Алисанда
Шрифт:
— Уй! За что? — вопросил до боли знакомый голос. Хватка ослабла.
— За всё хорошее! — откликнулась я, отскакивая в сторону, от греха подальше. Напрасно — стены в тоннеле оказались на редкость неуступчивыми и жёсткими. — Ты, вообще, кто? — поинтересовалась я через пару секунд, потирая ушибленную поясницу.
В темноте хмыкнули. Светлячок, вовремя соскочивший с моей ладони, пролетел вдоль одной стены тоннеля, освещая все её неровности, и был пойман стоявшим напротив меня Эолом.
— А элементарной вежливости госпожа ведьма, я так понял, не знает? — усмехнулся он, протягивая
— Куда вы всё время пропадаете? — спросила я, внезапно остановившись. Свернувшийся воротником у меня на плечах кот недоумевающе уставился на хозяйку. Я потянулась, схватила захребетника за шкирку и подняла в воздух. Кот протестующе завыл.
— Ты потише, в пещерах лучше не кричать, — предупредил Эол.
Юка мгновенно умолк. Я подозвала Вермерха и засунула кота в седельную сумку, невзирая на протесты со стороны пушистого.
— Теперь сиди здесь, — Юка презрительно чихнул и скрылся в глубине кожаного мешка. Вот и славненько. Я подхватила повод Вермерха и продемонстрировала полную готовность двигаться дальше. Эол и не возражал, молча подав мне руку. Я взяла его под локоть.
— Ты на мой вопрос не ответил, — напомнила я после минутной тишины, нарушаемой только цоканьем копыт Вермерха, да шуршанием Юка в сумке.
— Да? — Эол удивлённо поднял брови. Светлячок кружил возле его головы, направляя луч света вперёд на манер фонарика.
— Да.
— А, ну… Не знаю, Алисанда. Честно, не знаю. Это скорее ты куда-то пропадешь, а мы беспокоимся…
— Да прям? — искренне удивилась я. Так искренне, что споткнулась о едва выступающий камешек и чуть не пропахала носом. Эол не растерялся и поддержал падающую ведьму, предотвратив поток ругани, состоящий в основном из непечатных слов и выражений. Герой, ничего не скажешь.
— Да, представь себе. А что, с тобой такого никогда не бывало?
— Разве что родители в раннем детстве…
— Сколько тебе лет, Алисанда? — спросил вдруг Эол.
— А ты знаешь, что такие вопросы задавать женщине неприлично?
— Знаю, но всё равно задаю. Мне интересно.
— Ну двадцать три, — честно ответила я. Зачем скрывать очевидное?
Некромант удивлённо присвистнул.
— Надо же. А по тебе не скажешь. Скорее лет семнадцать.
— По поведению?
— И поэтому тоже. А вообще скорее по виду.
Я смущённо потупилась. Приятно, когда тебе говорят комплименты. Особенно такие. Но и верить всему не стоит.
— Да?
— Ты мне не веришь?
Я заглянула Эолу в глаза. Тёмные, глубокие, они буквально светились детской искренностью. Наигранной. Но играл он, признаться, хорошо.
— Верю, — ответила я и задумалась. Странный он какой-то, этот некромант. Да и все они, энтарцы, странные. То ведут себя как дети, то строят героев, закалённых в боях и потрёпанных жизнью…
— О, пришли! — воскликнул Эол, прервав мои размышления. Никогда додумать до
Тоннель расширился и плавно перешёл в большую комнату с каменными стенами, словно выточенную в камне каким-то неведомым и очень терпеливым мастером. Стены были отполированы до блеска, пол — идеально ровный и гладкий. На стенах горели закреплённые в подставках факелы. Однако запаха дыма и огня не чувствовалось. Я пригляделась. Магический вечный огонь. Ничего себе! Это ж сколько мастерства нужно, чтобы такую вещь создать?!
В глубине пещеры уютно устроились Эринэль с Теллуриэлем. Над ними завис магический светлячок, дававший мягкий, приглушённый свет. Ну прямо семейная халупа. И мои одеяла с ними. Когда только успели стянуть?
Завидев меня, Теллуриэль вскочил, но кинуться в мою сторону не решился, видимо памятуя о магическом щите. Эринэль поднял руку в молчаливом приветствии и отвернулся к стене.
— Здрасьте, — произнесла я, и голос, усиленный эхом от высоких сводчатых потолков пещеры, прозвучал неожиданно громко.
— Устраивайся, — шепнул мне на ухо Эол. — Мы решили пока отдохнуть в относительной безопасности. Неизвестно, что будет потом, а ты, как рассказал Теллуриэль, не спала уже двое суток. Да и мы с Эринэлем устали.
Какая заботливость! Аж тошно. Расседлав Вермерха, я отпустила его. Убежать не убежит, но всё время держать его под седлом не дело. Жеребец фыркнул и улёгся возле Теллуриэля. Тот только плотнее завернулся в одеяло. Я накинула на плечи вальтрап Вермерха. Большой кусок шерстяной ткани отлично справлялся с задачей обогрева моей несколько подмёрзшей тушки, хоть и страшно вонял конским потом. Из седельной сумки выглянул Юка.
— Ну что, зверь зеленоглазый? — я почесала кота за ухом. Пушистик довольно замурлыкал, сощурился и зевнул во всю пасть. Я затолкала кота обратно в сумку и улеглась головой на седло.
— Алисанда, — рядом опустился Эол. Одеяла у него не было, видимо забыл под елью, бросившись в кусты за колбасой.
— Что?
— Ты боишься?
— Чего? — опешила я.
— Ты же понимаешь, что за нами гонятся семь мужчин с мечами, горячо желающие снести всем нам головы? За свою жизнь не страшно?
— Нет, — это правда. Мне нечего терять. Вермерх и Юка и без меня прекрасно проживут, а родственников у меня отродясь не было. И слава богу.
Эол удивлённо присвистнул.
— К тому же они нас не догонят.
— Ну, не скажи…
— Если только ты им не поможешь, некромант, — я подмигнула.
Эол ошалело уставился на меня, хлопая глазами. Ну правда, чуть пальцем у виска не покрутил.
— Я не предатель!
— Значит не догонят. И вообще, раз уж такое дело, то я спать. Будить только если начнётся конец света. В противном случае рискнувший добудиться по другой причине получит…по всему.
Я закуталась в вальтрап и отвернулась. Эол тяжело вздохнул. С чего бы такой интерес к моей скромной персоне? Вроде бы некромант, вообще ничто не должно его волновать кроме своей собственной жизни, а тут… Додумать я не успела. Усталость, скопившаяся за два дня, сделала своё дело: глаза закрылись и я погрузилась в глубокий сон. Без сновидений.