле той самой пирамиды, боги- которой забирали к себе неугодных. Соправитель и советник, отдав соответствующие распоряжения, не сговариваясь, оказались здесь в начале рокового пути своей феи.
– Знаешь, я даже… когда послушал о рыцарях, о любви, ей начал цветы тайком носить, - признался Аллигатор.
– А как же Пухупат?
– Но нам же разрешено иметь двух жён?
– искренне удивился упрёку простодушный гигант.
– А сам? Сам в неё не влюбился? "Я пойду впереди, моя фея!" "Моя фея!" Старая ты белая обезьяна!
– вдруг запоздало взревновал аллигатор.
– Будет тебе. Скажи мне вот что… " Дыра смерти"! Сверху, вроде как твёрдая земля. А ступил кто - вниз, на колья. А?
– К чему?
– А если вот это всё…
– Но здесь камень!
– А там, у Золотого входа? Тоже камень, а какое-то заклинание и…
– Если это так, а убью его!
– взревел, догадавшись, охотник.
– Нет… спохватился он. Я же клялся в верности.
– Ну, клятву ты уже разок нарушил. Разве не так? И потом, прежний вождь уже не вождь, а новому мы ещё не клялись.
– Тогда пошли! Немедленно! Вдруг она ещё жива? Вдруг она зовёт на помощь? Стонет. Протягивает руки…- голос зараженного романтикой героя вдруг задрожал и он рванулся к пирамиде.